В Дагестане погорельцы вместо жилья получили по пять тысяч рублей
 Мокок. Фото: chernovik.net
1 March 2017, 11:00

В Дагестане погорельцы вместо жилья получили по пять тысяч рублей

Несмотря на обещания властей, 700 человек жителей села остаются бомжами

Президент республики Дагестан Рамазан Абдулатипов обещал погорельцам села Мокок, что компенсации и новое жилье они получат «максимально быстро», но прошло уже больше полугода, и они до сих пор остаются на улице. Строительство новых домов так и не было начато.

21 августа 2016 года в высокогорном селе Мокок Цунтинского района Дагестана произошел пожар, в результате которого без крова остались более 700 человек — 173 семьи. Сгорела вся историческая часть села. Деревянные дома не сумели спасти ни местные жители, ни прибывшие из соседних районов бригады МЧС.

29 августа на встречу с погорельцами прилетел глава республики Рамазан Абдулатипов вместе с зампредом Госдумы Сергеем Неверовым. Тогда они пообещали мококцам, что для них в течение двух с половиной месяцев в селе будут построены новые дома.

«Как только вы определитесь с участками, где будут стоять дома, мы направим туда строительные бригады», — пообещал Абдулатипов. Более того, глава Дагестана заверил жителей, что документы на получение компенсаций и денег на другие нужды будут оформлены максимально быстро. «Об этом можете не беспокоиться, — подчеркивал Абдулатипов. — Мы поговорили с вашими представителями и попросили как можно скорее оформить все документы, чтобы можно было приступить к строительству. За 2,5 месяца нужно построить дома, чтобы вы могли спокойно жить».

Но прошло семь месяцев, а мококцы, предоставленные сами себе, до сих пор ждут обещанных компенсаций за потерянное в пожаре имущество и домов, строительство которых еще даже и не начиналось. Открытая Россия встретилась с членами инициативной группы погорельцев Мокока.

«После пожара Абдулатипов давал три месяца на то, чтобы обеспечить нас жильем. Приезжали люди из Архитектуры (Министерства строительства, архитектуры и ЖКХ Дагестана. — Открытая Россия), Ростехнадзора, посмотрели планировку. Хотели строить в селе финские двухэтажные деревянные дома, но пришли к выводу, что даже половины домов там не разместишь. Сказали: не получается. После этого больше никто не приезжал. Вокруг скалы, поэтому в селе большой дефицит земли как под застройку, так и пахотных земель. Мы тоже согласны, что строить финские дома в нашем высокогорном селе нереально. Легче возвести две многоэтажки и поселить там всех. В этом случае и пахотные земли останутся. 21 ноября прошла новость, что в селе якобы расчищается площадка под строительство домов. На самом деле никакой работы там не было», — рассказывают погорельцы.

Возникли еще и проблемы со списками, составленными в дагестанском Управлении ФМС, из которых «выпали» 293 человека.

«Глава Дагестана дал указание оперативно завершить необходимые процедуры по составлению списков и соответствующих документов для представления в федеральные органы власти: оценить причиненный ущерб, посчитать количество дворов (хозяйств) и жителей (в том числе детей). В конце сентября — начале октября списки были подготовлены и представлены республиканскому руководству, а оттуда в Москву, непосредственно президенту России Владимиру Путину, который завизировал письмо главы республики и направил в правительство РФ Дмитрию Медведеву для выделения финансовых средств под грифом „решить вопрос положительно“.

Изначально в правительство республики были направлены документы на 173 хозяйства. Дальше происходит что-то непонятное. Руководство района отозвало эти документы и представило новые — на 148 хозяйств. Но и на этом не остановились. Позже в списках уже значилось 114 хозяйств. Разница составила 59 хозяйств. На вопросы нашей инициативной группы, откуда взялись новые цифры, почему и по какой методике производился подсчет — ответа мы не получили. К тому же отсеянными из списков оказались дети, которые по упущению работников УФМС Дагестана оказались не зарегистрированными», — считают мококцы.

Подобные пересчеты, по мнению пострадавших, свидетельствуют о коррупционной составляющей дела. Они уверены, что все это происходит потому, что чиновники ждали от погорельцев взяток за внесение в список.

«Об этом же свидетельствуют и другие их действия — задним числом после случившегося пожара собирать с пострадавших налог на домовладения, землю и имущество», — уверены погорельцы.

То, что пострадавшие получили от государства — это выплата в размере пять тысяч рублей на человека (но не более 25 тысяч для одной семьи) сразу после пожара из общей суммы 2,5 миллиона рублей, выделенных правительством Дагестана в качестве помощи пострадавшим. Но даже эти пять тысяч достались не всем.

26 января 2017 года члены инициативной группы собирались провести митинг в столице Дагестана. Однако власти согласовали заявку на таких условиях, что от проведения акции пришлось отказаться. До этого была еще одна попытка достучаться до властей — погорельцы собрались в родном селе, планировали митинг и перекрытие дороги. «Хотели дать понять, что мы возмущены», — рассказывают они. Но местные власти очень просили этого не делать, убедили, что руководство республики делает все возможное.

В ожидании обещанных домов погорельцы разъехались по разным городам и селам республики, а кто-то даже выехал за ее пределы. По словам пострадавших, им должны были предоставить временное жилье в санаториях, обеспечить питанием или оплачивать съемные квартиры. Но никому ничего так и не было предоставлено. Палаточный городок, который был установлен в селе после пожара (был организован с большим скандалом и по требованию самих погорельцев, так как местные власти и с этим вопросом не спешили), просуществовал недолго. Для детей и женщин он был непригоден — их приютили у себя родственники и жители уцелевших сорока домов — поэтому жили в нем преимущественно мужчины.

Когда будут построены дома, до сих пор непонятно.

«Нам четко ничего не говорят. А так — пока живите как хотите. Суммы, которые нам обещают в перспективе — за потерю имущества. Это 100 тысяч рублей на человека. Но не более 300 тысяч на одну семью. Но самой главной проблемой для нас сейчас остается то, что 293 человека остались вне списка пострадавших и могут не получить вообще ничего. Мы ходили в УФМС, МЧС и другие органы. Пытались объяснить, показать оригиналы документов с пропиской. Но они говорят: только по решению суда. Сейчас люди массово идут в суды. Появились некоторые люди, которые говорят, что мы чуть ли не специально подожгли свои „деревянные хибары“, чтобы получить денег от государства и купить дома в городе. Якобы это чуть ли не бизнес наш. Это неправда. У нас в домах были все условия, как в городе: вода, канализация, санузел. Мы жили в этих домах. Зачем нам нужно было сжигать свое село?!

Когда приезжал Абдулатипов, он сказал, что, независимо от прописок, родовое гнездо каждой семьи должно быть восстановлено. Нам пообещали, что никто за бортом не останется, но как только он улетел, все начали нам говорить, что эти обещания были лишь частью пиар-кампании перед выборами. И сейчас мы в это начинаем верить», — говорят погорельцы.

util