Ставрополье. РПЦ предложила ветерану келью вместо дома
 Игорь и Тамара Шимко с адвокатом. Фото: Лариса Бахмацкая
17 Февраля 2017, 09:00

Ставрополье. РПЦ предложила ветерану келью вместо дома

Местная епархия добивается выселения семей из приватизированных квартир

В Ставрополе продолжается суд между семьей 90-летнего ветерана Великой Отечественной войны Раисы Фоменко и РПЦ, которая пытается выселить семью из дома, где до Революции находился игуменский корпус Иоанно-Мариинского монастыря. Нынешние игуменьи уже точно знают, как распорядиться пространством после выселения жильцов и обещают выделить ветерану войны келью в богадельне. Фоменко заявила, что в этом случае покончит с собой.

«Епископ Феофан сказал, что мы будем жить в палатке»

Очереднего заседания, которое должно было пройти 15 февраля в Октябрьском городском суде, члены семьи ветерана дожидаются в теплом коридоре, не снимая верхней одежды. Это супруги Тамара и Игорь Шимко. Подходит пристав и говорит, что судья ждет в зале, который находится в подвале. Гуськом идем по узкому темному коридору, выходим на заснеженную улицу, потом вновь — в коридор.

По пути Тамара громко и возмущенно рассказывает мне, что у них хотят отнять не только жилье, но и договор социального найма, чтобы не нужно было компенсировать недвижимость. «Помню, когда приезжал бывший епископ Феофан, он на землю показал, говорил, мол, вы будете на газоне жить, палатку поставите. Такая у нас церковь, сострадает. Неужели им мешает социальный найм? Просто без найма мы реально в палатке останемся. А вы думаете, прекрасно жить в бараке? Потолок течет, все рассыпается, холодно. Мы рады уехать, только пусть мэрия даст нам квартиры. Да и представьте, крепостное право отменили в 1861 году, а здание построено раньше, получается, что мы как холопы, которых в любой момент могут на улицу выкинуть», — возмущается Шимко.

Открыто-закрытый процесс

В подвальном зале суда Шимко с защитником садятся за стол рядом с клеткой. Напротив — стол с адвокатом епархии и представителем мэрии. В помещении тесно, стороны при желании могут дотянуться друг до друга и пожать руки, придя к согласию. В зале также присутствовал оператор — у процесса открытый статус, но через десять минут после начала заседания его просят покинуть помещение.

На суд не явились ни представители краевого управления по сохранению объектов культурного наследия, ни сотрудники министерства культуры региона — до сих пор не определено, является ли барак, он же бывший игуменский корпус, памятником архитектуры или объектом культурного наследия.

Фото: bloknot-stavropol.ru

Фото: bloknot-stavropol.ru

Судья традиционно предлагает пойти на мировое соглашение, стороны привычно отказываются — процесс идет почти год. Сторона Ставропольской и Невинномысской епархии представляет документы: копия архивной справки госархива за 1912 год о том, что храм был построен в 1848 году; справка о строительстве храма из краеведческого музея Прозрителева и Праве; описание женского монастыря; план губернского города Ставрополя; фотографии монастыря начала XX века; карта, на которой указаны корпуса женского монастыря и план общей территории.

Адвокат епархии путается в показаниях: сначала заявляет, что документы получены из архива епархии, потом — что они обнаружены в папке другого юриста, ранее представлявшего церковь, а откуда их взял тот — ответа нет.

«Минкультуры заявляло, что этот дом — не памятник»

Тамара не выдерживает, нарушая тишину: «Так по плану и психбольница, и соседние многоквартирные дома, и даже онкологический диспансер входят во владения церкви, выселяйте всех, почему только нас? Милосердная церковь...»

Документов не хватает: и мэрия, и адвокат епархии, и представитель района краевого центра затрудняются с ответами на вопросы судьи, РПЦ уже год безуспешно пытается добыть необходимые документы в полном объеме. Поэтому дело вновь откладывается, епархии дается еще неделя на поиски бумаг: следующее заседание назначено на 22 февраля.

