Александр Верховский: «Важно, чтобы государство поддерживало табу на антисемитизм»
 Петр Толстой и митрополит Меркурий. Фото: Михаил Почуев / ТАСС
25 Января 2017, 14:24

Александр Верховский: «Важно, чтобы государство поддерживало табу на антисемитизм»

К чему могут привести антисемитские высказывания в публичном пространстве

На днях с подачи вице-спикера Госдумы Петра Толстого в российском медиа-пространстве заговорили о проблеме антисемитизма в обществе. Представители еврейских общин и просто общественные деятели осудили Толстого за его слова о потомках людей, «выскочивших из-за черты оседлости», — то есть, о евреях.

По словам директора аналитического центра «Сова» Александра Верховского, оскорбительное высказывание вице-спикера — это не признак высокого уровня антисемитизма в обществе, а скорее частный случай. Но это не значит, что на такие единичные случаи надо закрывать глаза. Почему — объясняет Александр Верховский:

— Уровень антисемитизма в обществе можно мерить по разным параметрам: по каким-то идеологическим воззрениям или по шкале Богардуса о том, насколько человек готов близко к себе подпустить, например, евреев.

Сейчас все эти показатели в России снижаются. Судя по социологическим опросам, идеи антисемитизма уже неактуальны по сравнению со многими другими темами. Конечно, какие-то антисемитские предрассудки существуют, но они распространены меньше, чем 15-20 лет назад.

Нет никакой особой разницы в том, к какому социальному слою принадлежит человек. Представители элит в своем антисемитизме ничем не отличаются от остального населения. Есть небольшая разница между жителями разных типов населенных пунктов, но, опять же, эта разница несущественна.

То что мы видим в том числе на примере Толстого — это не феномен каких-то массовых настроений. Это просто иногда прорывающиеся на поверхность разного рода конспирологические теории, которые сидят в головах у политически озабоченных граждан.

Сегодняшний российский антисемитизм делится на две составляющие. С одной стороны, это идейный антисемитизм для тех групп, для которых эта тема идеологически важна. Например, для радикальных исламистов, неонацистов или черносотенцев. Но все это сравнительно небольшие группы граждан. С другой стороны, есть более широко распространенные предрассудки, связанные просто с популярностью конспирологических теорий.

Сейчас конспирология во всех ее разновидностях структурно позаимствована из старого, классического антисемитизма. Поэтому если человек по каким-то причинам уже верит, что вся история современности — это битва Ротшильдов с Рокфеллерами, то он неизбежно будет воспроизводить антисемитские штампы.

Как только начинается какая-то антизападная активизация, сразу становятся популярны конспирологические теории. В российском контексте это две взаимосвязанные вещи.

С 2014 года конспирологии в российском медиапространстве стало больше. В том году началась безумная пропагандистская кампания, связанная с Украиной. Из-за того, что она так резко набирала обороты, обычные цензурные ограничения на время ослабли. И это прямо отразилось на количестве антисемитских публичных высказываний.

С середины 1990-х, по крайней мере на федеральном телевидении, любые антисемитские фразы отсекались еще на подходе — антисемитская тематика была полностью табуирована. Когда потребовалось срочно мобилизовать пропагандистов, то пришлось эти вожжи несколько ослабить. Поэтому в телевизоре мы и видели какие-то антисемитские проявления. Потом эти вожжи обратно подтянули, и основная часть таких высказываний исчезла. Но временами некоторых по-прежнему прорывает. И Толстой нам это продемонстрировал — никто его за язык не тянул, можно было бы без этого обойтись.

Если снять табу на использование такой риторики официальными и полуофициальными лицами, то это очень сильно меняет расклад, и последствия непредсказуемы. Поэтому, я думаю, что большое начальство в этом не заинтересовано, и у нас в информационном пространстве не будет развития антисемитской темы.

Хотя теоретически рост антисемитизма в стране возможен. Спровоцировать волну совсем нетрудно, нужно только желание. Не обязательно, чтобы вся страна как один мобилизовалась ненавидеть евреев. Достаточно небольшого процента, например, процентов 10, граждан, которые осознают, что их агрессия к евреем или к кому-либо еще со стороны государства поощряется, а не пресекается.

В этом смысле в качестве объекта агрессии можно назначать кого угодно. Мы это видели, например, во время антигейской компании 2013 года. У нас достаточно гомофобная страна, но люди предпочитали проходить мимо этой темы. А когда население стали откровенно науськивать, то безнаказанность нападений сразу резко повысилась — люди поняли, что за это не накажут. Те, кто хотел пойти и побить кого-то, стали с легкостью это делать. И то же самое можно проделать по отношению к кому угодно. Вопрос в том, рискнут ли пойти на это наши власть.

Мне кажется, пока просто непонятно, зачем нашему политическому начальству должно понадобиться выбирать евреев в качестве объекта для насилия. Поэтому я бы не стал беспокоиться по поводу какого-то роста уровня антисемитизма. Но если к Толстому не будут приняты какие-нибудь дисциплинарные меры, то это плохой знак. Это будет значить, что какой-то другой чиновник подумает, что такие высказывания позволительны. И важно, чтобы государство поддерживало табу на антисемитизм.

Бывший ведущий Первого канала, вице-спикер Госдумы Петр Толстой, комментируя протесты против передачи Исаакиевского собора РПЦ, 23 января назвал противников действий петербургских властей потомками людей, «выскочивших из-за черты оседлости». Аудиозапись с его словами опубликовало «Эхо Москвы».

«Хочу от себя лично добавить, что наблюдая за протестами вокруг передачи Исаакия, не могу не заметить удивительный парадокс: люди, являющиеся внуками и правнуками тех, кто рушил наши храмы, выскочив там... из-за черты оседлости с наганом в семнадцатом году, сегодня их внуки и правнуки, работая в разных других очень уважаемых местах — на радиостанциях, в законодательных собраниях, — продолжают дело своих дедушек и прадедушек», — говорил Толстой.

Черта оседлости — это территория, за пределами которой в Российской империи запрещалось жить евреям. Заявление вице-спикера с упоминанием этой фразы многими было воспринято как антисемитское. Например, так охарактеризовал его высказывание пресс-секретарь Федерации еврейских общин России Борух Горин.

«Если человек приписывает национальной группе взгляды исключительно из-за ее национального происхождения, то, конечно, это не просто обобщения, а обобщения националистические, в данном случае юдофобские», — добавил Горин.

Президент Федерации еврейских общин России раввин Александр Борода отметил, что подобные заявления вице-спикера парламента — это подрыв межнационального мира в стране и нагнетание напряженности.

Депутат Заксобрания Санкт-Петербурга Борис Вишневский назвал высказывания Толстого «людоедскими» и предположил, что за такое следовало бы лишать не только поста вице-спикера, но и депутатского мандата.

Председатель Совета по правам человека при президенте Михаил Федотов также осудил вице-спикера. «Антисемитизм такая же позорная болезнь как сифилис, в приличном обществе принято ее скрывать, а не выставлять напоказ», — подчеркнул он.

Сам Петр Толстой не видит ничего оскорбительного в своих словах. В своем посте в Фейсбуке он написал, что «только люди с больным воображением и не знающие истории своей страны могут усмотреть в моих словах „признаки антисемитизма“». Он считает, что такое внимание к его словам объясняется тем, что «кто-то» очень хочет «внести в общественную дискуссию очередную линию раскола, теперь — по национальному признаку».

util