Судьба Обамы в России: от «перезагрузки» до расистских оскорблений
 Владимир Путин и Барак Обама. Фото: Дмитрий Азаров / Коммерсантъ
11 Января 2017, 20:10

Судьба Обамы в России: от «перезагрузки» до расистских оскорблений

В 2009 году Барака Обаму вполне можно было назвать если не русофильским, то вполне комфортным для Москвы президентом США. В конце своего правления он стал в России объектом злобных нападок и оскорблений, которые и не снились его предшественникам.

Так иногда начинают книжные или киношные рецензии: «У этой книги (у этого фильма) в России сложилась удивительная судьба». У американского президента Барака Обамы в России сложилась действительно удивительная судьба. Куда более удивительная, чем у обоих его предшественников, возглавлявших США после окончания Холодной войны.

И однопартиец Обамы, демократ Билл Клинтон, и республиканец Джордж Буш-младший в глазах российской «патриотической» общественности куда больше соответствовали представлениям, связанным с «мировым жандармом» и «построением однополярного мира».

Билл Клинтон в 90-е годы пережил период бурной дружбы с Борисом Ельциным. Истеричный смех главы Белого дома во время путанных выступлений Ельцина на совместных брифингах. Дружеские похлопывания по плечу и смахивание слез со щек. Ельцин, проспавший Ирландию на пути из США в Россию. Хозяин Кремля ездил в Вашингтон как на дачу к друзьям, не стесняясь демонстрировать там свою диковатую харизму и, одновременно, чрезмерную дружественность.

Пресс-конференция президента США Билла Клинтона и президента России Бориса Ельцина, 1995 год, Гайд Парк

В то время критика и США в целом, и Клинтона в частности были в России нишевым занятием. Про «мирового жандарма» привычно ворчала оппозиционная Ельцину КПРФ, похабные карикатуры на тему личной жизни американского президента публиковала маргинальная «красно-коричневая» пресса. Но российский чиновничий корпус вслед за президентом удерживал на лицах доброжелательные улыбки. Слова влиятельного регионального «тяжеловеса», саратовского губернатора Аяцкова «завидую Монике Левински» ― один из символов российско-американских отношений середины 90-х. Страшно представить, что произошло бы в современном российском информационном пространстве, если бы Обама не был примерным семьянином, и вляпался бы в скандал, подобный скандалу с Левински.

В конце 90-х, во время бомбежек Югославии натовской авиацией, был разворот самолета премьера Примакова над Атлантикой, были массовые акции протеста под стенами американского посольства в Москве, был марш-бросок российских десантников на косовскую Приштину. Но даже в период немыслимого по тем временам обострения российско-американских отношений Клинтону не пришлось пережить и малой доли тех личных оскорблений, которые выпали на долю нынешнего президента США.

Протест у Американского посольства, против начала бомбардировки войсками НАТО населенных пунктов Сербии, 25 марта 1999 года. Фото: Павел Кассин / Коммерсантъ

Протест у Американского посольства, против начала бомбардировки войсками НАТО населенных пунктов Сербии, 25 марта 1999 года. Фото: Павел Кассин / Коммерсантъ

Уже под занавес своего правления, Ельцин во время визита в Китай говорил о том, что Клинтон, «позволил себе надавить на Россию», «на минуту, на полминуты забыл, что такое Россия.., забыл, что Россия обладает полным арсеналом ядерного оружия».

По сравнению с такими апокалиптическими заявлениями Верховного главнокомандующего новая эпоха Путина-Буша воспринималась как оптимистичная разрядка. Джордж Буш «заглянул в глаза» Владимиру Путину и «ощутил его душу», разглядел «прямого и достойного доверия человека», а Путин счел Буша «приятным собеседником», «нормальным абсолютно человеком, реально воспринимающим вещи».

Союз двух «правых консерваторов», «патриотов-ястребов» был несколько омрачен нарушением прав человека на Кавказе во время Второй чеченской войны, но все же окреп после терактов 11 сентября, во время войны с талибами и «Аль-Каидой» в Афганистане, когда Путин навязал себя Штатам в качестве стратегического союзника.

Владимир Путин и Джордж Буш, 2003 год. Фото: Дмитрий Азаров / Коммерсантъ

Владимир Путин и Джордж Буш, 2003 год. Фото: Дмитрий Азаров / Коммерсантъ

В дальнейшем панамериканское мессианство Буша и все более нервозное проявление путинских комплексов привели к охлаждению американо-российских отношений. Были и недовольство вторжением американцев в Ирак, и борьба с «оранжевой угрозой» как инструментом «американской антироссийской политики», и мюнхенская речь Путина, и война с Грузией 2008 года.

Однако лично Буш так и не стал объектом по-настоящему масштабного бичевания российских медиа — хоть и давал для этого удобные эстетические поводы со своими ковбойскими шляпами и очевидной малоинтеллектуальностью. «Буш — сраный ковбой» — это был частный репертуар Жириновского, но не кремлевской пропаганды.

Обращение Владимира Жириновского к Джорджу Бушу, 2003 год, 18+, в видео присутствует ненормативная лексика

Итоги президентских выборов в США 2008 года, когда молодой и либеральный Барак Обама выиграл выборы у Джона Маккейна (словно сошедшего со страниц советского журнала «Крокодил»), повлекли за собой и «перезагрузку», и изменения в американской внешней политике, которые Москва иначе как благоприятными для себя не могла считать.

Обама сокращал американские военные контингенты везде, где только было возможно, пытался договариваться с Россией везде, где только мог договориться, воздерживался от любых агрессивных шагов везде, где это не походило бы на капитуляцию. В Ливии в 2011 году Обама плелся в хвосте авантюристичной политики французского президента Саркози, но лишь потому, что Кремль Дмитрия Медведева демонстративно соглашался с тем, что западные страны делали в отношении Ливии.

Затем был 2014 год. Владимир Путин испугался украинской революции. Точнее, как раз украинской революции Путин в событиях на Майдане не видел, а видел некую американскую спецоперацию, направленную против него, Путина, лично. После этого российский президент взял курс на брутализацию международных отношений, достойную 1938-1939 годов, но никак не XXI века. Администрация Обамы вынуждена была сопротивляться новому российскому курсу — иногда вяло, иногда нерешительно, иногда хаотично. Ключевое словосочетание тут — «была вынуждена».

Но этого оказалось достаточно для того, чтобы 44-й президент США — интеллигентный и мягкий человек, лишенный любых имперских и мессианских амбиций, способный договариваться с Россией и желавшей с ней договариваться — стал в глазах России самым ненавидимым и самым унижаемым главой США.