Военнослужащие и экстремалы. Кто на самом деле может быть осужден по новому закону о «группах смерти»
 На звезде сталинской высотки на Кудринской площади. Фото: Рамиль Галеев / ТАСС
20 April 2017, 21:03

Военнослужащие и экстремалы. Кто на самом деле может быть осужден по новому закону о «группах смерти»

Госдума одобрила в первом чтении законопроект об уголовном наказании за склонение детей к суициду. В том числе через организацию в интернете так называемых «групп смерти» или «игр смерти». Если внимательнее присмотреться к поправкам, которые предлагает внести в Уголовный кодекс депутат Ирина Яровая, то можно увидеть, что в случае принятия закона под ударом окажутся организаторы экстремального отдыха. Об этом Открытой России рассказал руководитель Международный правозащитной группы АГОРА Павел Чиков.

Законопроект в том числе предполагает ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в опасную для его жизни деятельность, например, «зацепинг» или «руфинг».

«Если речь о зацепинге, опасность для жизни более менее понятна. Ездить на крышах вагонов в метро, цепляться за автомобили и за общественный транспорт опасно для жизни. Руфинг (проникновение на крыши высотных зданий. — Открытая Россия), бейсджампинг (экстремальные прыжки с парашютом с высотных зданий, телевышек и т.д. — Открытая Россия) тоже опасно. Возникает вопрос про роупджампинг (прыжки с веревкой с высокого объекта, моста. — Открытая Россия) и про тех, кто его организует, ведь это бизнес. Как минимум, можно будет ожидать, что прыгать с резинкой придется по паспорту. А паркуром можно заниматься или нет? А диггеры? Сноуборд опасен для жизни? А картинг? А ходить в горы в поход, сплавляться опасно для жизни? Это вопрос оценочный. Кто будет оценивать, есть риск для жизни, или нет? Там, где вопрос оценочный, возникает возможность для произвольного толкования и расширительного применения», — рассказывает Павел Чиков. Он считает, что эта статья направлена против тех, кто организует экстремальные молодежные активности, которые развились в последние десять лет.

По его словам, применение закона, в случае его принятия, может быть таким: «Что-то произошло, дети погибли, о, давайте-ка посмотрим, что там было, в каких условиях. Да это же было опасно для жизни! Вот вовлечение несовершеннолетних в эту деятельность будет дополнительным составом преступления».

По мнению Чикова, «качество законопроекта просто ужасное». В случае совершения преступлений, указанных в предлагаемой в новой статье 151.2, скорее всего, понадобится дополнительная квалификация по другой статье.

«Например, экстремалы организуют бизнес для любителей экстремальных видов отдыха. Они должны соблюдать определенные правила безопасности. И если кто-то погиб или получил тяжелую травму, то это будет квалифицироваться как нарушение, повлекшее тяжкие последствия. Другой бизнесмен организовал прыжки с веревкой с моста, там прыгают несовершеннолетние, и что-то произошло. Его квалифицировать по статье о нарушении правил, повлекшее тяжкие последствия, или по той, о которой мы сейчас говорим? По первой — точно, по второй — непонятно».

«Одно дело эту дебильную статью в уголовный кодекс ввести, — продолжает Чиков. — А другое — активно ее применять. Я посмотрел статистику Верховного суда за 2015 год. По статье 151 УК РФ „вовлечение несовершеннолетних в совершение антиобщественных действий“, куда предлагается внести поправки, в стране осуждены всего 33 человека. С одной стороны, нельзя сказать, что это активно применяемая статья. С другой стороны, у нас избирательное применение, одного-двух раз может быть достаточно в отношении каких-то известных персонажей».

Чиков обратил внимание на предлагаемую новую статью 110.1 УК РФ «Склонение к совершению самоубийства или содействию совершению самоубийства». Он считает, что очень трудно будет провести границу с существующей статьей 110 «доведение до самоубийства», и это «умножит на десять количество дел, связанных с самоубийством в армии».

«110 статья очень рабочая для армейцев, — объясняет Чиков. — Например, у нас было много дел по армейскому произволу, когда солдатиков доводят до самоубийств. Есть внутреннее указание Военно-следственного управления СК, которое занимается армейскими делами. Нашли труп солдатика с признаками повешения или чего-то другого — возбуждают дело о доведении до самоубийства, это происходит автоматически. И таких дел ежегодно несколько сотен в стране». Правозащитник говорит, что 110 статью очень трудно доказывать, «и все, что раньше не натягивалось на „доведение до самоубийства“, теперь будет уходить в ст.110.1. То есть, грубо говоря, любые действия в войсковой части между военнослужащими-срочниками, в результате которых кто-то повесился, будут легко упаковываться в новую предсказуемую статью».

Правозащитник предсказывает резкий скачок количества уголовных дел, связанных с суицидом в армии. Эти потенциальные изменения сейчас могут недооцениваться всеми инициаторами принятия законопроекта. Не факт, что власти этого хотели, это второстепенный эффект, который может произойти, заключает Чиков.

util