«Я не гирлянда на праздник». Ветерану сначала пообещали, а потом отказали в выступлении на параде
 Алексей Яковлев и Никас Сафронов. Фото: Ассоциация Автомобилистов «АсАвто» / ВКонтакте
21 Мая 2017, 12:40

«Я не гирлянда на праздник». Ветерану сначала пообещали, а потом отказали в выступлении на параде

98-летнего ветерана Великой Отечественной заменили ветераном труда

98-летний участник Великой Отечественной войны из Чебоксар Алексей Алексеевич Яковлев встретил День Победы в этом году не на параде, а дома на своей кровати. Накануне праздника, 7 мая, администрация города пригласила ветерана на репетицию праздничного парад. На самом параде ему обещали дать выступить на три минуты. Обрадованный ветеран успел рассказать об этом своим друзьям и родственникам, которые обещали непременно прийти и послушать 9 мая его выступление. Однако спустя несколько часов после репетиции организаторы праздника сообщили, что выступление Алексея Алексеевича отменяется, а вместо него выступит 77-летний ветеран труда. Эта новость очень обидела ветерана войны, и он слег.

— Папа выступил очень хорошо, может, просто во время не уложился — в отведенные на него три минуты, но в этом нет ничего страшного. Это его праздник, его день, и сказать ему о том, что он не будет выступать — после того, как он уже приехал на репетицию — значит проявить неуважение. Конечно, он расстроился, и от переживаний весь день и ночь пролежал в постели. Никаких личных извинений из мэрии папе не принесли. Только написали об этом где-то в интернете, но мы с папой интернетом не пользуемся. Для кого они там опубликовали это? — спрашивает дочь Яковлева Вера Алексеевна.

Накануне «репетиции», 6 и 7 мая Алексею Яковлеву и еще двум ветеранам из Чебоксар силами благотворительного фонда «Спаситель» совместно с ассоциацией автомобилистов Чувашии, председателем которой является Максим Забалуев, была организована поездка в Москву. Ветеранов возили по столице с экскурсией, они побывали в гостях у художника Никоса Сафронова. Именно Забалуев потом в интернете и рассказал об истории Алексея Алексеевича и призвал властей принести извинения ветерану войны. Забалуев рассказывает о произошедшем так: «Чиновники заявляют, что я таким образом решил прославиться и занялся пиаром на ветеранах. На самом деле все не так. С Алексеем Алексеевичем и с его семьей я знаком с 2009 года и своими силами пытаюсь как-то помочь. Вот и в это 9 мая я решил заехать за ветераном и его дочерью, чтобы отвезти их на праздничный парад. Какого было мое удивление, когда я увидел Алексея Алексеевича таким беспомощным и лежащим на кровати. Обычно он весьма энергичен, и таким я его никогда еще не видел. О том, что Алексею Алексеевичу отказали в выступлении, я узнал еще 8 мая. Устроили эдакий „кастинг“... Тут уже все внутри вскипело, и я поехал на парад, чтобы выяснить, почему так обошлись с ветераном. Увидел главу администрации Алексея Ладыкова — подошел к нему и рассказал всю ситуацию. На что он мне сказал дословно: „И что? Ты куда шел? На парад? Вот и иди на парад“. На параде больше душевных людей, подумал я, и пошел. Не было желания абсолютно создавать какой-то информационный повод. Люди в этом возрасте очень ранимы, им нужна наша поддержка. Моя цель была донести эту бесчувственную ситуацию, чтобы в таких ситуациях больше наши ветераны не оказывались».

Организаторы праздника говорят, что, отказав в выступлении на параде ветерану, действовали исключительно из лучших побуждений. Дескать, ветеран только вернулся из Москвы, ему 98 лет, а вдруг на параде ему бы стало плохо?

«Приняв во внимание возраст участника ВОВ, которому сегодня 98 лет, мы решили заменить его выступление словами ветерана труда города Чебоксар Станислава Краденова, — объясняет заместитель главы администрации города по социальным вопросам Алла Салаева. — А отдельный молодой человек откровенно занимается самопиаром, обращая внимание на себя, а не на историю Алексея Яковлева».

Алексей Алексеевич Яковлев на фронте получил четыре ранения и две контузии, награжден двумя орденами Красной Звезды, медалями и благодарностями.

Мне удалось с ним поговорить.

«Я как лег, так и лежал весь свой праздник»

— Алексей Алексеевич, долго шла репетиция парада ко Дню Победы? Не замерзли на улице, все-таки холодно было и дождь?

