2 Ноября 2016, 09:00

Последний из хантов. Как нефтяники пытаются засудить югорского шамана

Сергей Кечимов. Фото: Денис Синяков / Greenpeace

21 ноября в Сургуте состоится заседание суда по делу югорского шамана и оленевода Сергея Кечимова, которого обвиняют в угрозе убийством двум нефтяникам из компании «Сургутнефтегаз». По данным следствия, в 2015 году шаман застрелил собаку нефтяников, загрызшую одного из его оленей, а затем угрожал оружием им самим. Против него завели уголовное дело по статье 119 уголовного кодекса («угроза убийством»), которая предусматривает наказание в два года лишения свободы

В 2013 году компания «Сургутнефтегаз» получила подтверждение, что под югорским озером Имлор, по примерным подсчетам, находится один млн тонн нефти и начала согласование работ по ее добыче с властями ХМАО. Сергей Кечимов и другие представители хантов выступили против промышленного освоения Имлора. Причиной протеста хантов стали не только в опасения за экологическую безопасность, но и религиозные соображения.

Имлор — священное для хантов место. По местной легенде, на острове посреди этого озера произошел бой между двумя божествами — Каменным медведем и Юганским богом, во время которого Каменный медведь был смертельно ранен. С тех пор ханты, и не только они, приезжают сюда, чтобы помолиться земным и небесным богам. Они верят, что на острове, где произошла битва богов, несколько тысячелетий назад зародились первые ханты. А в самом озере обитают духи тех самых прародителей, и их нельзя тревожить. Хранитель озера Сергей Кечимов — последний из хантов, живущий здесь.

Для хантов значение Имлора не ограничивается верованиями. Многие годы представители коренных народов разводили здесь оленей, занимались рыболовством, охотились на медведей. К последнему у северных народностей особое отношение. Его считают хозяином тайги, что не мешает добывать зверя. Но после убийства проводят специальные обряды, чтобы умилостивить дух животного.

От нефтяной промышленности в регионе страдает традиционное для северных народов животноводство — разведение оленей. Содержать стада животных становится все труднее из-за того, что техника нефтяников уничтожает пригодные пастбища — ягель, вдавленный в землю колесами и гусеницами, снова вырастет только через 80 лет. Кроме того, на экосистему сильно воздействуют разливы нефти.

Конфликт с нефтяниками разгорелся в 2014 году, когда на буровой, находящейся на участке Кечимова, появились собаки, притом что в договорах, которые заключают нефтяники, представители госструктур и местные жители, присутствие собак на территориях традиционного природопользования запрещено. По словам оленевода, собака загрызла его оленя, и когда ему сообщили о том, что она все еще бегает неподалеку, ему пришлось застрелить ее.

«Я позвонил председателю Русскинского поселка, он говорит: собаку не положено держать на буровых, стреляй в нее... Я позвонил нефтяникам, говорю: там собака бегает, лает, на это они говорят: сходи туда, застрели, не положено же им здесь быть. Я взял ружье, ушел туда утром. Увидел, что в стороне собака лежит на кочке, метрах в ста. Она выскочила и побежала на меня. Я и выстрелил. Собака упала — я еще раз выстрелил, она попыталась встать — я перезарядился и выстрелил в третий раз. Я развернулся, а ко мне уже идут с буровых. Подошли ближе и говорят: это была нужная собака, из-за нее будешь всю жизнь в тюрьме сидеть. Я говорю: вам же было сказано, что собак тут держать не положено, это мой загон. Развернулся и ушел», — рассказывает Сергей Кечимов.

<iframe allowfullscreen="" frameborder="0" height="315" src="https://www.youtube.com/embed/vaecKar8RLM" width="560"></iframe>

Через некоторое время к Сергею Кечимову, по его словам, пришли двое неизвестных, один из них был в форме полицейского, и избили его — сломали оленеводу несколько ребер. Кечимов написал заявление в полицию. Вскоре к нему пришел участковый и дал подписать документы. Кечимов подписал. Как выяснилось позднее, это были признательные показания, судя по которым, оленевод угрожал убийством двум сотрудникам «Сургутнефтегаза». А заявлению Кечимова об избиении следователь хода не дал.

