Загнанные в уголь. ЦУР — о том, как военный конфликт на Донбассе перерастает в экономическую войну
 
 Блокада железнодорожных путей украинскими активистами. Фото: Константин Черникин / Reuters
5 March 2017, 13:50

Загнанные в уголь. ЦУР — о том, как военный конфликт на Донбассе перерастает в экономическую войну

Донецкий репортаж Центра управления расследованиями

Самый масштабный военный конфликт XXI века в Европе продолжается почти три года. Даже по осторожным оценкам на Донбассе погибли 9758 человек, еще 22 779 получили ранения. С конца января ситуация в Донецке резко обострилась, вслед за обстрелами началась экономическая война, чего не было за все годы противостояния. Власти ДНР и ЛНР 1 марта заявили о введении внешнего управления на всех производствах, принадлежащих украинским бизнесменам, начались захваты офисов. Корреспондент ЦУРа Георгий Александров вернулся в зону боевых действий, чтобы узнать, чем новый виток войны отличается от того, что ему приходилось видеть раньше.

Чужие здесь не пишут

Я видел эту войну с самого начала. Приехал корреспондентом «Аргументов и фактов» в Донецк из только что присоединенного Россией Крыма в мае 2014-го. В Мелитополе поезда (тогда они еще ходили) задерживали. Приходилось торговаться с бойцами нацбатальона о размере взятки за проезд. Потом были немногочисленные акции поддерживавших киевский майдан дончан. Первый бой в аэропорту Донецка (вскоре иначе, как «АД», его не называли), в котором два «КамАЗа» с ранеными ополченцами были по ошибке расстреляны своими. Митинги с толпами, скандировавшими лозунг первого главы ДНР москвича Александра Бородая «Донбасс — это Россия». На моих глазах умирал проект «Новороссия», предполагавший отчуждение всех украинских земель по восточный берег Днепра.

Пророссийский митинг в Донецке, 13 марта 2014. Фото: Alexander Khudoteply / AFP

Пророссийский митинг в Донецке, 13 марта 2014. Фото: Alexander Khudoteply / AFP

Сегодня в ДНР и ЛНР (меньшая половина задумывавшейся «Новороссии») рады лишь «правильным» журналистам. Времена, когда аккредитацию выдавали по предъявлению редакционного удостоверения, а иногда и просто по российскому паспорту, давно прошли. Корреспондента «Новой газеты» Павла Коныгина в июне 2015 года избили и в наручниках депортировали в Россию. Съемочную группу «Дождя» в ноябре 2016 года, несмотря на полученное официальное разрешение, задержали, обыскали и также выслали. Сегодня решения об аккредитации в ДНР иностранных СМИ принимает Янус Путконен — приехавший в Донецк после начала событий финский журналист. Его считают «крайне идейным». Возможно, поэтому разрешение работать получают единицы: западных репортеров и русских серьезно просеивают. Знакомые из пресс-службы посоветовали «зарыться в грунт и не светиться» с моей новой корочкой ЦУРа. Оставалось рассчитывать на старые связи и удачу.

Стертые фотографии

По трассе от МАПП «Успенка» к Донецку идут колонны тяжелых грузовиков российского производства с номерами ДК (Донецкий корпус). Такие же машины мне встречались и в Ростовской области. Гусеничную технику по недавно отремонтированным дорогам стараются не гонять. Жители рассказывают, что время от времени видят железнодорожные составы с танками, самоходками и другими военными машинами, следующими от границы вглубь республики.

Колонна грузовиков с номерами ДК (Донецкий корпус — военные грузовики ДНР) идёт по трассе МАПП «Успенка» (граница с Российской Федерацией) — Донецк. 8 февраля 2017. Фото: Георгий Александров / ЦУР

Колонна грузовиков с номерами ДК (Донецкий корпус — военные грузовики ДНР) идёт по трассе МАПП «Успенка» (граница с Российской Федерацией) — Донецк. 8 февраля 2017. Фото: Георгий Александров / ЦУР

Когда я сфотографировал на смартфон несколько перевозимых на тягачах Т-72, бдительные парни с автоматами под угрозой конвоирования в комендатуру потребовали удалить снимки. Пришлось подчиниться.