— Совсем не замерз, и репетиция была недолгой. За нами приехала машина — увезли и привезли. Там я только выступил и сразу уехал. Не хотелось поначалу ехать, ведь только с Москвы приехали. А тут пожаловал сам заместитель главы администрации Калининского района, говорит, надо ехать на репетицию. Ну, если надо, значит надо. Оделся в тот день специально теплее — ботинки теплые, кофту. Уже на месте дали мне в руки усилитель звука, микрофон он по-современному называется. Сказали, что у меня есть три минуты. Выступил. И тут мне так хорошо стало, радостно, настроение поднялось, даже позвонил к родным и друзьям, чтобы на следующий день пришли меня послушать со сцены.

— Что вам на репетиции сказали о выступлении? Понравилась ваша речь организаторам?

— Выступил я хорошо. Голос звучал громко и звонко. Это я сейчас осип, чуть простудился, наверное. Про войну сказал, к молодежи обратился, чтобы берегли страну, да и с праздником Победы поздравил. Про выступление мне ничего не сказали на репетиции. Машина подъехала за мной, и мы уехали.

— Когда вам сообщили, что ваше выступление откладывается?

—Об этом сообщили моей дочери по телефону, когда мы уже были дома. Ой, как я расстроился тогда. Как так... Дочь говорит, надо же, какие наглые люди. Зачем нужно было меня на репетицию везти? Да и перед друзьями и родными было неудобно, они ведь собирались меня прийти послушать. Я как лег, так и лежал весь свой праздник. Первый День Победы у меня так прошел...

— Вам принесли извинения?

— Никаких извинений я лично не получал. Дочери сказали, что где-то в компьютере написали, но я разве там это читаю.

— Как вы оцениваете это действие со стороны организаторов праздника?

— Ветеранов скоро не станет. Очень мало нас осталось на белом свете. И мне кажется, молодежь должна ценить каждое слово, сказанное теми, кто воевал. Может, я и не красив, хромаю, и говорю не так гладко, раз решили дать слово не мне, а молодому ветерану труда. Ветеранам войны должен быть почет и уважение. Они показали свое неуважение ко мне.

— Администрация города, организаторы праздника говорят, что действовали исключительно в ваших интересах. Беспокоились, что вам будет тяжело, учитывая возраст.

— Тогда бы и не говорили бы мне о выступление вовсе! Организаторы сами позвали меня на репетицию. Раз они переживали о моем самочувствии, не звали бы и на репетицию. Ведь я тогда только с Москвы приехал. Лучше бы дома отдыхал после дороги. Это все их слова, после того как они поняли, что меня обидели, и что натворили. Максима винят, не понимаю я такого слова «самопиар». А он нам такую поездку в Москву организовал! Все по плану, ни в чем не обманул.

— Могли ли быть какие-то другие причины того, что так неожиданно нашли замену вам на выступлении на параде? Может, вы сказали что-то нелестное в адрес властей на репетиции?

— На репетиции ничего плохого не говорил. А вот Игнатьеву (Михаил Игнатьев, глава Чувашии. — Открытая Россия), и Ладыкову (Алексей Ладыков, глава администрации Чебоксар .— Открытая Россия) всегда делал замечания. Я прямо так и говорил, что вы наглецы. К Игнатьеву пытаюсь попасть на прием с 2013 года, так к нему не записаться. А Ладыкову прямо говорил, что нечего тут жульничать. Конечно, я им нелицеприятен, и они запросто могли сказать этой женщине в администрации города, которая сейчас вместо Черкесова, чтобы меня отстранили от выступления (Ирина Клементьева — глава города Чебоксары, председатель Чебоксарского городского собрания депутатов, была назначена на пост вместо Леонида Черкесова. — Д.К.). Скорее всего, так и было. С ними я ругался по поводу махинаций управляющей кампании, которую нашему дому навязали вместо ПИК-1, которая работала с нами по совести. А пришли другие, и начали свои «черные дела», стали навариваться на жильцах, превышать расходы за капитальный ремонт. И в этом вопросе замешаны эти два человека.

— Алексей Алексеевич, не боитесь делать такие заявления?

— А чего мне бояться? Я говорю правду. Разве я, ветеран трех войн, имею право кого-то бояться? Может, они думают, что я стар и ничего не понимаю. Напрасно. Мне молодых жалко, им еще жить и строить... Есть во власти и хорошие ребята. Только не дают им дорогу, подставляют. Леонид Волков полпред, какой порядочный человек, из хорошей семьи. В три года остался без родителей. Обвинили в присвоении денег, и какое наказание страшное. Под домашний арест посадили на время проверки. Никуда не ходил, кроме туалета и в магазин, общаться ни с кем нельзя. Дай Бог ему сил и терпения. Давайте я вам лучше про свою поездку в Москву расскажу, а то как их, властей наших, вспомню, настроение портится.

— Договорились. Москва, наверное, удивила. Что запомнилось больше всего?

