12 Октября 2016, 17:59

Дело о глупой шутке в Минском аэропорту: никто даже не проверил, была ли взрывчатка

За неудачную шутку о тротиле в аэропорту Минска россиянка Мария Рымарь по решению белорусского суда заплатит штраф в 1 тысячу евро. Открытая Россия поговорила с участниками этого судебного процесса об особенностях правосудия в современной Беларуси

Заседание суда Октябрьского района Минска по делу Марии Рымарь длилось три дня. Сегодня судья Александр Сергей признал Марию Рымарь виновной в «заведомо ложном сообщении об опасности» по части 1 статьи 340 УК республики Беларусь, назначив ей наказание в виде штрафа в размере 100 базовых величин оплаты труда" (990 евро по курсу ЦБ РФ. — Открытая Россия).

Марию Рымарь из Самары задержали сотрудники службы безопасности Национального аэропорта «Минск» во время досмотра 7 июля 2016 года, когда она произнесла «тротил там», указывая на свой багаж. Россиянку обвинили в заведомо ложном сообщении об опасности. Рымарь сутки провела в изоляторе временного содержания и 11 дней в следственном изоляторе. На сайте change.org была создана петиция с требованием ее освобождения, которую подписало более 100 тысяч человек. До суда Марию выпустили под залог в 2,5 тысячи деноминированных белорусских рублей (81 тысяча российских рублей), запретив ей покидать пределы Белоруссии.


Бдительность — наше оружие!

Судебное заседание планировалось закрытым, но по ходатайству защиты проходило в открытом режиме. Впрочем, суд запретил видеосъемку во время процесса.

Сотрудники национального аэропорта «Минск», проходившие по делу свидетелями, сообщили, что проявили «служебную бдительность», увидев в словах Марии Рымарь про тротил «террористическую опасность».

Главной уликой со стороны обвинения стала видеозапись с видеорегистратора, закрепленного на одежде инспектора службы авиационной безопасности аэропорта Татьяны Марус. Она объяснила суду, что Рымарь выглядела не особенно спокойной. «Такое бывает, когда человек чем-то расстроен. По нашей базе эта пассажирка проходила как обычный пассажир, но для меня лично она уже была пассажиром подозрительным», — рассказала Марус во время судебного заседания. Когда Марус услышала фразу про тротил, то подумала, что это юмор, «но когда она повторила свои слова, я задумалась: а шутка ли это? И действовала по инструкции».

Выступавший в суде начальник смены службы авиационной безопасности аэропорта Анатолий Крупник пояснил: «Уже само по себе заявление гражданки про тротил несет опасность. Понимаете, мы не имеем права такое игнорировать и рисковать безопасностью других пассажиров. Информация о том, что за неуместные заявления придется отвечать по закону, расклеена в аэропорту».

В качестве аргументов «террористической опасности» Рымарь следствие представило суду скриншоты страниц «Википедии» с информацией о терактах в Брюсселе и в Стамбуле.

Адвокат Наталья Мацкевич пыталась доказать, что ее подзащитная не нарушала закон: «Из письменных доказательств по делу усматривается, что в результате действий Рымарь материального ущерба не причинено, штатный режим работы аэропорта не нарушался, ущерба авиакомпании „Аэрофлот“ не причинено. Фраза же Рымарь про тротил не несла в себе угрозы, поскольку она сказала ее уже после проверки ручной клади».

Кроме того, адвокат отметила, что поведение сотрудников аэропорта после фразы Рымарь было как минимум странным, они не стали перепроверять ее кладь, а начали разбираться с самой Рымарь. «Это зафиксировано на видеозаписи», — сказала Мацкевич.


Последнее слово

Мария Рымарь в своем последнем слове обратилась к суду, по сути, еще раз объяснив абсурдность выдвинутых против нее обвинений:

«Хотелось бы обратить особое внимание суда на то, что я ни в коей мере не подвергаю сомнению необходимость процедур досмотра и других мер по обеспечению безопасности авиаперелетов.

