Орловская область: первый миссионер, попавший под «пакет Яровой», покидает Россию
 Дональд Джей Оссеваарде. Фото из личного архива
16 Февраля 2017, 13:11

Орловская область: первый миссионер, попавший под «пакет Яровой», покидает Россию

Дональд Джей Оссеваарде: «Что-то изменилось в этой стране...»

Американский миссионер-баптист Дональд Джей Оссеваарде — первый, кто попал под санкции закона из «пакета Яровой», после 14 лет жизни в России, заявил о своем намерении вернуться в США. Несколько дней назад Верховный суд РФ оставил без изменений решение суда в Орле, где живет проповедник: американец должен выплатить 40 тысяч рублей штрафа и лишен права на миссионерскую деятельность. Его вина заключается в том, что он проводил богослужения, не уведомив Минюст РФ «о начале деятельности религиозной группы». Корреспондент Открытой России пообщался с Дональдом и выяснил, чего ждать от его тезки Трампа, как изменилась Россия и почему он не изменил своего отношения к Путину.

— Дональд, расскажите о себе. Откуда вы родом?

— Я родился в США, в штате Мичиган, на Севере, и вырос в баптистской семье. Подростком я почувствовал в себе призвание стать проповедником. После окончания средней школы я учился в библейском колледже, посещал курсы проповедника, пастора. Несколько лет служил помощником пастора, а потом стал так называемым «благовестником» — путешествующим проповедником. Я немного путешествовал по Америке, проповедовал в разных церквях. В Америке, конечно, свободы в этом плане больше. Порой доходит до абсурда. Человек может встать и сказать: «Я — Иисус Христос, я основал свою религию». Да, над ним могут посмеяться, но притеснять его никто не станет. Есть разные группы — мормоны, Свидетели Иеговы, но если каждый имеет право — это правильно. Ведь если имеют они, то, получается, имею и я.

— Как оказались в Восточной Европе?

— Это для меня самого было удивительно, я не ожидал, что окажусь там. Когда я был благовестником, в 1994 году, у меня появилась возможность поехать в Белоруссию. Представьте себе, спустя всего несколько лет после распада Советского Союза стало законным привезти Библию, проповедовать, рассказывать людям о Боге. И это было очень интересно. Потому что когда я вырос, мне всегда говорили, что там, в Восточной Европе, «злая империя», «коммунисты». Открыто стоять на улице, раздавать Библии и проповедовать было нельзя. И вот когда это все стало возможным, для меня это было безумно интересно. Один раз в жизни поехать в бывший Советский Союз и проповедовать об Иисусе.

В Минске я провел две недели. Люди очень охотно принимали Слово Божие. Но тогда я был убежден, что никогда не захочу вернуться. Я ошибся — через год я вновь оказался там. И вновь провел в Белоруссии две недели. После этого я почувствовал: то, что сегодня нужно — это миссионерская деятельность. Я начал молиться, чтобы Бог послал в бывший СССР миссионеров.

— Как преодолевали языковой барьер?

— Изначально я мог говорить только «спасибо» и «до свидания», то есть мой лексический запас был достаточно скуден. В основном проповедовал на английском.

— Когда вы сами решили встать на путь миссионерства в нашей стране?

— Такая мысль у меня появилась в 1996 году. Я подумал: «Может быть, я сам могу им стать?». Я советовался с пастором, с семьей, и, наконец, решил, что мое призвание — служить в России. Тогда я продал свой дом и имущество в Америке, переезд занял примерно полтора года. Сначала мы с супругой жили в Киеве: мне было необходимо изучить русский язык, а там был лингвистический университет.

— Почему вы выбрали Орёл?

— У меня была большая карта России, и каждый день я сидел над ней и молился: где в этой огромной стране мне проповедовать. При этом, как я уже сказал, я учился в университете. Там я два года изучал не только русский язык, но и географию, историю, а также русскую литературу. Я изучал наследие Пушкина, Лермонтова, и вот однажды я столкнулся с творчеством Ивана Сергеевича Тургенева. Я узнал, что он сам родом из небольшого города — Орёл. Преподаватель даже указала, где он находится на карте. Я тогда осознал, что это — сердце России, и что в центральной России много неверующих, которым было бы интересно узнать, что такое простая библейская вера. С тех пор каждый день я продолжал молиться, сидя над картой, и мой взгляд, как магнитом, притягивал Орёл. Я подумал, может быть, Бог показывает мне место моего дальнейшего служения? И я решил — надо поехать и самому посмотреть, как там живут люди.

