Кремлевская империя: как Путин десоветизирует главную крепость страны
 Памятник князю Владимиру. Фото: Кристина Кормилицына / Коммерсантъ
4 Мая 2017, 22:12

Кремлевская империя: как Путин десоветизирует главную крепость страны

Сергей Простаков за нынешним восстановлением памятника Сергея Александровича увидел тренд на уничтожение советского наследия Кремля

1 мая 1918 года Владимир Ленин и его ближайшие товарищи по партии большевиков готовились к первомайской демонстрации — первой в столице, перенесенной за два месяца до того в Москву. Большевики въехали в Кремль, сделав его местом своей резиденции в полном смысле этого слова — здесь они жили и работали.

Последний раз до них Кремль пребывал в таком статусе во времена Петра I, который и перенес столицу на двести лет в основанный им Санкт-Петербург. Кремль хоть и сохранил за собой статус московской резиденции царей, но к началу XX века превратился в типичный европейский «старый город»: доступ в него был открыт, билеты в дворцы были в свободном доступе, церкви не были превращены в музеи. Поэтому эсер Иван Каляев без труда пронес бомбу, где взорвал 4 февраля 1905 года московского генерал-губернатора, дядю Николая II, великого князя Сергея Александровича.

На месте громкого убийства был на народные пожертвования через несколько лет установлен монумент в виде поклонного креста. И очевидно, что, после прихода к власти антимонархистов и атеистов, памятнику недолго оставалось. Но пару месяцев он продержался, пока случайно не попался на глаза Ленину, который очень удивился, что крест до сих пор не снесен.

Узнав о нехватке рабочих в Кремле, вождь большевиков лично накинул веревку на памятник и с членами ВЦИК свалил крест на землю.

Распорядившись оттащить памятник на свалку в Тайницком саду, Ленин отправился на первомайскую демонстрацию. Кажется, это был единственный собственноручно уничтоженный Лениным памятник. Сносы, перестройки и разрушения в Кремле только начинались.

Въехавшие в бывшую царскую резиденцию большевики мало обращали внимания на упреки, что негоже, дескать, пролетарским вождям жить в бывших царских хоромах. Подобным «клеветникам» председатель ВЦИК и фактически второй человек в партии Яков Свердлов жестко ответил: "«Несомненно, буржуазия и мещане поднимут вой — большевики, мол, оскверняют святыни, но нас это меньше всего должно беспокоить. Интересы пролетарской революции выше предрассудков».

Но, возможно, дело было в другом. Большевики понимали, что Кремль — это символ власти, самый старый в стране. Въезжая в него, они приобретают символический капитал, за которым стоят века. И это уже дело власть имущих — перестраивать свой дом по собственному усмотрению. В первую очередь власть перестала пускать в Кремль простых граждан.

А Кремль — действительно был домом главных большевиков почти полвека после революции. Последним из него съехал в 1962 году Клим Ворошилов. Чуть раньше был открыт Кремлевский дворец съездов — последнее большое здание, построенное в Кремле. К этому моменту в Кремле не было не только памятника убитому великому князю, но и нескольких десятков древних палат и храмов, не говоря уже о более мелких и незаметных для посторонних изменений.

С крушением советской власти можно было надеяться и на перемену статуса Кремля. Но этого не произошло. С 1955 года он в качестве музея под открытым небом работал для москвичей и гостей столицы, но так и остался резиденцией уже для постсоветских вождей.

Но вопрос, что делать с главным архитектурным символом российской власти, был поставлен едва ли не одновременно, как только над Большим кремлевским дворцом опустился советский кумач. Как уже говорилось, Кремль советская власть не только разрушала, но и застраивала пространство внутри и вокруг. Памятником из списка ЮНЕСКО он стал уже в своем «советском» воплощении с Дворцом съездов и конструктивистским Мавзолеем Ленина у восточной стены.

А вот вокруг последнего тут же возникли споры. Что делать с телом Ленина? Хоронить или оставить? Закрыть Мавзолей или вообще сразу снести? Что делать с советским кладбищем вождей у кремлевской стены? Споры в обществе стартовали, и продолжаются до сих пор. Вновь предложение захоронить Ленина прозвучало в апреле — в Госдуму внесен в очередной раз соответствующий законопроект.