Сам Донецк, за исключением нескольких районов, приближенных к фронту, кажется мирным городом. Ни один снаряд за все время боевых действий не попал и в монументальное здание Областной государственной администрации (ОГА), где находятся кабинеты руководства ДНР. Свежие разрушения видны лишь на кругу возле моста (местные называют этот район «Мотелем»), соединяющего столицу ДНР с городом-спутником Макеевкой. По официальной версии ДНР, артиллерия ВСУ нанесла удар по мирному району. Погиб как минимум один человек — водитель проезжавшего грузовика. Разрушены несколько магазинов. С многоэтажек сорвало кровлю. Сила взрыва была такова, что вначале украинцев даже обвиняли в применении баллистической ракеты «Точка-У». Однако ходят слухи, что виноваты не украинцы, а сдетонировавший при транспортировке боекомплект.

Линия соприкосновения

В Киевском, Петровском, Куйбышевском, Кировском районах, городе Ясиноватая и небольших поселках, расположенных у линии соприкосновения сторон, канонада в последнее время стихает редко. Днем слышна стрельба из автоматов, пулеметов, гранатометов и минометов. Ночью окрестности сотрясают «исходящие» и «входящие» выстрелы мощной артиллерии. Как ни странно, прямо на поле боя все еще живут люди. «На Спартаке (поселок на линии соприкосновения, контролируется ДНР. — ЦУР) осталось еще несколько десятков человек с нашей стороны, — рассказал мне боец армии ДНР Игорь. — Там есть пара бабушек. Живут хреново. Электричество перебивают обстрелами, но ремонтируют. Точно нет газа. Воду привозят. Трубы там побитые все. Вся гуманитарка в первую очередь туда».

Разрушенный ларек, место предполагаемого обстрела в ночь со 2 на 3 февраля ВСУ Донецка (район в народе называется «Мотель», расположен у моста, связывающего Донецк с Макеевкой). Фото: Георгий Александров / ЦУР

Разрушенный ларек, место предполагаемого обстрела в ночь со 2 на 3 февраля ВСУ Донецка (район в народе называется «Мотель», расположен у моста, связывающего Донецк с Макеевкой). Фото: Георгий Александров / ЦУР

Обострение началось в последние дни января. 29-го наблюдатели Специальной мониторинговой миссии (СММ) ОБСЕ только в районе треугольника Авдеевка (под контролем ВСУ) — Ясиноватая (под контролем ДНР) — Донецкий аэропорт (под контролем ДНР) зафиксировали свыше 2300 взрывов. После этого бои велись по всей линии фронта, включая южное мариупольское направление. К концу февраля обстановка стала спокойнее, но ни одни сутки не обходятся без сотен выявленных СММ ОБСЕ фактов взаимных обстрелов, в том числе и крупными калибрами.

Киевские власти утверждают, что сепаратисты планировали занять Авдеевку. Представители ДНР говорят, что стали жертвой вероломного нападения. «Они устроили массированный артналет, — говорит Игорь. — Потом изобразили наступление: вышли в „серую зону“, популяли из БМП и БТРов, погоняли пехоту по лесопосадкам. Получили по зубам и отошли».

В официальной версии заместителя начальника управления народной милиции ДНР Эдуарда Басурина эти события выглядели следующим образом: «Ночью украинская сторона, в нарушение всех договоренностей и взятых на себя обязательств, захватила объекты Донецкой фильтровальной станции (расположена в Авдеевке) для ведения с ее территории провокационного огня по нашим позициям. Из этого района противник применял минометы и крупнокалиберные пулеметы. При этом огонь велся из помещений станции не только по нашим позициям, но и по жилым районам Ясиноватой и Спартака».

В итоге украинцы ушли из опасной зоны. Но несколько снарядов в здание фильтрационной станции, где находятся запасы токсичного хлора, все же попали.

Обе стороны завышают потери противника и занижают собственные, но ясно, что список потерь за последний месяц заметно увеличился. «С начала обострения у наших тяжелыми „трехсотыми“ и „двухсотыми“ не больше двух-трех, максимум четырех десятков человек. Мы же играем от обороны, — рассказал Игорь. — У них, судя по сайтам волонтеров и официальным заявлениям, в госпитали и морги Харькова и других городов привезли около 150 человек. Техники они потеряли больше».

