12 Октября 2016, 01:50

Politico: «7 причин, по которым новое заявление о российских хакерах надо принимать всерьез»

История с российскими хакерами, пытающимися вмешаться в ход американских выборов, приобрела новый оборот: администрация Обамы открытым текстом обвинила в этом российское государство. Почему это важно, объясняет в газете Politico Юлия Иоффе

Это прошло почти незамеченным на фоне новостей о том, как Дональд Трамп хвастался своим умением хватать женщин за гениталии, но в информационном потоке в прошлую пятницу промелькнуло ошеломляющее заявление американского Министерства внутренней безопасности: администрация Обамы впервые прямо обвинила Россию в попытках вмешательства в ход выборов в США.

«Разведывательное сообщество США уверено, что российское государство направляло недавние взломы электронных почтовых ящиков американских граждан и организаций, включая политические», — говорится в заявлении; там же сделан вывод, что цель этих краж — вмешательство в избирательный процесс в США. После взлома серверов Национального демократического комитета и отдельных атак на системы голосования об этом в течение месяцев говорили в прессе и на Капитолийском холме, и теперь администрация открыто заявила о вмешательстве Кремля в предстоящие выборы.

Непосредственно вслед за этим на сайте Wikileaks появилась очередная порция документов — на этот раз переписка руководителя избирательной кампании Клинтон Джона Подесты, — а также новость о том, что представитель России в ООН подал формальную жалобу на чиновника, покритиковавшего Трампа. Все это происходит на фоне несдержанных похвал, которыми Трамп осыпает Владимира Путина, и появляющейся информации о связях его избирательной кампании с Россией.

Это, пожалуй, самая важная история, головокружительная и совершенно ошеломляющая. Что на самом деле происходит? Взломы компьютерных систем — совершенно новый поворот в долгой истории американо-российских отношений, иногд очень напряженных, и глубокие последствия неизбежны. Вот что стоит за пятничный заявлениям и почему оно так много значит.


1. Вероятно, есть серьезные доказательства

Министерство внутренней безопасности формально обвиняет российское государство во взломе электронной почты и передаче похищенной информации организациям вроде WikiLeaks, но не возлагает на Кремль ответственность за взлом избирательных систем. Последнее, согласно совместному заявлению американского разведывательного сообщества, «в большинстве случаев осуществлялось с серверов, используемых российской компанией». Дальше следует оговорка: «Однако сейчас мы не в состоянии с уверенностью приписать эту деятельность российскому государству». То есть для разведывательного сообщества вполне достаточно информации, чтобы говорить о взломах и их связях с Россией, но недостаточно, чтобы безошибочно утверждать, что они связаны с Кремлем. Впрочем, это сказано в начальном тезисе заявления, куда больше бросающемся в глаза: «Только российские официальные лица самого высокого уровня могли санкционировать» взлом и передачу информации. Такие заявления не делают, если на руках нет улик.


2. У России есть стратегическая миссия

Зачем Россия это делает? Да, конечно, есть цель «вмешаться в американский избирательный процесс», но существует и куда более широкая задача. Как отмечали многие исследователи России, главное — сеять хаос и подрывать доверие американцев к своей системе государственного управления и к институтам государства.

Разумеется, при этом Россия еще и помогает Трампу победить на выборах. Тот не только тепло отзывался о Путине, он еще и много говорил о начале новой эры изоляционизма, что как раз соответствует курсу Путина. Это позволило бы России занять еще больше места на мировой сцене, заполнив пространство, которое освободят США, потерявшие интерес к активной внешней политике. К примеру, пока администрация Обамы раздумывала, нужно ли более глубоко влезать в сирийский конфликт, Россия быстро заполнила вакуум, и не только в военном смысле. Она стала ключевым посредником в конфликте, опередив США и региональные державы, такие, как Турция и Иран.

