«Власть смотрит реакцию людей, это — красная черта!» Как обсуждали снос «хрущевок» в Даниловском районе
 Снос пятиэтажного дома в Москве. Фото: Антон Новодержкин / ТАСС
20 Апреля 2017, 16:10

«Власть смотрит реакцию людей, это — красная черта!» Как обсуждали снос «хрущевок» в Даниловском районе

В Даниловском районе обсуждение сноса пятиэтажек прошло в очень нервной обстановке. Это объяснимо: чем ближе к центру города находятся сносимые дома, тем более трепетно к ним относятся их обитатели. Как складывался и к чему привел контакт жителей «хорошего» района и государства — в репортаже Открытой России.

Дело в отношении

Глава управы Даниловского района Ольга Конюхова для встречи с населением по животрепещущему вопросу выбрала не очень удачное место: досуговый центр для инвалидов на Серпуховском валу. Попасть в зал было нереально задолго до 19.00 — запланированного времени начала. Небольшое помещение, рассчитанное на пятьдесят человек, было забито битком. То же самое творилось в коридоре. Дверь с улицы открывалась с большим трудом, потому что с обеих сторон ее поджимали собравшиеся.

Нарочитым издевательством выглядели таблички «Окрашено» на перилах подъезда и тумбах вокруг него. Люди пачкали свои вещи, но все равно пытались подобраться поближе ко входу. Те, кто не хотел пачкаться, а на встречу пришел, чтобы задать простые вопросы типа «какие дома подлежат сносу» и «куда будут переселять людей», топтались в некотором отдалении и надеялись, что к ним выйдут представители управы, которым эти вопросы можно будет задать. Но время шло, никто к людям не выходил, поэтому напряжение росло. Пока стояли, успели перезнакомиться, увидеть своих соседей и узнать много нового и интересного от тех, кто детально изучил законопроект о реновации.

По мере обмена информацией ропот толпы возрастал. Уверенные в себе мужчины не стеснялись в выражениях и прямо говорили, что" нас всех обманут«:

— Зачем нас вообще пригласили на эту встречу? Никто не выходит к людям. Сидят там сами, совещаются и принимают решения без нас, — возмущался очень высокий мужчина.

— Пусть хоть кто-нибудь выйдет и скажет, что они там внутри обсуждают, — поддерживали его рядом стоящие.

Разговор слепого с глухим

Наконец на порог вышли двое явно чиновничьего вида. Но контакт сразу не задался: толпа гудела и, что бы ни говорили эти двое, их все равно не было слышно. Те, кто стоял ближе к порогу, обратились к присутствующим с просьбой успокоиться и дать слово представителям управы. Представившись начальником отдела ЖКХ Даниловского района Денисом Савиным, один из чиновников заявил, что пока закона нет, и списков на снос никаких нет:

— Ваш дом не снесут, если вы сами этого не захотите. Сейчас мы проводим опрос жителей нашего района, кто согласен на снос, а кто нет. Обзваниваем всех.

— Обзваниваете в рабочее время, когда никого нет дома или дома бабушка, которой вы вешаете лапшу на уши про переселение в новый комфортный дом, — тут же послышались крики из толпы.

— Дайте сказать, — продолжал чиновник. — Пока мы обзваниваем, потом вы можете проголосовать на сайте «Активный гражданин» за снос или наоборот.

— Этот «Активный гражданин» — сплошная фикция, это мошеннический сайт, где накручивают голоса, — опять крики собравшихся.

— Да дайте же закончить, — пытался быть спокойным представитель власти. — Третий этап: вы сможете сами прийти либо в МФЦ, либо в управу, где в мае будут созданы специальные информационные отделы, в которых вам будут разъяснять все интересующие вопросы, и там же вы сможете оставить свои пожелания насчет сноса и переселения.

— Это когда все разъедутся на дачи и в отпуска? Отличное время вы выбрали, — все сильнее и громче возмущалась толпа.

— Почему нам не говорят, какие дома попадают под программу? Почему наши дома хотят сносить, у нас хорошие крепкие кирпичные дома, не хрущевки, пусть сносят действительно ветхие дома. Почему не говорят, куда нас будут переселять? Почему вы все льете воду, а по существу — ни одного ответа?

Люди перекрикивали друг друга и все более плотным кольцом окружали чиновника, несмотря на старания двух крепких молодых парней, пытавшихся оставить хоть какое-то пространство вокруг Савина. Он не успевал всем отвечать, да и смысла слушать его ответы не было. Он повторял как мантру, что главное — это желания жильцов, что они будут собраны в три этапа, и пожелания эти будут иметь решающее значение при определении дома под снос.