Развалины магазина, место предполагаемого обстрела в ночь со 2 на 3 февраля ВСУ Донецка (район в народе называется «Мотель», расположен у моста, связывающего Донецк с Макеевкой). Фото: Георгий Александров / ЦУР

Развалины магазина, место предполагаемого обстрела в ночь со 2 на 3 февраля ВСУ Донецка (район в народе называется «Мотель», расположен у моста, связывающего Донецк с Макеевкой). Фото: Георгий Александров / ЦУР

Среди жителей ДНР в последнее время ходят слухи о возможном крупнейшем за всю войну наступлении вооруженных сил Украины на Донецк. И о планах руководства ДНР «слить» врагу часть города и окружающие населенные пункты, чтобы заманить в очередной «котел». И хотя подобный сценарий грозит большими потерями, как среди военных, так и мирного населения, многие мои источники считают его вполне реалистичным. Сначала украинцы гонят сепаратистов, а потом те переходят в победоносное контрнаступление.

Однако ополченцы считают такой вариант маловероятным.

— В нашем случае серьезное наступление с изменением линии фронта возможно только при одном сценарии, — сказал мне ополченец с позывным «Одесса». — Если, грубо говоря, нас захотят слить, то, понятное дело, сольют. Мы, конечно, в это не верим. Войскам нельзя отдать приказ: «Давайте сваливайте все с позиций. Будем отдавать Донецк!». Такой приказ если отдадут, это плохо закончится. Приказ не будет выполнен. Будет уничтоженный город. Будут люди, которые станут бодаться до последнего. Остаются только непрямые пути. Нам тупо перестанут поставлять БК (боекомплект). Тогда конечно будет весело. Тогда Грозный покажется раем. Городские бои. Народное ополчение в партизанских атаках будет сражаться за остатки БК, тырить его у укропов. А у них его очень много. Это будут миллионы погибшего гражданского населения. Трэшак еще тот.

«Знаешь, что будет, если мы мирняк захерачим?»

В отчете «Тяжелое положение гражданского населения, пострадавшего от конфликта на востоке Украины», опубликованном СММ ОБСЕ в феврале 2017 года, говорится, что «вооруженные формирования продолжали размещать вооружение и военную технику в населенных районах. Вооруженные силы Украины также действовали подобным образом».

Интернет полон роликов, на которых видно, как системы залпового огня ополченцев совершают залпы из мест, расположенных вблизи жилых домов. Или как танки ВСУ стоят во дворах многоэтажек Авдеевки. В условиях прямого вооруженного контакта обе стороны мгновенно забывают о любых заключенных договорах.

Танки ВСУ во дворе одной из многоэтажек Авдеевки, 9 февраля 2017. Фото: Глеб Гаранич / Reuters

Танки ВСУ во дворе одной из многоэтажек Авдеевки, 9 февраля 2017. Фото: Глеб Гаранич / Reuters

— Братюнь, ты карту Донецка и окрестностей видел? — спрашивает меня один из артиллеристов ДНР, отказавшийся представиться. — Тут очень плотная застройка. «Град» бьет больше, чем на 30 км. Но на таком расстоянии большой разлет снарядов. Прибавь к этому, что боекомплект старый. Такой уж привозят. Извини. Что в итоге имеем, а? Что попадем в жилой сектор. В той же Авдеевке народ кучно живет. А знаешь, что будет, если мы мирняк захерачим? Ну, может, если повезет, свои не расстреляют. Но геморроя не оберешься. Хохлы, кстати, тоже фигачат дай боже. Чего мы только не придумывали. И стреляли «градами» с терриконов дальних. И артиллерийские позиции, закопанные на глубину четырехэтажного дома. Чтобы непонятно было, откуда стреляют. Оптимальные точки стрельбы, так или иначе, находятся возле города. Выходят приколы, когда девятиэтажный массив жилой, подъезжают машины и работают. Дома закрывают обзор. Противник может не увидеть, а главное — не услышать исходящие выстрелы. Существуют приборы, эхолокаторы, которые по звукам залпа исходящих пеленгует нахождение батареи или «Града». А дома экранируют звук. Я понимаю, что это цинично. Люди смотрят и им страшно. Но, дядько, шо ви хочите? Это ж вийна. Кстати: таких случаев крайне мало. А попаданий «ответки» по жилым домам и вовсе практически нет. Зато по районам, откуда обстрелы не ведутся никогда, прилетает постоянно.