В первый раз это было в 2000 году. Я увидел спокойный красивый город. Это не совсем провинциальное место, и жить там можно. Поэтому спустя два года я переехал в Орёл окончательно и купил здесь квартиру. Сначала вместе с семьей. У меня жена, четверо детей. Кстати, супруге очень тяжело давался русский язык. Разговаривать на нем она так и не научилась. Несколько лет семья жила со мной. В 2005 году две старшие дочери все-таки решили вернуться в Америку, через три года — две младшие...

— Вы приехали в Орёл, ничего толком не зная о России. Чем занимались?

— Я начал действовать как благовестник. Мы всей семьей начали раздавать Библии и брошюрки на улице. Большинство людей были мне более—менее приятны, но они проявляли небольшой интерес. В основном, говорили «спасибо, мне это не нужно, у нас есть своя вера». Я не возражал.

Через какое-то время люди начали заинтересовываться. Я приглашал их к себе домой на чай. Там мы вместе читали Библию, я делился своими знаниями, происходило интересное общение. Некоторые из прихожан приняли баптистскую веру. Тогда я купил частный дом и начал расклеивать объявления, что ко мне могут прийти все желающие. Через мой дом прошли несколько сотен человек. Но остались, конечно, немногие: основной костяк — 12–15 человек.

— Власти не мешали?

— Нет, все было абсолютно свободно.

— Было что-то, что вас удивило в России?

— Когда я начал разговаривать с людьми на их родном языке, я был удивлен, что большинство сказали мне «да, я верю в Бога». Я спросил себя: как такое может быть, это ведь страна, где десятки лет царил атеизм? И, конечно, я был сильно удивлен, что это не так. Вот культурного шока я не переживал. Я сразу почувствовал себя в России как дома.

— Вы сказали, что купили в Орле квартиру и дом. Откуда у вас деньги?

— В Америке очень легко заработать деньги, и у меня там достаточно средств, чтобы жить. Как я уже говорил, перед переездом я продал свое имущество. Понимаете, в США денежный вопрос не стоит так остро. Денег там много.

— Как долго продолжалась спокойная жизнь — то того, как вами заинтересовались правоохранительные органы?

— 14 лет я прожил, можно сказать, успешно и счастливо. А затем в 2016 году был принят так называемый «закон Яровой», который коснулся миссионерской деятельности. Я читал СМИ и ужасался. Из них следовало, что в стране станет невозможно заниматься миссионерской деятельностью. Но когда я ознакомился с текстом закона, я понял, хоть и не юрист, что миссионерская деятельность — это деятельность религиозного объединения. То есть, официальное объединение должно уведомить о начале своей работы Минюст РФ. Я подумал, что меня это не касается — я же не действую как представитель какой-то организации. Я — частное лицо, частный проповедник. Я разделяю с людьми свою личную веру. Поэтому я нашел Славянский центр правовой поддержки, который занимается защитой религиозных прав. Там мне сказали, что меня, как частное лицо, этот закон не коснется. Только предупредили, что, возможно, местная власть захочет апробировать на мне поправки Яровой. И, похоже, так и произошло.

14 августа 2016 года, утром в воскресенье, к нам на богослужение пришли трое полицейских. Вели себя вежливо, дождались окончания собрания, а потом попросили меня проехать с ними в отделение и составили на меня протокол.

Кстати, они меня обманули. Изначально мне сказали, что никаких заявлений на меня нет. Но когда я вошел в кабинет, и дверь закрылась, один из сотрудников сказал: «А вообще, не все так, как мы вам сказали, есть против вас жалоба». Что интересно, в тот же день меня отвезли в районный суд, который и признал меня виновным и оштрафовал на 40 тысяч рублей.

— Дальше вы попытались обжаловать это решение в областном суде, а затем и в Верховном. Но ваши жалобы были оставлены без удовлетворения. Что теперь?

— Сейчас еще одна жалоба рассматривается в Конституционном суде РФ. Конечно же, я надеюсь, что будет принято решение о том, что сам закон Яровой противоречит Конституции и ущемляет религиозные права граждан. Если же такого решения не будет, то я не исключаю, что придется обращаться в ЕСПЧ.

— Давайте вернемся к решению местного и Верховного судов. Как вы их расцениваете?

— Мне трудно сказать, что я неправ. Но я должен сказать, что решение суда необходимо уважать. Ведь любая порядочная страна должна иметь справедливые законы, суд, судебные процессы, и с ними нужно считаться. Конечно, Конституция гарантирует человеку право на веру и ее распространение, но Верховный суд принял решение, которое говорит, что человек может пользоваться своими религиозными правами только в группе, совместно с другими людьми. Если в законе так написано и ВС решил, что закон следует трактовать так, тогда я уверен, что Конституционный суд должен решить иначе. Главный вопрос тут простой и вместе с тем очень важный: имеет ли человек религиозное право как индивидуальное лицо? Или же оно у него есть только совместно с другими? Когда я читаю Конституцию, мне ясно, что каждый отдельный человек имеет такое право. Закон Яровой, как видим, говорит иначе.

