17 November 2016, 16:46

«Один бил, а второй кричал». Дадин, Сенцов и другие политзаключенные, подвергшиеся пыткам в тюрьме

 Участник пикета в защиту активиста Ильдара Дадина в Санкт-Петербурге. Фото: Игорь Акимов / Интерпресс / ТАСС

Первого ноября первый осужденный за неоднократное нарушение правил проведения уличных мероприятий Ильдар Дадин рассказал в открытом письме о пытках и ужасных условиях содержания в исправительной колонии № 7 в Сегеже, где он отбывает наказание. По его словам, все заключенные подвергаются систематическим избиениям, отправляются в ШИЗО без объяснения причины, а их письма и жалобы не уходят за пределы исправительного учреждения. Открытая Россия — о пытках в отношении заключенных по политическим статьям.

История Дадина — не первый случай пыток и жестокого обращения с осужденными в исправительных учреждениях России. Многие подвергались или до сих пор подвергаются насилию со стороны надзирателей. «Бывало, что политзаключенных и убивали в тюрьмах и колониях. Например, так убили нацбола Риму Шайгалимова и националиста из „Северного братства“, профессора Петра Хомякова. Сейчас насилие в основном применяется к правым и к исламистам, но также и к заложникам из Украины», — рассказывает Открытой России бывший болотник Владимир Акименков, который помогает осужденным по политическим мотивам

Адвокат Алексей Иванов уверен, что пытки в России являются одним из главных способов раскрытия преступлений. «Ситуация усугубляется тем, что некоторые „коллеги“ подписывают эти „добровольные“ показания, тем самым легализуя их в качестве доказательств. После этого изменить что-либо в деле невероятно сложно. Для этого нужны сверхусилия», — рассказывает адвокат. Однако Правозащитник и член ОНК Игорь Сажин с ним не согласен. В интервью «Открытой России» он заявил, что пытки применяются в колониях не очень часто, а главной проблемой все же остаются весьма ограниченное сотрудничество УИС (уголовно-исправительной системы) с обществом.

«Открытая Россия» рассказывает о других политзаключенных, подвергшихся пыткам в колониях.

Олег Миронов

Активист «Другой России» Олег Миронов, задержанный за срыв концерта музыканта Андрея Макаревича и приговоренный к трем годам лишения свободы, 15 ноября 2016 года пожаловался на избиение в мордовской колонии ИК-4.

Олег Миронов. Фото: drugros.ru

Миронова, по его словам, избил заместитель начальника по воспитательной части исправительного учреждения Дмитрий Романов за то, что осужденный якобы плохо делал зарядку. Между ним и сотрудником ФСИН возникла словесная перепалка, после которой Миронова несколько раз ударили по ногам. Ему не сразу оказали медицинскую помощь, а также не хотели подписывать разрешение на телефонный разговор с адвокатом.

Сергей Мохнаткин

Правозащитник Сергей Мохнаткин, признанный виновным в «Применении насилия в отношении представителя власти» и приговоренный к 4,5 годам колонии строгого режима, в марте 2016 года подвергся избиениям в ИК-4 Архангельской области.

Мохнаткина собирались отвезти в СИЗО Котласа, чтобы 9 марта доставить на заседание по делу об оскорблении сотрудника ФСИН. Он попросил предоставить ему письменное распоряжение о переводе. Получив отказ, Мохнаткин лег на пол, выражая таким образом протест. После этого он подвергся сильным избиениям сотрудниками ФСИН, в том числе и начальником колонии. «Били ногами, в том числе по лицу», — вспоминает заключенный. Медицинскую помощь оказывать правозащитнику отказались. Политзаключенный объявил голодовку, чтобы обратить внимание на незаконные действия сотрудников колонии.

Алексей Сутуга

В 2013 году избиениям подвергался и активист движения «Антифа» Алексей Сутуга, приговоренный к трем годам и одному месяцу заключения. Антифашиста обвинили в нападении на посетителей московского кафе «Сбарро» Рустама Мирзу и Вячеслава Белова.