700 танков и пять «Буратино»

О том, что армии народных республик получают военную технику из России, писали много. В городке Донецк Ростовской области (где судили Надежду Савченко) любой таксист за бутылку готов показать дорогу, по которой якобы шла техника через КПП «Северный». Сами ополченцы батальона «Август», в лагере которого я жил в 2014 году, говорили, что за каждый подбитый ими украинский танк российская сторона передавала им «приз» в качестве такого же, но полностью исправного. Более того, бывших комбайнеров обучали на полигонах в Ростовской области. Известно даже, что в ЛНР в основном передавались модели Т-64, тогда как в ДНР — Т-72, которых на вооружении ВСУ практически не было. Механики объясняли это наличием соответствующей ремонтной базы и поставками запчастей. На центральных улицах Донецка долго висели плакаты, зазывавшие добровольцев повоевать на «семьдесят второй» машине.

В опубликованном в феврале 2017 года отчете о международных поставках вооружения в 2016 году Стокгольмского института исследования проблем мира (SIPRI), изучающем военные конфликты и распространение оружия в мире, говорится о поставках из России самопровозглашенным республикам Донбасса танков, бронетехники, зенитно-ракетных комплексов и другого оружия, однако конкретных цифр в документе нет (при этом авторы доклада допускают, что часть вооружений ополченцы захватили в боях с ВСУ или изъяли со складов). Российские власти эту информацию отрицают.

Тяжелая огнеметная система ТОС-1 «Буратино». Фото: Wikimedia Commons

Тяжелая огнеметная система ТОС-1 «Буратино». Фото: Wikimedia Commons

При этом на телеканале «Россия-1» была показана графика, созданная, по словам авторов, на основе открытых источников, согласно которой в армии одной только ДНР на вооружении стоит 700 танков. Тогда как ВСУ, по данным «России-1», располагают всего 213 танками. В отчете ОБСЕ указывается, что на одном из полигонов ЛНР наблюдатели зафиксировали тяжелую огнеметную систему ТОС-1 «Буратино» (220 мм). Это оружие, установленное на базе танка Т-72 и оснащенное термобарическими снарядами, может уничтожить одним ударом большой жилой квартал. В 2015 году ополченцы говорили, что у них не меньше пяти «Буратин». Неизвестно, есть ли они сейчас, но в боях они не применялись. ТОС-1 производится только в России и до начала конфликта на Донбассе не поставлялось на Украину. Кроме того, во втором пункте комплекса мер по выполнению Минских соглашений в числе тяжелых вооружений, подлежащих отводу сторонами конфликта, упоминается самая мощная на сегодня система залпового огня РСЗО «Торнадо-С» (модернизированная советская система «Смерч» калибра 300 мм с максимальной дальностью полета зарядов до 120 км). Эта уникальная РСЗО также не стояла на вооружении ВСУ и никак не могла стать трофеем ополченцев.

«Тамбов» и русские инструкторы

Прямых доказательств масштабного участия в боевых действиях российских военных частей до сих пор не обнаружено. Украинская сторона приводит в качестве аргументов захваченных ВСУ в плен двух российских спецназовцев ГРУ Евгения Ерофеева и Александра Александрова (были обменены на Надежду Савченко), несколько интервью (чаще всего вспоминают обгоревшего танкиста из Бурятии Доржи Батомункуева из 5-й танковой бригады, который рассказал, что был ранен в боях за Дебальцево 19 февраля 2015 года), а также данные из соцсетей и радиоперехваты.

