Белорусская граница постепенно закрывается
 Сотрудник ДПС на белорусско-российской границе. Фото: Александр Хитров / БелТА / ТАСС
2 February 2017, 20:49

Белорусская граница постепенно закрывается

Политика Путина делает Россию все более изолированной и одинокой

Белоруссия за минувшие сутки дважды попадала в российские новостные топы. Сперва стало известно о приказе директора ФСБ Бортникова ввести пограничную зону на российско-белорусском рубеже. Затем прокремлевский сайт «Регнум», называющий себя «информационным агентством», сообщил со ссылкой на некие «источники», что Белоруссия готовится выйти из Евразийского экономического союза, ОДКБ и, возможно, даже из Союзного государства России и Белоруссии. Официального подтверждения этой информации «Регнума» не последовало.

Но вопрос с границей ― вполне официальный и острый. Охраняемой границы между двумя постсоветскими государствами не было с 1995 года, когда Москва и Минск подписали Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве. Это была одна из первых стадий сближения после прихода к власти в 1994 году Александра Лукашенко. В 1996 году создали Союзное государство России и Белоруссии ― подобие конфедерации с декларируемыми намерениями переходить к более тесным формам интеграции. Это странное политическое образование породило бессмысленные учреждения, служившие лишь местом получения зарплат, вроде «союзных» газет и телепрограмм. Но была и вполне осязаемая польза: из любой точки России в любую точку Белоруссии можно было проехать так, как будто по-прежнему существовал Советский Союз. В 2011 году в связи с созданием Таможенного союза были упразднены и таможенные пункты.

Советская реакция как союзник борьбы с новым авторитаризмом

Со временем Союзное государство, возникшее как реакция минской и московской администраций на ностальгию населения по СССР, неожиданно стало помощником для тех, кто боролся с новым авторитаризмом.

По мере того, как во второй половине 90—х годов в Белоруссии креп авторитаризм, открытая российская граница становилась все более желанной и востребованной возможностью для бегства. С 2000 года авторитарный режим начали строить в России ― и в середине 2000—х уже Белоруссия стала для российских оппозиционеров шансом на спасение от ареста.

Достоверно известно, что в начале 2005 года через Белоруссию в Украину, где только что победила Оранжевая революция, бежали находившиеся в розыске активисты ныне запрещенной Национал-большевистской партии. Во времена президентства Виктора Ющенко Украина охотно давала убежище и нацболам, и другим антипутинским оппозиционерам. Поэтому маршрут Москва — Минск — Киев с 2005 года стал популярным направлением. Позднее им начали пользоваться все, кому, по различным причинам (чаще всего из-за неуплаченных штрафов) закрыт выезд из РФ.

Одним из доводов в пользу белорусского маршрута стало отсутствие требования загранпаспорта. Далеко не у всех рядовых уличных активистов загранпаспорт был оформлен. Но даже он в этом случае ― не главное. Загранпаспорт не нужен был в то время и для въезда в Украину, однако при пересечении границы требовалось пройти российский погранконтроль. Если беглеца успевали объявить в розыск, то именно там его путешествие могло закончиться.

Другое дело ― Белоруссия. В том случае, если человек бежит от угрозы репрессий, главное условие успеха ― не покупать билет на поезд или, тем более, на самолет, чтобы не «светить» своими документами. Многочисленные автобусные рейсы или автостоп давали возможность сбежать от политического сыска РФ без каких-либо проблем.

Более серьезным поводом для беспокойства было уже пересечение белорусско-украинской границы. За краткий период демократической независимости (1991— 1994 года) белорусские силовые структуры не успели утратить советской дисциплинированности и собранности. А потом президентом стал Лукашенко, превративший страну в полицейское государство. Подтянутые и внимательные белорусские пограничники вполне соответствовали старым советским стандартам, а еще большие опасения вызывало их плотное сотрудничество с российскими коллегами. Но, в большинстве случаев, политбеженцам удавалось попасть в Украину.