Как пояснил адвокат оленевода Алексей Верхоглядов, Кечимов плохо говорит и почти не читает по-русски, он владеет языком исключительно на бытовом уровне, поэтому подписал бумаги не глядя. Судебное разбирательство по делу началось 17 августа 2015 года.

Главной уликой обвинения была видеозапись, на которой мужчина с ружьем якобы угрожает убийством двум сотрудникам «Сургутнефтегаза». Сам шаман заявил, что на этом видео снят не он. В июне 2016 года суд отправил видеозапись на экспертизу, ее результаты были озвучены в суде 24 октября, эксперты пришли к выводу, что запись — подделка. По мнению адвоката Кечимова, это достаточное основание для закрытия дела. «Дело просто рассыпалось», — считает Верхолядов. Поэтому он подал ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении Кечимова.

«Сами по себе обвинения выглядят нелепо. Во-первых, на стадии следствия, когда моему подзащитному предъявили обвинения, с ним не было переводчика, и он не понимал содержания документа, что нарушило его право на защиту. Во-вторых, статья, по которой судят Сергея, выглядит в этой ситуации крайне сомнительно. Один из потерпевших вообще заявил, что не видел для себя никакой угрозы. Возникает ощущение, что „Сургутнефтегазу“ вся эта история не очень нужна. Возможно, что это сотрудники полиции пытаются прикрыть какие-то свои не слишком законные действия. Не зря обвинения в адрес Кечимова появились после того, как он попытался подать заявление об избиении», — рассказал Открытой России Верхоглядов.

В компании «Сургутнефтегаз» от комментариев по этому делу отказались, ссылаясь на то, что речь идет о суде между физическими лицами, а корпорация в этом не участвует.

Это не единственный конфликт коренных народов Югры и нефтяных компаний. Природный парк Нумто, так же, как Имлор входящий в реестр объектов культурного наследия народов России, стал поводом для затяжного конфликта между местными жителями и «Сургутнефтегазом». Нефтяники выступали за изменение его зонирования для добычи нефти, в то время как населяющие эти места ханты и ненцы выступали против, опасаясь негативного влияния на экологию парка. Несколько дней назад был принят новый проект зонирования, который был одобрен всеми участниками процесса. По словам координатора Арктического проекта Гринпис России Евгении Беляковой, за всей этой историей на второй план отходит сама экологическая ситуация.

«Сейчас экологическая ситуация на Имлоре вызывает серьезное беспокойство и продолжает оставаться стабильно тяжелой. Озеро окружено дорогами, трубопроводами, кустовыми площадками. Ручьи, соединяющие его с другими озерами, зачастую перекрыты. Разливы нефти происходят регулярно, иногда попадают в само озеро, иногда рядом с ним. На снимке из космоса видно, как оно по цвету отличается от окружающих озер, меньше затронутых разработкой месторождения. Из того, что я знаю со слов самого Сергея Васильевича Кичимова и его соплеменников, он всегда был в напряженных отношениях с „Сургутнефтегазом“, так как все время жаловался на обнаруженные на своих угодьях нарушения и требовал устранения. Видимо, осенью 2014 года настал момент икс, когда представители компании решили спровоцировать его и воспользоваться ситуацией, чтобы избавиться от неудобного человека».

Конфликты между нефтяниками и коренными жителями возникают постоянно, говорит Белякова. «В ХМАО лично мне известно о семи случаях. В реальности их значительно больше. Самый яркий, конечно — озеро Нумто и одноименный природный парк. Какие-то в острой стадии, но большинство в стадии тихого, безнадежного протеста. Люди часто не верят, что могут что-то изменить и подчиняются давлению нефтяных компаний. Это почти никогда не означает, что условия этого взаимодействия их устраивают», — отметила в беседе с Открытой Россией Белякова.

util