14 November 2016, 09:20

Экологический кризис на Байкале. Как самое глубокое озеро превращается в свалку

Озеро Байкал. Фото: Anton Petrus / Barcroft Images / ТАСС

Прошло три с года с тех пор, как на Байкале было зафиксировано резкое ухудшение экологической обстановки. Специалисты уверены, что ситуация только ухудшается. Открытая Россия разбирается в основных причинах загрязнения озера

В 2013 году группа иркутских лимнологов (Лимнологический институт ЛИН СО РАН) обнаружила негативные процессы в экосистеме прибрежной зоны Байкала. Они обратили внимание на массовое развитие нехарактерных для озера водорослей, гибель и болезнь губок, а также низкое качество очистки сточных вод. Согласно исследованиям, проведенным учеными в 2016 году, ситуация не улучшилась. Область распространения водорослей увеличивается, очистных сооружений в прибрежных поселках по-прежнему нет, или они не работают.

Значительное загрязнение побережья Северного Байкала первыми обнаружили сотрудники Росприроднадзора. В 2013 году они обратились в Лимнологический институт, организацию, занимающуюся изучением озера уже не одно десятилетие, с просьбой узнать, с чем это может быть связано. Ученые организовали несколько экспедиций, в результате которых установили, что причина в серьезных нарушениях, допущенных при эксплуатации очистных сооружений, принадлежавших РЖД, на которые поступали промышленные стоки. И без того изношенное оборудование было не предназначено для этого. В итоге несколько лет подряд в озеро поступали плохо очищенные сточные воды, из-за чего здесь массово стала развиваться нехарактерная для Байкала водоросль — спирогира.

Как озеро превращается в болото

Ситуация в районе Северобайкальска не уникальна, спирогира развивается рядом со всеми крупными прибрежными населенными пунктами и в туристических местах, правда, не в таких масштабах. Три года назад было высказано несколько версий о причинах случившегося. Одно из ключевых — всему виной неочищенные сточные воды городов и деревень, а также — сбрасываемые с сотен кораблей отходы. Были предположения, что причина тому — климатические изменения, и что ситуация наладится сама собой.

Звучат и голоса скептиков, утверждающих, что загрязнение к текущим процессам отношения не имеет, а «Байкал спасет себя сам».

Осенью 2016 года Лимнологический институт организовал крупную экспедицию, целью которой было оценить, насколько изменилась ситуация. Ученые взяли пробы на всех участках Байкала, где проводились аналогичные исследования в 2014 и 2015 годах. Исследователи пришли к неутешительным выводам: спирогира постепенно расширяет ареал обитания, массово развиваясь каждую осень, ее нашли даже в тех местах, где еще год назад ее не было. Кроме этого на Байкале продолжают вымирать губки. В 2016 году из 85 губок, собранных в разных точках, только восемь процентов были здоровы, остальные — либо мертвы, либо больны.

Развитие водоросли, считают ученые — результат поступления в озеро со сточными водами большого количества биогенов, фосфатов и нитратов, которые являются удобрениями для любых растений, в том числе — водорослей. Каждую осень на берег выбрасывается множество водорослей — так Байкал избавляется от излишков биогенов. Они гниют на берегу, затем их вновь смывает штормами в воду.

Кучи гниющих водорослей на берегу бухты Сеногда. Фото: Анжела Иванова

Гидробиолог, доктор биологических наук, заведующий лабораторией биологии водных беспозвоночных Лимнологического института Олег Тимошкин считает спирогиру ответом экосистемы Байкала на человеческое воздействие:

«Природа таким образом предусмотрела, что всю грязь, которую люди выбрасывают в Байкал, он утилизирует в виде биомассы этих водорослей и выплевывает это все на берег.

Мол, вы нагадили — вот, получите».

Ни в одном из исследованных учеными поселений очистные сооружения не справляются со своими задачами. За три года ученые не нашли ни одной станции, выдающей сточные воды, в которых концентрация вредных веществ или фекальных бактерий не превышала бы норм, предусмотренных федеральным законодательством. По данным ЛИН, по некоторым показателям нормы были превышены в десятки раз.

Угрожающий симптом — развитие в Байкале сине-зеленых водорослей. В 2016 году сотрудники опубликовали в профильных научных изданиях статьи, в которых указывают на распространение в озере сине-зеленых водорослей, способных продуцировать нейротоксины. Последние, попадая в организм человека, могут вызывать неприятные последствия, вплоть до летального исхода. В некоторых пробах водорослей, взятых на Байкале, эти токсины присутствуют.

Потенциально эти токсины очень опасны, но как это может проявиться на практике в конкретной ситуации — открытый вопрос. Случаи отравления людей подобными токсинами происходили по всему миру, в том числе и в России, и широко известны. Тревожным признаком могут быть случаи массовых заболеваний разного рода кишечными расстройствами среди туристов и местных жителей. Врачи как правило ставят диагноз — энтеровирусная инфекция, но те же симптомы могут проявляться и при легкой форме отравления токсинами сине-зеленых водорослей.