Об этом он подробно рассказал телеканалу «Дождь»: «Меня заковали за спиной наручниками и начали бить электрошокером. Один бил, а второй кричал, чтобы я сел на корточки. Я из-за шока упал на корточки, и меня начали бить электрошокером, но уже по голове. Потом меня подняли и сказали: „Ты первый раз, поэтому с тебя достаточно“, и завезли меня в камеру, где я ждал, когда меня отведут на суд».

Сутуга периодически объявляет голодовку, чтобы привлечь внимание к проблеме нарушения прав человека в российских колониях. Но активиста до сих пор сажают в ШИЗО без объяснения причин.

Алексей Сутуга

Андрей Креков

Юриста из Архангельска Андрея Крекова, отбывающего срок в колонии-поселении по статье о насилии в отношении полицейского, тоже постоянно отправляют в ШИЗО.

Главный редактор «Медиазоны» Сергей Смирнов сообщил в своем телеграмм-канале, что Крекова сначала избили в полиции, а потом обвинили по 318 статье УК (Применение насилия в отношении представителя власти). В заявлении было сказано, что он укусил полицейского за ногу. При этом рана была прямая, что при укусе зубами физически невозможно.

Осужденный объявил голодовку 12, чтобы высказать свое несогласие с порядками в колонии. Смирнов уверен, что сотрудники колонии недовольны тем, что Креков, как и Дадин, настаивает на том, чтобы все было согласно букве закона.

Олег Сенцов

У украинского режиссера Олега Сенцова, приговоренного к 20 годам колонии строгого режима за организацию террористического сообщества, признательные показания выбивали под пытками.

Осужденный рассказывал о том, что ему на голову надевали полиэтиленовый пакет, душили до обморочного состояния, наносили множественные удары по спине и голове ногами, руками и дубинкой, снимали штаны вместе с трусами, били по ягодицам и угрожали изнасилованием дубинкой. По его словам, сотрудники обещали вывезти его в лесополосу и убить, угрожали посадить в пресс-хату, скормить собакам. Все это происходило на протяжение нескольких часов.

Сотрудники ФСБ хотели заставить режиссера дать признательные показания о намерениях организовать и совершить ряд поджогов и взрывов, а также о хранении оружия и взрывчатых веществ.

Олег Сенцов. Фото: Валерий Матыцин / ТАСС

Не только избиения являются нарушением прав человека в колонии. К ним можно также отнести и несоответствие условий содержания состоянию здоровья заключенного.

Таисия Осипова

Активистка «Другой России» Таисия Осипова, осужденная на 10 лет лишения свободы (после повторного слушания срок был сокращен на 2 года) за сбыт наркотиков, отбывает наказание в ИК-5 Тверской области.

Активистка страдает сахарным диабетом, но ее диагноз не был подтвержден до посадки, и поэтому сейчас она не может получать необходимые лекарства. Осипова написала письмо писателю Сергею Шаргунову, которое было опубликовано в «Новой газете».

В письме осужденная рассказывала, что не уверена, что доживет до освобождения. Но страшнее всего, как признается активистка, что она может больше никогда не увидеть свою дочь Катрину. «„Эшники“ с первых минут обыска не скрывали, что им нужен мой муж — Сергей Фомченков, один из руководителей партии „Другая Россия“». Они предлагали мне его оговорить. После того как я отказалась, они «нашли» в доме наркотики — в комоде с детскими вещами«, — рассказывает о своем деле Осипова.

Максим Панфилов

Максим Панфилов, обвиняемый по делу о массовых беспорядках на Болотной площади в Москве 6 мая 2012, страдает синдромом Туретта. Это позволяет правозащитникам и адвокатам требовать поместить его под домашний арест. Однако Панфилова перевели в психиатрическое отделение больницы СИЗО «Бутырка». «Это не больница, это тюрьма. Там таблетки не дают», — говорит адвокат Мария Куракива, возражая против перевода Панфилова в психбольницу.

util