У Путина всегда был цель покончить с наследием 1990-х годов, когда Россия, недавно побежденная в Холодной войне, стала на мировой сцене маргинальным игроком, которого все игнорируют. Он неуклонно возвращал России геополитическую мощь и значимость, говоря, что «поднимает Россию с колен». В таком случае почему бы не поддержать кандидата, который говорит, что готов уменьшить американское влияние в мире и уступить Путину то, чего тот так жаждет? почему не поддержать кандидата, сам факт выдвижения которого опустошительно действует на главного внешнего противника путина? Зачем что-то делать самому, если за него эту работу готов выполнить Дональд Трамп?



3. Эта манера поведения формировалась годами

Еще в 2014 году Максим Трудолюбов написал в The New York Times, что «асимметричная война», которую Россия ведет в Украине, и систематическая кампания дезинформации, нацеленная на Европу, — всего лишь перенос внутриполитической тактики Путина на международную арену. Он было абсолютно прав.

Никто так не преуспел в искусстве манипуляции выборами, как россияне. С тех пор как Путин пришел к власти в 2000 году, его команда разработала все возможные способы получения требуемого результата на выборах — подделку списков избирателей, фокусы с досрочным голосованием и с голосами тех, кто не участвует в выборах, манипуляции в информационном пространстве между выборами. И даже если результаты выборов не подделаны, а избирателей не возят на автобусах от одного участка к другому, чтобы они проголосовали несколько раз (печально знаменитая «карусель»), исход выборов все равно будет в пользу Кремля.

Это означает снятие оппозиционных кандидатов по якобы техническим причинам и запрет их появления на национальном телевидении, которое до сих пор остается для россиян основным источником новостей, чтобы лишить их узнаваемости. Это также означает очернение их репутации с помощью сфабрикованных уголовных дел, из-за чего они лишаются формального права баллотироваться, или создание ловушек с целью получения компромата — например, к ним подсылают проституток, которые заманивают их в квартиры, начиненные видеокамерами, а перед выборами эти видеозаписи публикуют. В результате внутри оппозиции начинаются ссоры, энергия уходит на взаимные обвинения, и оппозиция отвлекается от своей главной задачи — разрушить политическую монополию Путина.

Что-то знакомое, не так ли?

Методы Путина были первоначально разработаны и отточены внутри России, затем в 2014 году он экспортировал их в Европу, а теперь они достигли американских берегов. Более того, Россия пользуется тактикой, похожей, по ее мнению, на ту, которую применяют США. Скажем, поддерживая демократические движения в бывших советских республиках вроде Украины и Грузии. С московской точки зрения наше справедливое возмущение кажется лицемерием. И если что-то кажется нам удивительным, это еще не значит, что этого нельзя ожидать.


4. Россия стала лучше понимать тонкости американской политики

Россияне когда-то не знали, что такое Национальный демократический комитет и почему его имеет смысл взламывать. Тот факт, что сейчас они это сделали, говорит о большом прорыве вперед, осуществленном российской разведкой.

Всего несколько лет назад россияне мало что знали о запутанной американской внутренней политике. Достаточно было контактов между Путиным и президентом США, кто бы им ни был, а также между Лавровым и госсекретарем. Они совершенно не представляли себе, чем занимается Конгресс, что такое Кей-стрит (выражение, означающее американские лоббистские структуры, — по названию улицы в Вашингтоне, где традиционно расположены офисы лоббистов. — Открытая Россия) и что делают комитеты партий. К примеру, услышав, как Обама говорит Дмитрию Медведеву, что с какими-то вещами придется подождать до его переизбрания в 2012 году, в Кремле сделали вывод, что президент признает свою слабость и неспособность руководить подчиненными структурами, хотя это заявление всего лишь отражало американскую политическую реальность. Причина в том, что технически в России есть аналогичные структуры — парламент, Верховный суд, политические партии, медиа, — но сходство с Америкой чисто формальное. функционируют они иначе. Все они создают иллюзию демократического государства, которого фактически нет. Парламент на деле — резиновый штамп, политические партии контролирует и финансирует Кремль, то же происходит и с телевидением, а судебная система полностью послушна Кремлю. Это потемкинская политическая система, а поскольку россияне исходят из того, что все вокруг делают то же, что и они (и в этом они похожи на американцев), они были уверены, что и американская система работает точно так же.