Покрытый мертвыми водорослями берег в бухте Максимиха, 2014 год. Фото: Олег Тимошкин

Бухта Максимиха в 2016 году. Ничего не изменилось. Фото: Олег Тимошкин

Куда уходят деньги на очистные сооружения

Деньги на охрану озера выделяются государством регулярно, но вопрос в том, как они расходуются. Здесь показательны заявления бурятской природоохранной прокуратуры. В частности, она выявила, что очистные сооружения в Улан-Удэ, который стоит на реке, впадающей в Байкал, не ремонтировались уже более 25 лет. Городские сточные воды не обеззараживались. Через суд прокуратуре удалось заставить городские власти начать их модернизацию.

О самых показательных случаях, происходивших в маленьких прибрежных городах и поселках, подробно рассказал в интервью научно-популярному журналу «Мир Байкала» республиканский природоохранный прокурор Валерий Малханов. Например, на модернизацию очистных сооружений в Выдрино было выделено 10 миллионов рублей. Деньги исчезли, очистные, которым уже перевалило за 35 лет, так и остались без ремонта. В 2013 году на федеральные деньги было начато строительство очистных сооружений, полигона твердых бытовых отходов и канализации в поселке Максимиха. За полмиллиарда рублей в поселке, где живет 300 человек, выстроили очистные, рассчитанные на 80 тысяч. В то время как рядом находится восьмитысячный Усть-Баргузин, в котором до сих пор нет даже канализации.

Прокуратура выявила более 50 нарушений, допущенных при строительстве сооружений. В итоге очистные не закончены до сих пор, по назначению не используются и даже не охраняются. Дорогостоящее оборудование просто гниет и растаскивается вандалами. В городе Бабушкине за 150 миллионов построили очистные сооружения, но их оборудование не выдерживает морозов.

В итоге анализ сточных вод на выходе из этих очистных показывает превышение нормы содержания кишечной палочки в 240 раз. При этом, как утверждает прокурор, местная администрация умудрилась «потерять» проект сооружений, который стоил бюджету пять миллионов.

Его следов не удалось обнаружить даже в управлении капитального строительства Республики Бурятия. По данным прокурора Малханова, строительство дорогих и бесполезных очистных сооружений в Бабушкине и Максимихе производила одна и та же московская компания «Водпроектстрой».

Жители Северобайкальска очищают побережье от спирогиры. Фото: Олег Тимошкин

Зона, свободная от фосфатов

Было бы неверным утверждать, что никаких положительных изменений нет: хозяева гостиниц и туристических баз понимают, что если не прекратить загрязнение озера, то их бизнес перестанет приносить прибыль. Поэтому они самостоятельно покупают и устанавливают очистные сооружения. Проблема в том, что все существующие отечественные и большинство зарубежных систем, по мнению ученых, не позволяют очищать сточные воды на необходимом для Байкала уровне.

Кроме того, в народном хурале Бурятии предложили объявить республику зоной, свободной от фосфатных стиральных порошков, а власти Иркутской области обратились в Минприроды России с предложением о поэтапном запрете или ограничении использования в Центральной экологической зоне Байкальской природной территории синтетических моющих средств, содержащих фосфаты.

Подобная практика используется во многих странах с развитой системой экологического контроля. Для сравнения, в Канаде, Японии и многих штатах Северной Америки максимальное содержание фосфатов в порошках — 0,5 процента. В Российских — до 15 процентов. Если сократить содержание фосфатов, это может существенно снизить степень антропогенного воздействия на озеро.

Туристы и местные жители постепенно начинают понимать серьезность ситуации и своими силами очищают побережье. Так, в 2016 году в Северобайкальске волонтеры очистили 500 квадратных метров береговой зоны от водорослей. На спортивной базе бурятского технического университета отдыхающие и сотрудники вручную собирают водоросли и вывозят их в тайгу. Однако усилий местных сообществ недостаточно, чтобы кардинально решить проблему. Без федеральной поддержки, без реальной заинтересованности в устранении кризиса «самое чистое озеро» может превратиться в самую глубокую в мире и к тому же самую дорогую свалку.

«Процессы, которые развиваются сейчас на Байкале, поразительно похожи на те, что происходили в период между 1950 и 1970 годами на Великих озерах в США. Точно так же эти изменения могут существенно повлиять на экономическую деятельность и здоровье людей, живущих неподалеку. Учитывая многообразие мнений вокруг причин и возможных последствий этих изменений, делать прогнозы пока рано. Деградация прибрежной зоны некоторых участков озера может быть вызвана как колебаниями уровня озера, так и поступлением токсичных промышленных веществ или глобальным потеплением. В любом случае, какими бы ни были причины, с загрязнением Байкала нужно справиться как можно скорее. Опыт Великих озер показывает, что минимизировать последствия эвтрофикации (процесс ухудшения качества воды из-за избыточного поступления в водоем так называемых „биогенных элементов“ — Открытая Россия) можно, выстроив многочисленные очистные сооружения. Также необходим строгий контроль биогенной нагрузки на озеро, что невозможно без принятия соответствующей программы постоянного мониторинга прибрежной зоны», — к такому выводу в своем исследовании приходят ученые Лимнологического института.

util