— Поездка прошла на высшем уровне. На станцию нас проводили, хорошо сели. Проводницы молодцы. Я люблю спать, чтобы голова наверху была, полусидя даже, так мне они три подушки принесли. С соседями по поезду пообщались и уснули. Утром нас уже встречала большая столица с гармошкой и баяном. Хотели посадить меня на тележку, как маленького, но я отказался. Я ведь не больной, могу и сам ходить. Ко мне подходили, расспрашивали про войну. Коробку с подарками вручили. Только потом какая-то наглая женщина коробку мою эту захватила, дескать, мне тяжело ее нести. И потом пропала. Она, наверное, подумала, что я, эдакий старик-парик, уже забыл про эту коробку (смеется). Вот и сейчас в Чебоксарах мне говорят, выступать вам было бы тяжело, поэтому решили, что выступит другой. Делают вид, что хотели как лучше, а на деле украли мой праздник: весь день и всю ночь лежал... Что-то я отвлекся от вашего вопроса. В первый день у нас были экскурсии по Москве. Ой, большая столица стала — я удивился. Побывали в Центральном музее Отечественной войны, возложили там цветы. А жили в 30-этажной гостинице в Измайлово. Подумал сначала, что это за городом где-то, а оказалось, нет — вон какая Москва теперь большая. Запомнилось, что теперь двери можно не ключом, а карточкой открывать. До чего дошла наука. Молодцы!

— Никос Сафронов пригласил вас и еще двух ветеранов к себе в гости. О чем вели разговор?

— Ой, как хорошо у художника! Больше всего понравился его зимний сад, каких только цветов у него там нет. Из его окна можно увидеть резиденцию президента Владимира Путина, а еще там рядом здания какие-то государственные. Я видел это впервые. Никос показался мне молодым, ни морщинки на лице, но говорит, поработав 5-6 часов, уже устает. В наше времена такого мы позволить не могли. Отец весь день в лесу работал, чтобы прокормить нас — девятерых детей. А вообще Никос толковый молодой человек — много путешествовал, коллекции у него всякие и книг много. Сели мы, значит, трапезничать. И чего только на столе этом не было: деликатесы исключительно, ягоды такие большие и сладкие двух сортов. И еда вся такая вкусная и мягкая. Я рассказывал Никосу о Чебоксарах, про войну, про встречу с Жуковым... А его отец, оказывается, воевал в танковых войсках в Великую Отечественную, но домой так и не вернулся... Гостеприимный Никос подарил мне спальный комплект с изображением его картин, коллекционные книги «Мужчина и Женщина», а еще антикварную трость. Она цельная, резная, без капли клея.

— А можно и нам узнать о вашей встрече с Жуковым?

— О, интересная встреча у нас была. Было это 28 октября 1942 года вблизи села Бекетовка в пригороде Сталинграда. Отправили пять танков на охрану командного пункта, усиление. Оказывается, туда днем прибыл сам Георгий Константинович Жуков. Всю ночь мы спали, а утром около пяти утра, смотрю, мужчина стоит такой статный в лампасах, а в руках у него котелок с водой. Думаю, ну, это и есть сам Жуков. Поставил он котелок с водой на сугроб, а тот раз — и покатился от него, и так два раза было. Тут я решил помочь. Бегу к нему навстречу, а позади у меня револьвер. Тут двое нквдистов достают свои револьверы и кричат: стой, брось свой сначала! Я не думаю, срываю свой револьвер. Подбегаю к Жукову, а тот, улыбаясь, своей охране кричит: неужели вы думаете, что этот малый бы в меня стрелял? Я говорю: давайте ваш котелок, помогу вам умыться. Так мы и познакомились. А на прощание Георгий Константинович протянул мне огромный кусок мыла, на котором было написано большими буквами: «Земляничное». Так мы этим куском почти полгода пользовались с сослуживцами и мыли исключительно только лицо... Эту историю я и Никосу Сафронову рассказывал.

— Городские власти так и не принесли вам извинения за испорченный праздник. Что бы вы им сейчас хотели сказать?

— Я до сих пор обижен на них. Как такое вообще возможно — отказать дать слово ветерану трех войн? Хоть каплю уважения к нам надо иметь, а то они считают, что мы «сопляки». На парад в Чебоксарах больше не пойду, до смерти буду уезжать в Москву. Пусть почувствуют свою вину, мы, ветераны, не гирлянды на праздник, захотел — повесил, захотел — вообще забыл. Им бы сказал, чтобы в дальнейшем старались давать прежде всего слово ветеранам войны. Что о войне может сказать ветеран труда, которому дали слово на параде вместо меня? Мы воевали не по сценарию, а по совести. Коль беретесь проводить праздники для нас, проводите по совести, а не по сценарию, в который я почему-то не вписался.

Уже после этого нашего разговора представители города все-таки приехали к Алексею Яковлеву домой и принесли официальные извинения от имени города.

util