«Для японцев главное — получить Курилы, а дальше никто не знает, что с ними делать». Зачем Японии развивать экономику российских островов
 Вид на остров Итуруп. Фото: Thomas Peter / Reuters
18 Марта 2017, 12:00

«Для японцев главное — получить Курилы, а дальше никто не знает, что с ними делать». Зачем Японии развивать экономику российских островов

В ближайшие дни пройдет серия переговоров между Россией и Японией о совместной экономической деятельности на южных Курилах. Две страны планируют развивать на островах рыболовство, туризм, медицину, разводить морепродукты. Также Япония предлагает создать на четырех южнокурильских островах общую электронную валюту.

Вопрос принадлежности Курильской гряды Японии подниматься не будет. Наоборот, стороны постараются максимально избежать этой темы. Но, несмотря на ее замалчивание, только это и интересует Японию на Курилах, уверен переводчик Сатоси Исихара (Александр Судакевич), работавший во время декабрьского визита президента Путина в Токио. По его мнению, японцы искреннее уверены, что острова когда-нибудь, возможно, даже в ближайшее время, отойдут Японии. Однако что с ними делать потом и зачем они вообще нужны стране — никто не знает.

— Насколько Япония заинтересована в сотрудничестве с Россией на Курилах?

— В Японии жители севера уже и так сотрудничают с Россией. И их, безусловно, интересует развитие российско-японских отношений. Остальных японцев Россия не особо интересует, и про Курилы обычно никто не вспоминает, пока не приедет российских президент или не начнется следующий раунд переговоров о возврате островов.

Вообще, про Россию в Японии говорят очень мало. Она до сих пор остается незнакомой, страшной и далекой страной. С большей охотой обсуждают Южную и Северную Кореи, Китай, Америку, иногда Европу.

— Как к Курилам относятся японские политики?

— Такое ощущение, что Япония хочет закрепиться на островах на своих условиях, чтобы потом еще раз выставить требование вернуть их. Поэтому в этом вопросе ничего не изменилось: единственное, чего хотят японцы — это возвращения островов. И если совместная деятельность этому поможет, то они за. Если же она не окажет никакого влияния на возврат Курил, то, скорее всего, она им не очень-то и нужна.

— Сейчас речь идет о развитии на Курилах рыбного хозяйства, медицины и туризма — это достаточно нейтральные отрасли. А предложение разводить морских ежей вообще звучит странно. Можно ли в данном случае говорить, что таким сотрудничеством Япония просто не хочет обижать Россию, проявляет своего рода вежливость?

— Дело в том, что реальные шаги не обсуждают в открытую, поэтому мы просто не знаем, о чем на самом деле пойдет речь на переговорах и какую цель перед собой поставили японские политики и дипломаты.

Да, эти предложения скорее нейтральные, но это все из-за того, что единственная цель Японии — закрепиться на островах. Никто из японцев на такой далекий север ехать не хочет, и людей там мало. Большинство граждан сосредоточены в центре страны, немного — на юге и западе. Их морской промысел особо не интересует. То есть в данном случае речь скорее идет о том, чтобы при помощи таких мер продолжать развивать диалог с Россией на интересующую японцев тему.

— История с Курилами тянется давно, и того прогресса, которого бы хотела японская сторона, в ней нет. Это сильно ударило по авторитету японского премьера Синдзо Абэ?

— На данный момент нет. Сейчас все это затмил скандал вокруг его жены, который длиться уже месяца полтора. Он связан с продажей по сильно заниженной цене земли под частную школу, где она должна была стать почетным директором. На фоне этой раздутой истории уже никто не вспоминает про Курилы.

Сейчас даже не ясно, сможет ли Абэ удержаться на посту премьер-министра — уже требуют отставки министра обороны Японии Томоми Инада. Внутренняя политика страны сильно запутана: все борются между собой, пытаясь скинуть друг друга. В ход может пойти любой скандал. Но если что-то пойдет не так на Курилах, то и это тоже могут использовать.

— Если смотреть на отношения Путина и Абэ, то какими их видят японцы? Они кажутся им равноправными политическими игроками?