— Тем не менее, пока нет позиции Конституционного суда по вашей жалобе, де-факто, вы лишены права проповедовать. Что это значит лично для вас?

— После того как в отношении меня был составлен протокол, мы единомышленниками не собираемся. Прихожане говорят, что настало пустое и грустное время, ведь они привыкли общаться друг с другом, проводить время за изучением Библии, слушать проповеди. Для себя они потеряли много ценного. Но я им говорю, что мы, как законопослушные граждане, должны терпеть и, вместе с тем, пытаться защищать свои права; естественно, в правой плоскости, соблюдая законы.

— Я знаю, что вы собираетесь уезжать.

— Да, я собираюсь вернуться в США. Я служил в России 14 лет и был готов делать это дальше, до конца моей жизни. Но что-то изменилось в этой стране...

Даже в случае положительного решения Конституционного суда, я все равно уеду, как только продам свою недвижимость в Орле. Но людям в России будет лучше, если суд примет положительное решение. Ведь они смогут пользоваться своими конституционными правами. И, может быть, это есть часть моего призвания. Почему я служил здесь? Чтобы люди узнали об Иисусе. И я могу сказать, что в каком-то плане я свою миссию выполнил. Если мое дело здесь кому-то принесло пользу, я буду счастлив. И часть моего сердца навсегда останется здесь.

— 14 лет вы прожили в России. Изменилась ли страна, в которой вы начинали проповедовать, и из которой вынуждены уезжать сейчас?

— Если говорить об уровне жизни, то он стал заметно выше. Если же мы будем говорить об уровне религиозных свобод, то, кроме «закона Яровой», я тоже не могу отметить что-то уж совсем негативное. Я считаю, что наш президент Путин — очень талантливый и хороший администратор.

— Почему, в таком случае, Путин принял поправки из «пакета Яровой», которые, по мнению целого ряда экспертов, действительно бьют по гражданским правам и свободам? Взять хотя бы ваш случай?

— На мой взгляд, «закон Яровой» был принят как антитеррористический. Это заслон от терроризма. Думаю, Путин руководствовался именно этим.

— Как вы можете объяснить критику Путина со стороны западного сообщества?

— Международная ситуация сегодня очень сложная. Политическими вопросами я не занимаюсь. Я хочу, чтобы каждый человек был патриотом, уважал свое государство, свою власть. Иногда у меня возникает вопрос: а что, например, я думаю о присоединении Крыма к России? И у меня есть свое мнение по этому вопросу. Я очень много раз был в Крыму — это красивое место, у меня есть там друзья. Но мне жалко, что люди там страдают. Это очень сложная политическая ситуация. Даже моим друзьям сложно там жить.

— Вам предстоит вернуться на родину, вы следите за жизнью современной Америки? Прошли выборы президента, теперь Белый дом возглавил ваш тезка Дональд Трамп, которого российские политики уже воспринимают, как своего.

— С точки зрения верующего человека, я должен сказать, что Трамп, мягко говоря, не совсем святой человек. Он вел довольно грешный образ жизни. Но с точки зрения политики, как американец, как патриот своей страны, я по большому счету с ним согласен. Я думаю, что Барак Обама был полный идиот. Я всегда голосовал против него и полагал, что его партия сошла с ума. Трамп же более консервативный человек, как и я сам. Надеюсь, что над нашими странами будет мирное небо. И я вижу, что россияне готовы дать ему шанс стать другом.

Американский сенатор Бен Сасс: «пакет Яровой» угрожает гражданским свободам

«В России происходят события, которые не могут не тревожить. Федеральное Собрание только что одобрило так называемый антитеррористический пакет, который криминализует свободное выражение своих взглядов и угрожает свободе совести. Если президент Владимир Путин в ближайшие недели подпишет законопроект и он станет законом, то христиане не смогут свободно распространять свою веру за пределами церковного здания». Читать дальше...

Миссионерская проза. Как пастора из Марий Эл осудили по «пакету Яровой»

Именно открытость информации, а также сведения о намерениях пятидесятников провести очередной «День деревни» 30 июля привели к появлению на нем сотрудников полиции и ФСБ. Читать дальше...

«Библии порубят или сожгут». Как поправки Яровой приводят к уничтожению религиозных книг

«Библию у нас пока не уничтожали, ― комментирует ситуацию директор аналитического центра „Сова“ Александр Верховский. ― Пока ума хватало у чиновников. Людям как-то не пришло в голову, что с Библией могут быть проблемы. Не знаю, будут ли еще такие нелепые истории, но, может быть, организация добьется чего-то в суде второй инстанции, потому что уничтожить Библию ― это сильный номер». Читать дальше...