Сами ополченцы не скрывают, что их обучали приехавшие из России специалисты. Рассказывают, что граждане России есть среди командного состава. Практически во всех соединениях армий ДНР и ЛНР сегодня находятся кураторы из России, занимающиеся организационной деятельностью, прорабатывающие планы военных операций и контролирующие поставки БК. По одной из версий Павел Дремов, создавший и возглавлявший казачий полк имени атамана Платова армии ЛНР, был взорван в декабре 2015 года на собственной свадьбе именно за упоминания командира с позывным «Тамбов», курировавшего все подразделения ополчения в Луганске. Международное волонтерское сообщество InformNapalm сообщало, что этот позывной первоначально принадлежал уроженцу Тамбова генерал-майору Сергею Кузовлеву. По данным InformNapalm, офицер в 1990 году окончил Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище, командовал миротворческой бригадой Приволжско-Уральского военного округа, был начальником штаба 58-й армии (которая «принуждала к миру» Грузию в 2008-м). InformNapalm сообщает, что в марте — апреле 2015 года генерал-майор Кузовлев был отозван в Россию. Его заменил заместитель командующего 58-й армией генерал-майор Евгений Никифоров, которому по наследству перешел и позывной.

От Бэтмена до Гиви

Почти все известные полевые командиры, начинавшие в 2014 году организовывать отряды ополчения, сегодня либо погибли, либо покинули Донбасс. Так начальник штаба 4-й бригады ЛНР, командир ГБР Алексей Беднов (Бэтмен) 1 января 2015 попал в засаду около города Лутугино и был вместе с пятерыми бойцами охраны сожжен из огнеметов. Пресс-служба прокуратуры ЛНР заявила, что Беднов был убит, потому что отказался сдаться и сложить оружие. Один из офицеров, приближенный на тот момент к руководству ЛНР, рассказал мне, что Беднов был устранен за то, что считался реальным конкурентом сегодняшнему главе республики Игорю Плотницкому. 23 января 2015-го в тылу погиб «народный мэр» Первомайска Евгений Ищенко, не раз совместно с атаманом Дремовым обвинявший Плотницкого в том, что он при попустительстве российских кураторов торгует приходящей из России гуманитарной помощью, а также зарабатывает на поставках угля через линию соприкосновения на украинскую сторону. Следующим 23 мая 2015 года был устранен командир батальона «Призрак» Алексей Мозговой, автомобиль которого сначала подорвали, а затем расстреляли из автоматов. 16 октября 2016 года в лифте собственного дома в Донецке вместе с телохранителем был взорван командир батальона «Спарта» Арсений Павлов (Моторола). Пышно похоронив комбата, правительство ДНР обвинило в его гибели украинских диверсантов. «Следственные действия позволят нам выяснить не только того, кто заказал, мы уже, кстати, об этом знаем, а кто исполнил это убийство», — заявил глава ДНР Александр Захарченко. Хотя СМИ республики сообщали о задержании предполагаемых убийц Моторолы, никакой конкретики о ходе расследования преступления нет.

Командир батальона «Спарта» Арсений Павлов (Моторола) и командир батальона «Сомали» Михаил Толстых (Гиви). Кадр: Youtube

Командир батальона «Спарта» Арсений Павлов (Моторола) и командир батальона «Сомали» Михаил Толстых (Гиви). Кадр: Youtube

8 февраля 2017 года в Макеевке на базе батальона «Сомали» был взорван командир этого подразделения Михаил Толстых, более известный по позывному «Гиви». Игорь Гиркин (Стрелков) сообщил, что в окно кабинета Гиви неизвестные выстрелили из огнемета «Шмель». В этот день я был в Макеевке и уверен, что это не так. Убийство произошло около 6 утра. В этот момент улицы практически пусты и подобраться на расстояние точного выстрела из «Шмеля» к хорошо охраняемой базе невозможно. По другой версии, кто-то принес в здание базы самодельное взрывное устройство, и установил его в оружейной комнате. Взрыв бомбы мог повлечь за собой дальнейшую детонацию находившихся там огнеметов. По словам моих источников, у Гиви, как и у Моторолы, «слишком выросла корона» и они позволяли себе спорить с командованием.

Деление местных вооруженных лиц на «своих» и «чужих» в республике до сих пор условно. Так костяк штата Министерства госбезопасности ДНР составляют бывшие сотрудники Службы безопасности Украины. А практически вся местная полиция просто сменила кители с погонами органов внутренних Украины на форму ДНР. Многие пойманные диверсанты, обстреливавшие города Донбасса, имели удостоверения подразделений ополчения. А бывший глава ЛНР Валерий Болотов 8 декабря 2016 года в интервью «Росбалту» обвинил батальон «Заря», который до назначения главой республики возглавлял Плотницкий, в том, то его бойцы участвовали в терактах против мирного населения: «Сюда было заслано много людей, которые должны были совершать диверсии и разлагать дисциплину. А в „Заре“ оказался самый большой процент этих диверсантов».