Фото: Марина Бегункова / ТАСС

Фото: Марина Бегункова / ТАСС

Российские власти сейчас заявляют, что пограничный режим будет действовать лишь для «представителей третьих стран», въезжающих в Россию из Белоруссии. Если верить таким заявлениям, то получается, что Москва реагирует на введение Белоруссией с 12 февраля безвизового режима с 80 странами, включая США и государства Евросоюза. Скорее всего, это действительно главная из причин вводимых ФСБ новшеств.

Но наверняка есть и другие цели, преследуемые Кремлем. Одна из них ― препятствовать потоку российских политбеженцев, едущих на Запад. Это касается не только активистов оппозиционных организаций. Есть еще и проблема многочисленных беженцев из кадыровской Чечни, скапливающихся на западных границах Белоруссии и желающих уехать в ЕС. Чеченские беженцы постепенно превращаются в важную гуманитарную проблему для Белоруссии и ЕС, и в политическую проблему для Грозного и Москвы.

Пока Москва говорит о том, что проезд через границу для россиян по-прежнему будет беспрепятственным. Но нынешнее распоряжение руководства ФСБ о введении пограничного режима ― еще одно звено в цепи действий, направленных на ужесточение условий проезда. Напомним, в 2016 году появлялась информация о том, что российские силовики выборочно проверяют паспорта на границе у водителей едущих в Белоруссию автомобилей. Причем, речь шла и о водителях легковых машин. При наличии же официально действующего пограничного режима ничто не помешает со временем ввести сперва выборочный, а потом тотальный паспортный контроль всех лиц, пересекающих границу в обоих направлениях. И это новшество уже не вызовет такого сильного резонанса, как нынешние пограничные реформы.

Минск пятится на Запад

С началом войны на востоке Украины Белоруссия и режим Лукашенко оказались в уникальном положении. Пожалуй, официальный Минск можно назвать главным выгодоприобретателем от украинского кризиса. Еще недавно лукашенковская Белоруссия была изгоем на Западе, в отношении ее руководства действовали санкции, а критика «последнего диктатора Европы» со стороны евроатлантического сообщества была предельно жесткой.

Постепенно санкции смягчались, так как Лукашенко ослаблял давление на оппозицию. Одновременно в 2014 году отношения с Западом резко испортились у заклятого партнера Лукашенко ― Владимира Путина. В 2014-2015 годах Лукашенко стал посредником на мирных переговорах, по-хозяйски принимал в Минске глав Германии и Франции, которые еще вчера считали его эксцентричным чудаковатым деспотом. Недавний «последний диктатор Европы» стал посредником между Западом и еще одним, новым «последним диктатором». Белоруссия, годами имевшая репутацию советского ретро-заповедника, стала окном в Европу для россиян.

Сегодня одной из серьезных проблем в экономических отношениях между Москвой и Минском стал ввоз в Россию санкционных продуктов из ЕС. В течение санкционной войны обвинения Москвы становились все более нервными, затем был запрещен транзит из России в Белоруссию продуктов из санкционной группы без досмотра. В ответ в 2014 Белоруссия сама восстановила таможенные пункты на своей границе.

Выборочные проверки на границе проводились и раньше ― например, во время «молочного конфликта» 2009 года. Но с 2014 года отношения между «братскими народами» становились острыми как никогда. Лукашенко пятится от все более нервного и назойливого восточного соседа ― и пятится в западном направлении, потому что больше некуда.

Сейчас пресса судачит о возможном выходе Белоруссии из ОДКБ и Союзного государства, а в Брянской, Смоленской и Псковской областях вновь ставят КПП, обращенные на Запад. Самое заметное интеграционное достижение Бориса Ельцина — открытая белорусская граница — постепенно уходит в историю. Парадоксальным образом политика Владимира Путина, много говорившего о «русском мире» и крушении СССР как «крупнейшей геополитической катастрофе», делает Россию все более изолированной и одинокой ― даже на постсоветском пространстве.

util