Политический канал: почему мы полюбили анонимные комментарии в мессенджерах
 Фото: Dado Ruvic / Reuters
3 January 2017, 14:00

Политический канал: почему мы полюбили анонимные комментарии в мессенджерах

В 2016 году telegram-каналы непрерывно росли, но политологи пока не видят в них потенциала для разыгрывания политических партий

Один из главных медиа-феноменов ушедшего 2016 года — популярность telegram-каналов, которые появились в мессенджере еще в сентябре 2015 года. Канал — это аналог публичной страницы в других социальных сетях, где владелец может оставлять сообщения, которые могут увидеть все подписавшиеся. Но с одним существенным отличием — никакой обратной связи не существует. Владелец канала может увидеть только количество просмотров или репосты своих постов в других каналов. Но вряд ли бы это было существенным конкурентным преимуществом мессенджера. Главное их достоинство — возможность поддержания анонимности.

Восхождение telegram-каналов в 2016 году происходило на фоне дальнейшего углубления вторжения российского государства в Интернет. С 2012 года российская власть принимала законы, ограничивающие свободу российских интернет-пользователей. Блокировка неугодных страниц и целых сайтов стала скорее нормой, чем исключением. А в 2016 году был принят так называемый «пакет Яровой» — комплекс поправок к российскому антитеррористическому законодательству, который сводит анонимность в Интернете и не только (сотрудников почты обязали проверять содержимое посылок) к минимуму.

Telegram, серверы которого расположены в нескольких странах, но не в России, как считается, выгодно отличается от конкурентов. По крайней мере, его создатель Павел Дуров утверждает, что он не вступает в контакты со спецслужбами. Как бы то не было, именно политика продвижения, основанная на приватности, гарантировали прирост аудитории Telegram в России за счет политически активной публики. Точной статистики количества российских пользователей telegram до сих пор не существует, однако общим является мнение, что их число уступает пользователем других популярных мессенджеров и социальных сетей. А основная часть пользователей проживают в больших городах, и имеют неплохой доход.

Но курс на приватность, взятый Telegram, позволил уже в 2016 году состояться феномену в феномене — анонимным политическим telegram-каналам. Лидерами среди них являются «Незыгарь» и «Методичка». Их авторы до сих пор не известны, да и популярность их очень ограничена — их читают преимущественно политические журналисты и активисты. Едкие политические комментарии анонимных авторов часто мешаются с инсайдерской информацией из высших эшелонов российской власти. На общем фоне упадка политической журналистики анонимность автора — это логичный шаг, следующий за анонимностью источников. Сейчас практически не осталось «говорящих голов», которые действительно ответственны за принятие политических решений. Логично, что и автор, пишущий о непубличной политике становится таким же, как и предмет его исследования.

Приватность под вопросом

Правда вопрос о реальной анонимности telegram-каналов остается открытым. Вы можете вести канал анонимно, не раскрывая своего имени и номера телефона. При участии в чатах и личной переписке вы сами задаёте имя, под которым вас видят другие. При этом люди, которые знают ваш номер телефона, смогут вас идентифицировать — вы будете отображаться у них так, как записаны в телефонной книге. Но узнать ваш телефон, зная только username или id в Telegram, нельзя.

Вычислить автора канала не получится, если он сам не сделает для этого что-то — например не поделится номером с кем-то. По умолчанию посты в канале не имеют подписи. Некоторые администраторы оставляют в описании канала свой юзернейм для обратной связи. Это можно использовать для деанонимизации с помощью социального инжиниринга — например, прислать фишинговую ссылку.

Теоретически автора канала можно вычислить при содействии администрации Telegram, но вероятность этого очень низкая. Власти и спецслужбы разных стран часто обращаются к популярным интернет-сервисам с просьбой раскрыть данные о пользователях, стоящих за определенными страницами и группами в социальных медиа. Так администрация Facebook раскрывает личность пользователя по запросу спецслужб, если их запрос сочтут корректным. Но создатели Telegram заявляли, что никогда не передают государству данные о пользователях и не будут делать этого впредь.

Резюмируя: если анонимный автор канала светит где-то ссылку на свой аккаунт (вроде «Для обратной связи пишите на @vasya»), теоретически его могут попробовать взломать с помощью социального инжиниринга. В остальных случаях единственная угроза анонимности автора канала — сам Telegram, который знает его телефон, IP, список контактов.

Что реально поменяли telegram-каналы в политике: мнение политолога

Владимир Лубянко, эксперт коммуникационного холдинга «Минченко консалтинг» весь год внимательно следил за развитием каналов, и пришел к мнению, что пока слухи об их влиянии слегка преувеличены:

― Telegram-каналы — это безусловно новая медиа-платформа, но только благодаря тому, что она создает ощущение анонимности. За 2016 год еще не случилось ни одного громкого разоблачения популярного анонимного канала, как это бывало на других платформах. Это важное технологическое свойство платформы. Другое преимущество telegram-каналов — их встроенность в мессенджер, благодаря чему можно настроить оперативное получение новой информации. Более того, источник информации фактически маскируется под мессенджер, к которому у пользователя больше психологического доверия. Человек чаще проверяет мессенджер из-за сообщений близких людей, и вместе с этим получает политическую информацию. Ленты новостей обычный пользователь так часто не проверяет.

Несмотря на малое распространение Telegram по России в целом, он популярен у ключевых участников процесса распространения политической информации — это блогеры, журналисты, политологи.

Мне неизвестны конспирологические версии распространения Telegram среди указанных групп людей. Но, как часто бывает с конспирологическими версиями, вместо объяснения реальности, можно строить предположения. Есть три-четыре политических анонимных канала, на которые подписаны все политические журналисты, воспринимающие их во многом как источник информации. Если размышлять так, то эти каналы безусловно имеют влияние. В этом, как мне кажется, могут скрываться возможности манипуляции повесткой медиа.

Но пока в среде политических технологов, насколько мне известно, каналы еще не рассматриваются как важный инструмент для медийной работы, не совсем понятна их технологическая эффективность. Пока всё, о чем мы говорили, это всего лишь способ влияния на ключевых политических журналистов. Но количество подписчиков у каналов невелико. Их должно быть значительно больше, чтобы их стали использовать в политтехнологических целях, чтобы на работу с ними выделяли отдельные бюджеты. Telegram пока не влияет на электорат в силу своего узкого распространения в России.

В 2016 году telegram-каналы заняли нишу для медийной поддержки политических действий. В telegram довольно сложно проследить причины и следствия. Нельзя исключать, что через анонимные политические каналы запускаются определенные темы, чтобы дождаться реакции медиа на них. А потом в зависимости от реакции (Кто написал про нее? В каком ключе?) тема начинает раскручиваться при помощи других инструментов.

Сейчас стоит вопрос о росте Telegram как инструмента. Если мы в 2017-м году увидим пример, когда именно каналы сыграли важнейшую роль в раскрутке политического события, то к ним изменится отношение. Но пока к этому нет предпосылок.

util