В том же интервью, отвечая на вопрос о причинах убийств командиров ополчения, Болотов заявил: «Мое личное мнение: они были устранены. Убрали всех, кто начинал протестное движение. В анкетах армии ЛНР сейчас есть вопрос: участвовали ли вы в событиях 2014 года? Так вот, если человек участвовал, то в нынешнюю армию его не берут. Это говорит о том, что в ЛНР делается то же, что и на Украине — искоренение памяти и истории. Нынешнему руководству не нужны идейные люди, те кто помнит, с чего все начиналось и для чего. Плотницкий узурпировал власть и не потерпит никакой критики или конкуренции. Я даже знаю, что ему просто неприятно слышать мою фамилию, она раздражает его, возможно, даже пугает».

Сам Валерий Болотов скоропостижно скончался 27 января 2017 года. Хотя предварительно причиной смерти была названа острая сердечная недостаточность, но доказательств этого диагноза вскрытие не выявило. Близкие рассказывают, что перед смертью экс-глава ЛНР жаловался на резкое ухудшение самочувствия после того, как накануне выпил кофе в компании бывшего спикера народного совета ЛНР Алексея Карякина и еще одного представителя республики с позывным «Саныч».


Одни — в Верховной раде, другие — в земле. Как сложились судьбы полевых командиров ДНР-ЛНР и Украины

Большая часть самых заметных и харизматичных полевых командиров сепаратистов первого периода войны уже уничтожена. Причем погибли они не в боях с украинскими силовиками, а в результате таинственных спецопераций. Читать дальше...


Блокада и внешнее управление

Несмотря на большие жертвы с обеих сторон, угрозы отомстить и стереть неприятеля с лица земли, экономические связи республик с Украиной никогда не прерывались. На украинскую сторону до последнего времени шли эшелоны с углем, добытым в шахтах ЛНР и ДНР. Именно этим горючим отапливалось множество населенных пунктов и производств на востоке страны. Для легализации поставок киевские власти придумывали различные варианты прикрытия. О которых, например, рассказывал тот же атаман Павел Дремов. «Уголь копался в Донецкой области. Составы дошли до города Одессы, перегрузились в баржу. Баржа вышла в нейтральные воды. Зашла назад уже по другой цене. И все это назвали южноафриканским углем», — говорил атаман. По его словам, полученные деньги шли не в бюджет республик, а делились между коррумпированными представителями власти воюющих противников.

Блокада железнодорожных путей украинскими активистами, 23 февраля 2017. Фото: Алексей Филиппов / AFP

Блокада железнодорожных путей украинскими активистами, 23 февраля 2017. Фото: Алексей Филиппов / AFP

Это сотрудничество с неприятелем вызывало недовольство бывших бойцов АТО, заблокировавших в январе 2017 года железнодорожные пути у линии соприкосновения. По другой версии лидеры устроивших блокаду ветеранов, которых три года все устраивало, просто не смогли договориться о размере «отката» на 2017 год.

На заседании правительства премьер-министр Украины Владимир Гройсман заявил, что в условиях блокирования поставок угля из Донбасса Киеву придется покупать антрацит у других: «Сегодня мы имеем блокаду энергетическую, экономическую. Вчера мы встречались с руководителями металлургических предприятий, в том числе с иностранным капиталом, которые четко сказали, что если мы не используем украинские недра и украинский уголь, например для металлургии, то есть только два варианта закупать этот уголь — этот уголь можно покупать в США, что не выгодно и долго, либо в России».

В ответ 27 февраля руководство ДНР и ЛНР заявило, что на предприятиях украинской юрисдикции будет введено внешнее управление. В тот же день народный совет ДНР принял закон, обязывающий нерезидентов до 1 марта заключить договоры с налоговыми агентами в республике. 1 марта этот срок истек, и глава ДНР Александр Захарченко заявил журналистам, что «на предприятиях с сегодняшнего дня с нуля часов вводится внешнее управление».

