«Осужденный обеспечен табуретом». Суд по УДО Олега Навального как зеркало судебной системы РФ  Фото: Денис Волин
27 Февраля 2017, 18:37

«Осужденный обеспечен табуретом». Суд по УДО Олега Навального как зеркало судебной системы РФ

Урицкий районный суд Орловской области 27 февраля в очередной раз отказал в условно-досрочном освобождении брату оппозиционера Алексея Навального Олегу. Он сидит в колонии уже более двух лет, при этом последние 1,5 года — в одиночной камере. Администрация колонии называет его «злостным нарушителем», и выступает против его УДО. Алексей Навальный считает брата заложником, попавшим за решетку из-за политической деятельности оппозиционера. За заседанием наблюдал корреспондент Открытой России.

Урицкий районный суд расположен в 20 км от Орла, в поселке Нарышкино. Именно там расположена ИК-5, где отбывает срок осужденный на 3,5 года Олег Навальный. Заседание по его ходатайству было назначено на 11.30, однако началось только в полдень.

После того, как участников процесса запустили в зал, судья Наталья Шемахова вынесла на обсуждение вопрос о проведении фотосъемки. Против высказался прокурор и секретарь суда, остальные не возражали.

— Ваша честь! Вы про меня забыли! — раздался голос Олега Навального из монитора конференцсвязи. Его самого в суд не доставили, он стоял в кадре, облокотившись на металлическую клетку.

— Ах, да, — исправилась председательствующая, — вы к съемке как относитесь?

— Я только за, — радостно ответил Навальный, — не зря же я усы растил!

— Вы присаживайтесь, — улыбнулась судья.

— Ваша честь, я уже какое-то время сижу... — напомнил осужденный.

Как и полгода назад, когда ему в первый раз отказали в УДО, Олег держался бодро и не упускал повода съязвить. Судя по записи в блоге Алексея Навального, опубликованной накануне, всерьез на «досрочку» не рассчитывал ни он, ни его брат.

Адвокат Кирилл Полозов напомнил, что Олег Навальный отбыл в колонии уже более 1/3 срока, оплатил штраф в сумме 500 тыс. рублей и в рамках гражданского иска полностью компенсировал ущерб «Многопрофильной процессинговой компании» в сумме 4,4 млн рублей.

— С марта 2015 года он отбывает наказание, добросовестно исполняет возложенные на него обязанности, работает библиотекарем, — сообщил Полозов. — Он пополнил фонд библиотеки более чем на 100 книг. Всего ему было доставлено более 500 книг, которые он тоже мог бы передать библиотеке, но администрация колонии ему не позволяет этого сделать. Я считаю, что это связано с посещением колонии членом Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Андреем Бабушкиным. Бабушкин заметил, что за пополнение библиотечного фонда Навальный не поощряется, после чего передавать книги стало невозможно.

Также адвокат напомнил суду, что Олег Навальный дистанционно получает второе высшее образование, «учится на „хорошо“ и „отлично“», является внештатным автором The New Times, «где положительно характеризуется», а, в случае УДО, компания «Бизнесинвестпроект» гарантирует ему трудоустройство.

То, что взыскания, наложенные на Навального, связаны с пристрастным отношением администрации ИК, по мнению Полозова подтверждает хотя бы то, что каждое второе в итоге пришлось отменить как незаконное. Он перечислил некоторые из нарушений, повлекших взыскания: «Не выполнил команду „отбой“, затем, наоборот, занял спальное место без разрешения администрации, находился на спортплощадке без куртки. Разве эти нарушения могут свидетельствовать о том, что Навальный не исправился?»

Фото: Денис Волин

Фото: Денис Волин

Суд приступил к исследованию. Председатель Шемахова поочередно перечисляла взыскания Навального с 2015 года, периодически называя суммы штрафов: «Находился на спортплощадке без куртки, штраф — 120 рублей». Последним оглашенным документом стала характеристика администрации ИК-5 от 30 января 2017 года. «Характеризуется, как злостный нарушитель. 11 взысканий, ни одного поощрения. На мероприятия воспитательного характера реагирует слабо. Условно-досрочное освобождение нецелесообразно», — зачитала судья, а затем позволила Навальному и его адвокату задать вопросы сотруднику колонии.

— Почему вы книги не принимаете? — спросил адвокат.

— Фонд библиотеки не позволяет их принимать, — ответил представитель колонии, а затем, подумав, добавил:

— Да и вообще, пополнение Навальным фонда никак не влияет на решение вопроса об УДО.

— Скажите, а чем занимается Олег Навальный в рабочее время, если он не трудоустроен? —продолжал Полозов.

— Утвержден распорядок дня для работающих и неработающих осужденных. Для неработающих предусмотрено количество воспитательных мероприятий и личное время.

— А сейчас Навальный в каких условиях содержания? — уточнила судья.

— В строгих, — последовал ответ.