В сравнении со всей моей многолетней практикой авиаперелетов и посещенными многочисленными аэропортами России, Европы и США, где повсеместно используются как бесконтактные системы проверки типа CONPASS, так и контактные с использованием ручных металлоискателей и детекторов взрывчатых веществ, меня напугала и повергла в шок предлагаемая мне безальтернативно унизительная для меня процедура досмотра...

Это и вызвало мою эмоциональную реакцию, в результате которой я повторила первично произнесенное работником аэропорта слово „тротил“. Ситуация, развернувшаяся потом в уголовное дело, началась просто словесным недоразумением между мной и одной из сотрудниц аэропорта».




Важна публичность

«За время взаимодействия с белорусской судебной системой в течение трех месяцев было более чем достаточно подтверждений, что система как таковая практически бездействует, поэтому юридические аргументы работают далеко не всегда. Зато публичность крайне важна. И порой оказывает больше влияния, чем реализуемая юридическая стратегия», — рассказала Рымарь Открытой России.

«Из СИЗО меня освободили только или преимущественно из-за петиции на change.org. К тому времени было поданы и отклонены ходатайство о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления и ходатайство о смене меры пресечения. Лишь только днем 18 июля из аппарата руководителя следственного комитета (одного из адресатов петиции) в следственный отдел спустился пакет из 50 (!) листов собранных комментариев к этой петиции с анализом скорости прибавления новых подписей за несколько дней. К этому прилагался маленький листочек с собственноручной резолюцией заместителя председателя Следственного комитета республики Беларусь Валерия Гайдученка в адрес Сергея Паско из УСК Минска: „Направить в УСК по городу Минску для учета при рассмотрении вопроса об изменении меры пресечения“. Все „учли“ в течение рабочего дня. Постановление об освобождении из-под стражи оформлено этим же 18 июля, и в 18.00 из Минска в Жодино (минская область) выехал кортеж из машин следователей, с ними и мой адвокат, а в 19.30 меня уже вывели к ним из СИЗО. Итог: меня спасли не юридические знания — мои или адвоката, — а общественное мнение. Спасибо всем, кто помог мне, всем людям, подписавшим петицию и помогавшим ее распространить. Вывод: люди, не молчите, высказывайте свое мнение, не молчите! Когда нас много — это работает!»


Дело для отчетности

Заместитель председателя общественной организации «Молодые социал-демократы — Молодая Громада» Александр Шкутько был наблюдателем на суде. О своих впечатлениях от процесса он рассказал Открытой России.

«Впечатления от суда тяжелые. Познакомившись с доказательной базой, я пришел к выводу, что сам инцидент не стоит выеденного яйца и мог бы не перерастать в административное, а тем более уголовное дело.

В течение двух дней судебного процесса в качестве свидетелей допрашивали людей, которые работают в аэропорту, а также допросили одного эксперта, который пришел, чтобы рассказать, что собой представляет тротил. Сам он на месте происшествия не присутствовал. Появилось больше вопросов, чем ответов. Причем вопросы эти к сотрудникам аэропорта: почему никто не стал вызывать кинологов и взрывотехников, никто не проверил ручную кладь при помощи специальных приборов. Ведь выходит, что, по мнению следствия, Мария сделала заявление, что у нее взрывчатое вещество, — ну так надо было, наверное, его искать. Не было эвакуации пассажиров аэропорта. Поток людей направили проходить досмотр в соседний коридор. Мария могла пользоваться своими вещами, достала оттуда телефон, ручку и блокнот, чтобы записать номер значка милиционера. «„Террористу“ разрешают пользоваться сумкой, в которой якобы лежит тротил, — странная штука», — рассказал Шкутько.

После уплаты штрафа Мария Рымарь намерена вылететь из Беларуси в Россию.

util