Почти сразу после этого российские власти официально объяснили, что не видят в действиях руководства ДНР и ЛНР ничего незаконного. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил: «Я не думаю, что слово „отжим“ здесь применимо, и не думаю, что было бы корректно называть это отжимом. Мы являемся свидетелями того, что отторгнутые своим государством области попадают в еще более тяжелое положение, будучи поставленными в условия блокады со стороны экстремистов».

Угледобывающее предприятие в ДНР, 26 сентября 2016. Фото: Александр Ермоченко / Reuters

Угледобывающее предприятие в ДНР, 26 сентября 2016. Фото: Александр Ермоченко / Reuters

Несмотря на ведущиеся боевые действия, практически вся промышленность, работающая на территории ДНР и ЛНР, платила налоги либо только в украинский бюджет (включая сбор на проведение АТО), либо в бюджеты обеих сторон. Оставшиеся неизменными с советских времен сложные цепочки поставок сырья для металлургических предприятий, расположенных как в ДНР и ЛНР, так и на контролируемых Украиной территориях, теперь нарушены блокадой. Прекратили работу все доменные печи Донецкого металлургического завода. О консервации заявили металлургические заводы в Енакиево и Макеевке, принадлежащие Ринату Ахметову.


Что теряет сейчас Ринат Ахметов в Донбассе

Самые крупные украинские предприятия, находящиеся в ДНР-ЛНР, принадлежат олигарху Ринату Ахметову. Это угледобывающие предприятия Ровенькиантрацит, Свердловантрацит и «Комсомолец Донбасса», а также восемь угольных обогатительных комплексов, входящих в энергетический холдинг Ахметова. Читать дальше...


«У нас всем известно, куда шли налоги каждого комбината, — рассказывала мне жительница города Алчевск Ирина. — Если работникам платят гривной — значит на Украину. В супермаркетах „Добрый“, которая уже давно под женой Плотницкого Ларисой, есть отдельная касса. Называется мультивалютная. Там берут гривны. А везде — рубли».

Экс-глава ДНР Александр Бородай объяснял, почему, несмотря на заявления о грядущей национализации, власти народной республики на самом деле тесно сотрудничали с компаниями Ахметова.

Национализированный ДНР Енакиевский металлургический завод. Донецк, 1 марта 2017. Фото: Сергей Сипунски / AFP

Национализированный ДНР Енакиевский металлургический завод. Донецк, 1 марта 2017. Фото: Сергей Сипунски / AFP

— Предприятия, находящиеся на территории Донецкой народной республики и принадлежащие господину Ахметову, с удивительной устойчивостью все это время работали. <...> Ахметову выгодно, когда его предприятия находятся на территории ДНР. Они производят продукцию экспортного назначения. Она должна отправиться в Италию. Через порты. Единственный порт, для него доступный, это Мариуполь. <...> Иначе господин Ахметов никак не может вытаскивать свою продукцию с территории Донецкой народной республики. Соответственно, он может ее вывозить только с украинской территории. <...> Ахметов вывез свою продукцию в Италию и получил деньги. <...> Вы знаете объем гуманитарной помощи, которую господин Ахметов поставляет в Донецкую народную республику? Он очень-очень большой. Донецкая народная республика отчасти живет с этой помощи. <...> Работники предприятий господина Ахметова получают зарплату. Представьте, что мы национализировали это добро. И что мы будем делать с этой продукцией? Везем ее в Италию и продаем? Кому? Представьте себе представителей Донецкой народной республики, которые постучались в какой-нибудь офис, расположенный в Милане, и говорят: «Слушайте, мы там привезли вам 100 тысяч тонн „чушки“ (чугуна)». <...> Что будет, если она не будет продаваться? Не будет поступать гуманитарная помощь. Не будут рабочие получать зарплату. Что это будет означать для Донецкой народной республики? Голод. Настоящий. Серьезный.

По мнению Бородая, именно этот аргумент и явился основным, когда принималось решение не штурмовать Мариуполь. Во время нашего личного общения с Бородаем он рассказал, что практически не знаком с Ахметовым и никаких переговоров с ним не вел. Кто и как решал этот вопрос — неизвестно.