Полозов продолжал задавать вопросы. Он попросил сотрудника колонии рассказать, какие воспитательные мероприятия проводят с Навальным. И, если не проводят, то что же он делает в «одиночке» весь день.

— У него есть право на 8-часовой сон. Кроме того, осужденный обеспечен табуретом. Также предусмотрено время на просмотр телевизора, — рассказал представитель колонии.

Адвокат обратился к Олегу Навальному:

— Вы телевизор давно смотрели?

— В марте смотрел обращение Путина к нации, — улыбнулся тот. — А сотрудник колонии сейчас бесстыдно лжет суду. Я даю книги зэкам, чтобы они читали, а потом передавали их в фонд библиотеки. Уже целую схему разработал...

— Пожалуйста, не используйте такую терминологию! — Перебила его судья.

— Они придумали такую пенитенциарную систему, а теперь не хотят ее замечать, им, видите ли, противно, — заметил на это кто-то из сидящих в зале.

Тем временем Навальный рассказал, что его воспитательные мероприятия — распространение книг, — куда полезнее, чем воспитательные мероприятия администрации колонии. «Вы видели когда-нибудь в Нарышкино осужденного, читающего Ницше или Шопенгауэра?» — задал он риторический вопрос, после чего сообщил, что никаких воспитательных мероприятий с ним не проводят. Последние 1,5 года он сидит в одиночной камере.

— Это ваше воспитательное мероприятие? — поинтересовался он у сотрудника колонии. — Оно может хоть кого-то исправить? И еще у меня вопрос. Почему у меня в характеристике не отражено, что я, все-таки, работаю в The New Times? Я плачу налоги, приношу пользу обществу.

— Колония не может отследить, какую работу вы выполняете вне ее стен, — парировал сотрудник ИК-5.

Ни брату, ни матери осужденного слова не дали, и свою позицию начал оглашать представитель УФСИН. В его выступлении несколько раз прозвучали выражения «злостный нарушитель» и «должных выводов не сделал», но в финале внезапно оказалось, что «в общении с администрацией вежлив, опрятен, по характеру спокоен, стремится к независимости и самостоятельности». Но закончилось все предсказуемо:

— Вину Навальный не признал, характеризуется, как злостный нарушитель — предоставление УДО нецелесообразно.

Слово вновь взял Олег Навальный. Он буквально заставил остаться судью, которая уже направлялась в совещательную комнату.

— Ваша честь, у меня, вообще-то, есть право высказаться, — напомнил Навальный и начал высказываться. Он процитировал решения пленумов ВС РФ, уточняющие, что позиция прокурора и колонии не должна быть единственной при вынесении решения по УДО. «Нужно проявить индивидуальный подход», — пояснил он Шемаховой, а затем вернулся к сути нарушений, за которые получил взыскания.

— Если нужно, ваша честь, можно по 200 взысканий на каждого ежедневно составлять, по ним никак нельзя оценивать поведение осужденного, в моих нарушениях нет ничего такого, чего бы обычный человек не делал в обычной жизни в течение дня, — сообщил Навальный. — Я тружусь, работаю, учусь, но мне почему-то за это поощрений не объявляют. Есть масса других способов оценить поведение.

Осужденный напомнил, что, будучи на свободе, за всю жизнь не совершил ни одного административного правонарушения. Завершил он свое выступление просьбой удовлетворить его ходатайство об УДО.

— Вы же суд! Я верю в вас, ваша честь! Вы должны быть независимой, — напомнил Навальный. — Не поддавайтесь на провокации!

Судья удалилась. Мучительный моральный выбор, вынесение независимого решения и его подготовка заняли у нее четверть часа. Оглашение — 9 минут.

— Поведение осужденного не было положительным на протяжении рассматриваемого срока, — огласила она. — Осужденный не достиг той степени исправления, при которой возможно условно-досрочное освобождение.

— У меня не было иллюзий на этот счет, — сообщил Алексей Навальный после окончания заседания. — Я понимал, что никакого УДО не будет. Равно как и то, что в России не существует никакой «оттепели». Олег продолжает оставаться заложником, который содержится для того, чтобы воспрепятствовать моей политической деятельности. Впрочем, мою деятельность это не останавливает, и Олег это знает.

Представители осужденного уже заявили, что намерены обжаловать решение судьи Шемаховой.



>>Дадина освободили. Освободят ли Навального?

Строго, по закону, взыскания не должны быть препятствием для УДО. Об этом сказано и в разъяснениях Верховного суда — «само по себе наличие у осужденного взысканий не может свидетельствовать о том, что он нуждается в дальнейшем отбывании назначенного судом наказания». Читать дальше...

>>Олег Навальный призвал общество к солидарности с Ильдаром Дадиным

«Очевидно, что ни мент-омбудсмен, ни мент-оэнкашник Ильдару не помогут — можем помочь только мы. Эта ситуация не должна пропадать из обсуждения, общественное расследование должно продолжаться, пока майор не поскользнется и не упадет. А там и до полковника недалеко». Читать дальше...

util