— Японцы считают Путина сильным президентом, который делает так, как считает нужным. На прошлой встрече российского президента и японского премьера казалось, что Абэ выглядел никак не равноправной стороной в переговорах. Создавалось впечатление, что как Путин скажет, так премьер и сделает.

— Не связано ли такое поведение премьера с ожиданием решения по курильскому вопросу?

— Не знаю почему, но практически каждый раз, как президент или министр иностранных дел России прилетает в Японию, японцы ждут, что вот-вот Курилы вернутся. Об этом сразу начинают писать многие издания, выходят телепрограммы про престарелых людей, которых выгнали с островов в младенчестве. И поскольку каждый раз ожидания не оправдываются, это накладывает свой отпечаток. Люди начинают думать, что Россия играет с японцами и вертит ими как хочет.

— Откуда у населения появилась эта уверенность в том, что когда-нибудь острова обязательно станут японскими? В России никогда не давали обещаний по этому поводу.

— Сама концепция принадлежности Японии этих островов появилась во времена Холодной войны, когда Советский Союз и Япония — союзник Америки — были противниками. И вся эта риторика уходит корнями именно в это противостояние. В те времена главным было даже не вернуть Курилы, а иметь фактор давления на СССР. В стратегические интересы других стран (США, Великобритании, ФРГ) не входило сближение Токио и Москвы.

Советского Союза уже давно нет, но риторика осталась. Она въелась в подкорку. Уже подрастает третье-четвертое поколение людей, которым постоянно объясняли, что это острова принадлежат Японии, и их вероломно отобрал СССР.

— Нынешнее сотрудничество с Россией объясняется только желанием вернуть Курилы или, например, еще и угрозой Китая для Токио?

— Угроза Китая для Японии всегда была очень реальной. Две страны —исторически давние противники. По идее, Японии следовало бы налаживать отношения с другими странами, чтобы окружить Китай. Правда, насколько японцы этого хотят — непонятно. Но через три дня на переговорах речь также пойдет про Северную Корею, поскольку она создает угрозу в этом регионе. Поэтому наверху, я думаю, будет обсуждение не только развития Курил, но и совместных действий, направленных против других стран.

Россия могли бы быть полезна Японии на международной арене. Имея такой крепкий тыл, Япония может наращивать свое присутствие в южной части Азии, которая тоже исторически очень важна для страны.

— Японцы задумываются над тем, каким они видят будущее Курил в составе Японии?

— Я нигде не встречал ничего похожего на какие-либо планы по поводу островов. Для японцев главное — получить их, а дальше никто не знает, что с ними делать. Как развивать, зачем, кто туда поедет — ничего не ясно. И простые японцы, как я уже говорил, не горят желанием ехать на крайний север.

— То есть тема Курил — это не экономический или территориальный вопрос для Токио, а скорее некий символ?

— Это чисто политический, идеологический вопрос. Он до сих пор не решен, и с ним вроде как надо что-то делать, но никто уже не знает, как переломить эту ситуацию — слишком долго в Японии создавалось мнение, что острова должны быть японскими. А что с ними делать — думать об этом не надо.

Я очень сильно сомневаюсь, что Япония будет развивать там какую-то инфраструктуру. Во-первых, есть проблема Фукусимы, где до сих пор инфраструктура в руинах, и плавится реактор. Кроме того, в апреле прошлого года произошло сильное землетрясение на острове Кюсю — его тоже надо восстанавливать.

Поэтому Японии сейчас просто не до Курил. У нее нет на это ни денег, ни ресурсов, ни людей. Я думаю, еще лет 10-15 стране будет невозможно что-то реально сделать с экономическим развитием этих островов.

— Когда в следующий раз снова поднимется вопрос принадлежности Курил?

— Он обычно поднимается раз в год-два. Опять примерно через год о ней вспомнят, попросят снова вернуться к этой теме, и так год за годом и будут идти вялотекущие переговоры, как это и было до сих пор.

Я думаю, этот вопрос для Японии будет актуален еще лет 15, пока не умрет последний человек, который там родился — этих людей остается все меньше. После этого у пятого-шестого поколения японцев вряд ли будут какие-то сильные чувства к этим островам, где большинство даже никогда не было. По прошествии этого срока можно будет сдвинуться с мертвой точки и начать переговоры на новом уровне.

util