— Они будут врать. Правду не скажут. Зачем им это? Им нужна земля в хорошем Даниловском районе, который еще не сильно застроен. Это бессмысленная встреча. Ничего по существу не говорят, — стала причитать стоявшая рядом старушка. — Они ж нас за людей не считают! Вот, смотрите, — она стала доставать какие-то листы из пакета. — Это распечатка про то, что в доме, где я живу, был сделан капитальный ремонт, что он не аварийный. Зачем же его сносить? Вот смотрите, где-то здесь написано. — У женщины дрожали руки. Она все никак не могла найти, где именно листочек про ее дом. Рядом стоящие пытались ее успокоить, потому что казалось, она вот-вот расплачется.

А на пороге в это время началось какое-то движение. Из зала стали выходить люди. Красивая девушка в хиджабе крикнула с порога, что от управы не добиться ответов на вопросы.

— Вы, главное, не соглашайтесь на снос! Вас обманут! Им некуда нас переселять в пределах района. Здесь нет новостроек и негде их строить. Главное — не соглашайтесь, призываю вас к здравому смыслу! — уже не выкрикивала, но очень громко говорила девушка. Ее тут же окружили люди, спрашивая, что там говорит глава управы.

— То, что она говорит, — полная фигня. Сегодня комиссия советников при президенте признала этот законопроект противоречащим Конституции. Вы знаете, что если в течении шестидесяти дней жильцы не согласятся на переезд, то власти просто лишают их права собственности. Все, вы больше не москвичи, катитесь куда хотите. Я сегодня была в Госдуме, уже завтра там в первом чтении будет рассматриваться этот законопроект. И наши депутаты его примут, не сомневайтесь. И тогда все, плакали наши дома, а нас переселят в какое-нибудь Кукуево. Я по своей работе общаюсь с застройщиками, спрашивала их мнение по нашему району. Так вот: они говорят, что в Даниловском нет точек роста, негде строить. Нам врут, что они будут строить для нас в нашем же районе. Да даже если хоть что-нибудь построят, на всех не хватит. Люди, задумайтесь о себе и своих детях, не соглашайтесь на снос домов, — призывала девушка.

Самоорганизация как ответ

Людей на улице становилось все меньше: поняв, что разговора по существу не будет, жильцы расходились. Зато оставшиеся теперь смогли попасть в зал, где все еще можно было пообщаться с главой управы. Глава — молодая женщина — тоже твердила мантру про три этапа и еще заклинание про то, что закон еще не принят и нечего пока здесь обсуждать. Вновь прибывшие с улицы как будто получили второе дыхание и теперь стали высказывать свое неудовольствие не друг другу, а главе.

— Вы обманываете нас. Вы ничего не говорите по существу. Почему наши дома — хорошие кирпичные дома — хотят сносить? Я сам покупал квартиру, сам делал ремонт, кто мне все это будет возмещать, и будут ли вообще возмещать? Что за пургу вы здесь несете, — громко кричал молодой мужчина в хипстерских розовых штанах.

Ему сделал замечание мужчина постарше, стоявший сзади и, наверное, сразу об этом пожалел. «Хипстер» развернулся и стал кричать уже на своего соседа. Их перепалка едва не закончилась дракой, но вовремя подоспели пенсионерки и разняли спорщиков. Тем более, что внимание всех присутствовавших в зале переключилось на крайне эмоциональное выступление очень интеллигентного вида женщины. Дама говорила о том, что она — москвичка в четвертом поколении, которая выросла в этом районе. В хорошем кирпичном доме. Где сейчас растут ее дети, заканчивают школу. И она не хочет отсюда никуда уезжать.

— Вы для чего нас здесь собрали, я не понимаю! Вы на наши вопросы не отвечаете прямо и честно. А я вам скажу, в чем цель этой встречи. Власть смотрит реакцию людей. Потому что понимает, что этот законопроект — он как красная черта. С народом уже много чего сделали. Постоянно повышают налоги, цены, столько запретов ввели, дальнобойщиков зажали. Но есть все-таки красная черта! И именно этот законопроект может ею стать. Я вам говорю: мы не позволим с собой так поступать!

Не позволим! Не позволим! — стали кричать в зале.

И тут же вокруг выступавшей дамы стали собираться люди. Ей выражали поддержку и интересовались, а что же делать дальше. Теперь именно этот вопрос стал главным. Но не на встрече жителей района с главой управы, а на встрече жителей друг с другом. Потому что главу и других представителей власти уже слушать не хотели. Интеллигентная женщина и девушка в хиджабе стали главными героями вечера. И именно вокруг них теперь шли все обсуждения дальнейших действий. Откуда-то появились листы бумаги, на которых можно было оставить свой телефон и мейл. Их передавали из рук в руки и старательно, очень разборчиво вписывали свои данные. Пока писали, стали говорить, что нужно оперативно самим организовать собрания жильцов, чтобы получить решение по дальнейшей судьбе каждого дома. И отстаивать свои дома до последнего.

util