Не раз мне приходилось слышать, что Захарченко «в прошлой жизни» работал в охране Ахметова. Доказательств этого у меня нет. Зато я хорошо помню, как сегодняшний глава ДНР возглавлял в 2014 году группу вооруженных людей, не пустивших толпу дончан «на экскурсию» в донецкую резиденцию миллиардера. Тогда Захарченко, руководивший донецким отделением украинской патриотической организации «Оплот», объяснил мне свое поведение тем, что не хочет подставлять мирных людей под пули охраны резиденции. Однако никакой охраны мы так и не увидели.

Между Ахметовым и Россией

Мой знакомый, работающий в Минфине ДНР, рассказал свою версию резкого изменения условий сотрудничества властей ДНР с Ахметовым. По его словам, основной доход бюджета республик составляют транши из России. Но недавно московские кураторы срезали примерно треть финансирования и потребовали у местных властей изыскать собственные источники дохода. Поэтому местные власти решили пересмотреть правила игры и предъявили бизнесмену ультиматум. В случае невыполнения которого поставки необходимого сырья будут прекращены и многие металлургические предприятия уже невозможно будет запустить вновь. Ведь те же доменные печи должны работать в непрерывном цикле.

Ринат Ахметов. Фото: Alexander Khudoteply / AFP

Ринат Ахметов. Фото: Alexander Khudoteply / AFP

Хотя бюджеты республик держатся в тайне, из того же источника мне удалось получить примерную картину финансирования, ежегодно выделяемого Россией по закрытым статьям бюджета и из различных полуофициальных фондов. До 2017 года ДНР ежегодно получала из российской казны примерно 180-200 млрд рублей. Большая их часть шла на выплаты зарплат и пенсий. Из них 2,4 млрд рублей — на денежное довольствие 8 тысяч рядовых и 4 тысяч сержантского состава армии ДНР. 3 тысячи офицеров в зависимости от званий и должностей получали 1,6 млрд рублей. Примерно 1 млрд рублей шел на компенсации по ранениям, субсидии на улучшение жилищных условий, на содержание семей, обслуживающий персонал, на захоронение погибших и так далее. 0,5 млрд рублей выделялось на питание личного состава и 0,9 млрд — на обмундирование. Еще 7 млрд рублей расходовалось на горюче-смазочные материалы и ремонтно-техническую базу. Примерно в 1,5 млрд рублей обходилось содержание сотрудников МЧС и МВД (до 7 тысяч человек). На выплату пенсий, пособий инвалидам, компенсаций и другие социальные нужды выделялось примерно 30 млрд рублей. 7,5 млрд рублей составляли дотации пяти хлебным комбинатам. Несмотря на описанную выше схему сотрудничества с Ахметовым, около 8 млрд рублей дотаций получали градообразующие предприятия металлургической отрасли. До 7 млрд рублей нужно было на бесперебойное функционирование железных дорог. Городской донецкий и областной бюджеты получали помощь от Южного федерального округа РФ в размере не менее 0,5 млрд рублей в год. Местная сеть сотовой связи «Феникс», функционирующая на базе прекратившего работу оператора «Киевстар», обходилась еще в 3 млрд рублей.

Как теперь будет происходить финансирование — неизвестно.

— Мы устали ждать, чем это все закончится, — говорит мне коренная жительница Донецка Анна. — Мужа-бармена избили пьяные ополченцы за то, что отказался ставить им песню Лепса. Друзей садют на подвал на две недели за то, что припозднились в комендантский час. Раньше ДНР сравнивали с Приднестровьем. Но там воевали всего ничего. А у нас конца и края не видно. Одни воюют, другие воруют. Мой брат водит поезда с углем. Им сказали гудеть, когда подъезжают к «передку». По гудку и те, и другие стрелять перестают. Пропускают состав и опять начинают. Что ж это за бля...кая война такая? Знаешь, сколько перемерло бабок и стариков, через то, что лекарств нет и воду ведрами на верхние этажи надо волочь? Скажи там, в Москве, чтобы они уже что-то порешили. Обещали помочь. А прислали танки, да жуликов. Как будто у нас своих нема. Нельзя так, народ повымрет весь.

util