Но пока россияне 25 лет дискутируют, работающие в Кремле люди, кажется, уже определились, по крайней мере, со своей исторической памятью и кремлевской историей.

Начиная с 1991 года Кремль и близлежащие территории приводятся к своему дореволюционному виду.

В 1994-1999 годах по указу Бориса Ельцина началась масштабная реконструкция Большого кремлевского дворца, в который вернулись символы императорской власти. Прежний зал заседаний, где в 1956 году Никита Хрущев читал доклад о культе личности, а в 1990-м году была принята декларация о суверенитете России, стал Андреевским залом. В 1997 году на башни Государственного исторического музея вернули золотых двуглавых орлов. Вопрос о рубиновых звездах над Кремлем встал сам собой. А рядом с музеем восстановили Воскресенские ворота.

Пришедший к власти в 2000 году Владимир Путин в самом начале президентства занялся государственной символикой. И сразу продемонстрировал свой курс на историческое примирение эпох и идеологий. Красный флаг со звездой стал символом Вооруженных сил, но полковые знамена выполнялись с нанесением георгиевского креста. Сергей Михалков в третий раз написал слова гимна на музыку Александрова. А торжества по случаю Дня Победы проводились под окончательно утвержденным государственным триколором, который коммунистические оппоненты режима поспешили назвать «власовской тряпкой», указывая, что им пользовались коллаборационисты.

Казалось бы, при такой попытке синтеза русской истории Кремлю только остается подзолотить купола и сделать ярче звезды, но не тут-то было.

Через десять лет после избрания Путина на первый президентский срок Кремль стал переживать едва ли не имперский православный ренессанс. Начался он с Александровского сада. В 2013 году там был открыт памятник патриарху Гермогену, умершему в темнице, куда он был заточен поляками во время Смутного времени. Тогда же стеле в Александровскому саду с именами мыслителей-социалистов был возвращен ее первоначальный облик — она была установлена в честь трехсотлетия династии Романовых. Через год у Боровицких ворот открыли памятник Александру I.

В 2014 году перемены ждали уже внутреннее пространство Кремля. Путин подписал указ о восстановлении Чудова и Вознесенского монастырей на месте построенного в советское время 14-го корпуса Кремля. В 2016 году корпус был полностью демонтирован. Находившийся там кабинет Ельцина был эвакуирован в Екатеринбург в центр имени первого президента России.

В том же году на Боровицкой площади установили памятник князю Владимиру. Скульптором всех названных памятников является Салават Щербаков, который в свои скульптурные решения привнес православные мотивы. Так на бронзовых барельефах памятника Александру I изображена мифическая встреча императора с Серафимом Саровским.

Каждый раз памятники открывались одинаково. В присутствии высших российских чиновников, патриарха Кирилла и Путина. Сегодня, 4 мая, спустя 99 лет и три дня после сноса, в Кремле на прежнем месте был восстановлен памятник Сергею Александровичу. В своей речи на открытии памятника Путин указал, что убийство великого князя стало предвестием «большой смуты». «Насилию, убийствам, какими бы политическими лозунгами они ни прикрывались, не может быть никакого оправдания», — заявил президент. Говоря о восстановленном памятника, Путин сказал: «Именно он в числе первых и был уничтожен после революции. Такая участь постигла и Чудов монастырь в Кремле, и несчетное количество памятников по всей нашей стране. Но правда и справедливость всегда в конечном итоге торжествуют».

Такое отношение к исторической справедливости по-новому ставит вопросы о будущем кремлевских звезд и Мавзолея Ленина. Естественно, ни о чем подобном нельзя говорить по отношению к могиле неизвестного солдата. Победа во Второй мировой войне и образ православной империи оказались двумя главными скрепами в исторической памяти у кремлевских властителей. А формы и смысл медленной, растянутой на десятилетия реконструкции Кремля —опровержение известного тезиса о советском ренессансе во времена Путина.

На символическом уровне власть утверждает себя в своем собственном доме как наследница самодержцев империи, а не генсеков. Конечно, если бы в 1905 году при входе в Кремль был досмотр, то Каляев, естественно, не проник бы туда, своей цели не достиг. Но вряд ли закрытые ворота главной крепости страны — лучший оберег от смут и революций.

util