После продемократических протестов 2011–2012 годов, когда Путину показалось, что его могут свергнуть в ходе организованного американцами переворота, Кремль стал серьезно изучать ситуацию. В частности, там поняли, как работает интернет. Еще в 2010 году следователи прокуратуры, работавшие над делом о зверском избиении известного журналиста и блогера Олега Кашина, допрашивая его друзей и коллег, задавали вопрос, что такое блог. Через шесть лет Кремль уже создал печально знаменитые «фабрики троллей», у него серьезная программа контроля и мониторинга деятельности своих граждан в интернете, он провел через Госдуму такие репрессивные законы об интернете, что Facebook и Google даже задумывались о полном уходе с огромного российского рынка.

Ясно также, что в Кремле поняли, как работает западная политическая система. Это стало очевидно в 2014 году, когда после российского двухуровневого вторжения в Украину Кремль мастерски обострил внутриевропейские противоречия, заставив более дружественные страны, такие, как Италия, колебаться в вопросе о поддержке санкций. Россия финансово поддержала ультраправого французского политика Марин Ле Пен, пригласила министра финансов Греции в Москву на переговоры об экономической помощи в самый разгар греческого кризиса. По некоторым предположениям, Москва финансировала и протесты против добычи сланцевого газа в Болгарии, чтобы страна продолжала покупать российские энергоносители. В 2015 году, после начала российской интервенции в Сирии, Кремль пытался сыграть на отношениях между США и их ближневосточными союзниками. К примеру, Путин часто приглашал в Москву премьер-министра Израиля Биби Нетаньяху, вызвав в Израиле дискуссию о том, не станет ли он для этой страны лучшим союзником, чем нерешительный и критичный Обама. Представители стран региона Персидского залива, явно под впечатлением от российской демонстрации силы, тоже зачастили в Москву с официальными визитами. Иными словами, интервенция в Сирии — нечто значительно большее для Москвы, чем военно-морская база в Тартусе.

Если раньше Кремль считал, что американская политическая система работает так же, как и его собственная, то теперь он определенно проделал большую работу. Он разобрался в тонкостях внутренних трещин — например, между кампании Берни Сандерса и Национальным демократическим комитетом — и точно вбил в них клинья. Как написал журналист Майкл Айзикофф, у Путина есть советник Игорь Дивейкин, бывший разведчик, который занимается «информацией, собранной российскими разведывательными агентствами об американских выборах». В репортаже NBC процитированы слова сотрудника американской разведки, который рассказывает, что этой программе всего два года, а на полную мощность она работает всего год. Иными словами, это совершенно новое направление.


5. У действий России широкий размах

Все силовые действия России — в Украине, в Сирии — сопровождались хитроумной дезинформационной кампанией, первоначально рассчитанной на Европу, — с целью подорвать поддержку санкций против России. Основная тактика — подорвать доверие к самой идее, что можно в принципе добиться правды и объективности, если они вообще существуют в гносеологической черной дыре, где ничего нельзя доказать — ни факт вторжения России в Украину, ни то, что авиалайнер, полный пассажиров из Нидерландов и других стран, был сбит над Донбассом российской ракетой, ни то, что от Евросоюза и НАТО европейцы получают только пользу.

Сейчас у нас на глазах Россия точно так же мутит воду в США, и ее кампания прекрасно согласуется с идеей «постправды», взятой на вооружение Трампом и Пенсом: нет никакой правды, ничего нельзя доказать, кроме самых вопиюще неправдоподобных теорий. Одна прокремлевская газета даже опубликовала историю о том, что президент Украины Петр Порошенко в самом буквальном смысле подписал договор с дьяволом; газета утверждала, что в ее распоряжении есть документ и что подписи «подлинные». В том, как Трамп не обращает внимания на границы фактов, и в его пропагандистском мастерстве есть что-то путинское.