В коридоре корреспондент Открытой России пообщался с игуменьей, которая уже знает, как распорядится помещением после выселения жильцов. «Они же за землю, за деньги хватаются, прикрываются своей бабушкой, ветераном Великой Отечественной. А у меня там будут документы храниться, ведь я же игуменья, а корпус — игуменский», — объясняет женщина в черных одеждах.

Адвокат истцов Лидия Шиповская радуется, что дело немного продвинулось: «Представители епархии то одну бумагу забывают, то другую, не могут объяснить, откуда документы взялись, а сегодня хоть небольшой шаг вперед. Будем надеяться, что епархия уточнит свои требования. Минкультуры заявляло, что этот дом — не памятник. Даже если бы был памятником, то жить в нем сложно: ни перестроить, ни разрушить, а содержать надо. По закону о передаче зданий религиозного назначения нас необходимо расселить, но, похоже, никто квартиру давать не хочет».

Ветерана хотят забрать в богадельню

Спрашиваю Тамару, верующая ли у них семья, и что будет с ее матерью, Раисой Ивановной Фоменко, которой в феврале исполнится 90 лет — останется жить в монастыре, как этого хотят в епархии, или переедет с семьей, при условии, что жилье все-таки дадут. «Мой муж стал атеистом, а я — человек верующий, но в церковь не хожу принципиально. Вера и церковь — вещи разные, уж в этом мы убедились как никто другой. Маму мою предложили забрать в их богадельню, поселить в келье. Она старушка, ей 90 лет, она в присутствии трех человек от администрации города сказала, что сразу покончит с собой, если это произойдет. Моя мама прошла все: довоенный голод, войну, еще один голод, стала санитарным врачом, доработала до семидесяти лет, была председателем „красного креста“ района. У меня все дядьки воевали. Наша семья отдавала Родине все, и нам ни разу государство не дало ни метра жилой площади. Родители строили, да и этот дом мы купили. Вообще у нас семья — семь человек».

Тамара и Раиса Ивановна в коридоре барака. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Тамара и Раиса Ивановна в коридоре барака. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Шимко не выдерживает и подбегает к адвокату епархии — молодой девушке: «Что же вы делаете, вы понимаете?». Девушка быстро и молча уходит по коридору.

Епархии надоело ждать

Психиатрическая больница, занимающая часть территории монастыря, готова передать помещения церкви. Конечно, при одном условии — если Минздраву края выделят деньги на новое здание для больных. Уже и место готово, но пока предложений финансирования не поступает. Впрочем, как и судебных исков.

В свою очередь, руководитель пресс-службы Ставропольской и Невинномысской епархии Лолита Склярова надеется, что историческая справедливость восторжествует. «Надеемся, что суд вынесет справедливое решение, и игуменский корпус вернут монастырю. Уже надоело ждать. Да, бабушку монахини примут в обитель. А что касается других жильцов дома, этот вопрос надо адресовать не церкви, а городской администрации. Которая, кстати, тоже является ответчиком по нашему иску», — объясняет Склярова.

Игуменский корпус может стать первым зданием, возвратившимся в лоно местной церкви. Ведь по закону о передаче имущества религиозного назначения епархия получила право претендовать и на другие здания. Одно из них сейчас принадлежит Северо-Кавказскому федеральному университету, другое — медицинскому вузу. В общей сложности епархия претендует на пять объектов в Ставрополье.

РПЦ подала дополнительный иск, чтобы отобрать квартиру у ветерана ВОВ

После заседания суда, юрист, представляющий епархию, дала небольшую пресс-конференцию. Отвечая на вопросы прессы, представитель РПЦ заявила, что никаких людей по адресу улица Октябрьская 233 «В» не живет, и у нее есть свидетельские показания, которые якобы подтверждают этот факт. Читать дальше...

Власти Ставрополья лишили ветерана ВОВ права собственности на квартиру в пользу РПЦ

В Ставрополе это не первый случай захвата земли РПЦ. Сейчас, по словам Шимко, церковь пытается завладеть бывшим военным штабом, в котором до революции располагалась церковно-приходская школа. До этого РПЦ получила 8 гектаров земли на улице Партизанской, где раньше располагался военный госпиталь. Затем землю продали строительным компаниям, и на этом месте вырос жилой микрорайон. Читать дальше...

util