«Налью в бутылку бензин и сожгу себя». Лишенный дома новоуренгоец готов пойти на крайние меры
 Муса Мамедов (справа) около своего дома. Фото: из личного архива
2 Марта 2017, 00:45

«Налью в бутылку бензин и сожгу себя». Лишенный дома новоуренгоец готов пойти на крайние меры

«Если суд шестого марта будет не по справедливости, то возьму бутылку бензина, обольюсь и подожгу себя — мне все это надоело», — обещает новоуренгоец Муса Мамедов. Уже более двух лет он пытается доказать свое право на квартиру в аварийном доме, где прожил 19 лет.

Несговорчивый горожанин и его обращения в соцсетях, судя по реакции, очень раздражают местную власть. Здесь не принято выносить проблемы в публичное пространство. Муса расплачивается за поиски справедливости как может: почти год прожил в доме, который постепенно, по распоряжению администрации города, отключали от коммуникаций, и в итоге отключили полностью.

В Новом Уренгое этой зимой температура нередко доходила до −50, но Мамедов, его жена Эльза и двое сыновей 8 и 11 лет, оставались в отрезанной от теплосети и водоснабжения квартире. Был только свет — электричество горожанин провел с помощью временной линии.

Муса Мамедов со своими сыновьями. Фото: из личного архива

Муса Мамедов со своими сыновьями. Фото: из личного архива

Почему отрезали воду и отопление — так и осталось необъясненным. Как правило, коммуникации в Новом Уренгое отрезают в расселенных аварийных домах. Как городская администрация сочла дом Мамедовых по Звездной, 57 расселенным, неясно — заседания суда по существу до сих пор не было. 21 февраля в семь утра в дом Мамедовых пришли двадцать человек: судебные приставы занялись принудительным выселением семьи, Эльзу Мамедову как гражданку Азербайджана увезли в миграционную службу, детей забрала опека.

«Детей изымают из домов, которые признаны аварийными, и помещают в центр „Садко“. Там условия жизни соответствуют всем нормам. Создается комфорт им, обеспечивается развитие», — объясняла начальник управления опеки и попечительства департамента образования Лариса Петрова.

Полиция, которую вызвал сам Мамедов, его же и увезла. «Скрутили руки, надели наручники, не позволили позвонить. Через четыре часа отпустили. Когда я вернулся в квартиру, то нашел пустой и уже полуразрушенный дом. Его ломали трактором, испортили все наши вещи. Исчезла даже кошка», — рассказал Открытой России Мамедов.

Судебный пристав-исполнитель Елена Анчугина объяснила, что действовали они на основании «исполнительного документа, выданного новоуренгойским городским судом, документ не обжаловался в судебном порядке, и 21 февраля судебное решение было исполнено в полном объеме».

Муса Мамедов в своей квартире. Фото: из личного архива

Муса Мамедов в своей квартире. Фото: из личного архива

«У меня была повестка в суд на 22 февраля, суд должен был рассматривать законность решения о моем выселении, а они пришли за день до. А уже после того, как они нас выселили, разломали все трактором, забрали мою жену и детей, суд отменил решение о выселении», — рассказывает Муса.

Детей из центра реабилитации Мамедов забрал через три дня — когда смог найти временное жилье взамен разрушенного.

— Мы ходили к ним каждый день — дети плакали, жена плакала... — вспоминает Муса.

Теперь администрация угрожает вновь отнять сыновей, если Мамедовы не сообщат свой новый адрес, рассказывает Муса: вчера он был на приеме у заместителя главы Нового Уренгоя Андрея Мартынова.

«Мне теперь звонят из опеки, из „Садко“ (центр социальной реабилитации, куда помещали сыновей Мамедова). Директор просит задним числом подписать договор, что я сам добровольно согласился отдать детей. Говорит „я тебя умоляю, меня уволят“. А я говорю, моя жена тоже умоляла детей не забирать».

В сюжете местной телекомпании, существующей на деньги администрации города, рассказывают, что Мамедов сам отказался переезжать в общежитие, где «не так опасно, как в аварийном доме».

«Я не попрошайничаю, у меня есть ордер и основные документы. Если и шестого марта суд не решит ничего, налью в бутылку бензин и сожгу себя. Мне говорят, не разрушай себя, у тебя дети... Но мне надоело это», — рассказал Мамедов.


Программа по выселению. Как на Крайнем Севере людей лишают жилья в обход всех законов

У Мусы красивая жена Эльза и двое детей: мальчики шести и десяти лет. Живут в однокомнатной квартире, ордер на которую Мамедову дали на предприятии. Жили спокойно и вполне благополучно, пока администрация города не решила забрать у Мамедовых квартиру.

На первое заседание суда Мамедов не попал — он просто не знал, что оно будет. «Я не получал никаких извещений. Тогда суд решил, что нас нужно выселить, потому что я не доказал право на эту квартиру. А как я мог это сделать, если меня там не было?» — рассказывает Муса. Решение суда о принудительном выселении он опротестовал. Отменили. Сейчас семья Мамедовых пытается отстоять право на собственное жилье: есть и ордер, и лицевой счет. Подобный квартирный вопрос в Новом Уренгое возник еще у пятидесяти семей.

util