6. Непонятно, какими будут следующие шаги Обамы

Говорят о новых санкциях против России, но один из чиновников, работающий с этой темой, рассказал мне, что из Белого дома не поступало указание разрабатывать их. Если Обама решит, что он действительно хочет пойти по этому пути, Белому дому придется издать новое постановление, очерчивающее их круг, чтобы не ослабить те санкции, которые введены в ответ на вторжение в Украину и не смешивать их с возможными санкциями, связанными с действиями России в Сирии, которые, как сказал Джон Керри, должны стать объектом расследования как военные преступления. Еще один важный момент, специфический для проблемы шпионажа, — так называемый момент лицемерия: Америка тоже шпионит за Россией и не хочет нарваться на санкции за это. А взлом серверов национального Демократического комитета сейчас рассматривается как шпионаж.



7. Самый большой вред Америка может причинить себе своей реакцией

Как следует из заявления Министерства внутренней безопасности, американские избирательные системы настолько не едины и разнородны (и, что еще важнее, не подсоединены к интернету), что для России невозможно просто нажать кнопку и перевернуть ход выборов. Что она действительно может — это взломать системы в определенных «колеблющихся» районах и заставить людей усомниться в легитимности результатов. Это психологическая игра, цель которой — вызвать несоразмерную реакцию на очень незначительные действия. Хорошая новость в том, что все остается под вашим (избирателей) личным контролем: если вы не включаетесь со своей стороны в схему, просчитанную российскими психологами, вам не приходится им верить и приписывать России силу, которой у нее на самом деле нет. Избиратель может сохранить доверие к системе, и именно это и называется предвыборной работой.

Подобным же образом вера в то, что Трамп — агент Кремля, — тоже разновидность раны, которую мы сами себе наносим. Пользуется ли Москва его выдвижением? Безусловно. Значит ли это, что Трамп получает указания и деньги из Кремля, чтобы действовать в его интересах против Америки? Скорее всего, нет. Не нужно быть агентом, чтобы твои убеждения играли на руку Путину. Трамп и его окружение всегда были очень последовательны в отстаивании стопроцентно американской внешнеполитической идеологии, которая то и дело всплывает на поверхность, — вспомните хотя бы Чарльза Линдберга (знаменитый летчик, совершивший первый одиночный полет через Атлантический океан. Известен также как общественный деятель; перед Второй мировой войной симпатизировал Германии и выступал против вступления США в войну, в знак протеста против политики Рузвельта уволился из американских ВВС, однако участвовал в войне в качестве гражданского советника армии. — Открытая Россия). В этом году такие идеи идеально совпадают с интересами Кремля. Трамп из тех, кого в годы Холодной войны называли «полезными идиотами». Как пишет известный российский журналист Михаил Зыгарь, Кремль именно так относится к Трампу, и это, в сущности, лучший, самый эффективный актив, какой только может быть: человек, который охотно, по доброй воле делает за вас вашу работу, а вам даже не нужно давать ему указания.

Другая причина, по которой называть Трампа агентом Кремля опасно, в том, что в этом случае мы не обращаем внимания на его совершенно американских сторонников и не прислушиваемся к тому, что их беспокоит. С подобной ситуацией я сталкивалась в Москве в 2012 году, когда Путин называл совершенно реальных а абсолютно российских сторонников демократии «пятой колонной». Пропагандистская машина утверждала, что всем им ЦРУ и Госдеп платят за то, чтобы они разрушили Россию изнутри и американцы смогли захватить ее богатые природные ресурсы. Делегитимизировав участников протеста, Путин мог полностью игнорировать их вполне реальные проблемы. Мы не хотим попасть в такую же ловушку.

Если вас нужно подбодрить, но есть одно светлое пятно: Путин известен своей близорукостью, и мы имеем дело с очередным подтверждением этого. Он совершенно открыто поддерживает одного из кандидатов, но что случится, если Трамп проиграет, — а после разорвавшейся в прошлую пятницу информационной бомбы это выглядит практически неминуемым? Путину придется иметь дело с женщиной, которая ему никогда не нравилась, и, что еще хуже, против которой он действовал в открытую. Похоже, он сделал так, что следующие четыре года будут для него очень трудными.

И наконец — выдохните. У нас все будет в порядке.

Оригинал статьи: Юлия Иоффе, «Семь причин, по которым новое заявление о российских хакерах надо принимать всерьез», Politico, 9 октября

util