Житель пятиэтажки — о том, как на его жену напали на собрании жильцов
 Жилой пятиэтажный дом, который может войти в проект программы реновации. Фото: Алексей Белкин / ТАСС
4 Июня 2017, 10:00

Житель пятиэтажки — о том, как на его жену напали на собрании жильцов

«Ситуация очень тяжелая. И уже идет малая гражданская война»

Первого июня на собрании собственников жилья дома 20 по улице Ивантеевской неизвестный молодой человек нанес побои жительнице дома, которая фотографировала участников собрания, и разбил видеокамеру другому участнику. Об этом «Открытой России» рассказал преподаватель одной из московских школ, лауреат президентской премии «Лучшие учителя России» Александр Закуренко. Зоя Светова записала его рассказ о «малой гражданской войне», которая происходит совсем рядом с нами.

Мы живем в пятиэтажном панельном доме на улице Ивантеевская. Район Богородское. Наш дом не вошел в список «реновации».

Во-первых, потому что достаточно большое количество жильцов нашего дома сразу написало во все инстанции, что они не хотят, чтобы дом снесли. Во-вторых, наш дом прошел частичный капремонт и, в принципе, у нас нормальные железобетонные перекрытия и по техпаспорту дом исправный. Тихое зеленое место рядом с метро.

И вдруг совсем недавно мы узнали, что какая-то группа людей- жильцов дома ходила в управу района «Богородское» и ГКУ «ИС Богородское» (тут я вступаю в область предположений, но, по всей видимости, им пообещали поддержку, если они созовут собрание собственников жилья и на нем примут решение о том, чтобы дом снесли: жильцы де хотят жить в новых, больших квартирах, обещанных по телевизору).

Улица Ивантеевская, дом 20. Фото: google maps

Улица Ивантеевская, дом 20. Фото: google maps

24 мая на дверях подъездов появилось объявление о том, что «собирается инициативная группа по обсуждению действий по сносу дома». Вот такой террористический призыв. 25 мая было вывешено объявление о том, что 1 июня состоится собрание собственников дома. И стояла печать с входным номером того самого ГКУ «ИС Богородское». То есть государственный орган принял к делопроизводству бумагу, нарушающую законодательство РФ. А там ясно написано, что от момента уведомления всех собственников до собрания должно пройти не менее 10 дней! Но тогда управа бы не успела зафиксировать волю тех, кто и наш дом хотел отправить под снос. Значит, в управе либо законов не знают, либо сказали, вы побыстрее проводите, а мы глаза на нарушения закроем.

«Как в советские времена: один кандидат и заранее уже проголосован»

Среди пунктов повестки дня — выборы председателя Совета собственников дома и голосование за включение дома в программу «реновации» (хотя собрание собственников не может по жилищному кодексу принимать решения о сносе).

Ни я, ни многие другие жильцы не получили никаких уведомлений о том, что такое собрание должно состояться. То есть при организации собрания уже были допущены нарушения. Те, кто получил уведомление, получили и уже напечатанное решение собрания, и с фамилией уже избранного председателя, жительницы одной из квартир нашего дома. По сути, она сама себя назначила председателем, потому что в распечатанном решении собрания не было никаких данных о голосовании по ее кандидатуре — просто стоят фамилия, имя, отчество. И все. Как в советские времена. Один кандидат и заранее уже проголосован.

Женщина, которая назвалась председателем Совета собственников дома, говорила жильцам, что ей помогали чиновники из управы, консультировалась она и в штабе по «реновации», по горячей линии «реновации», и там ее якобы научили, как проводить собрание. На самом деле у нас в доме есть формальный председатель, выбранный еще в 2014 году до 2020 года включительно. Это совсем другая женщина, и она, кстати, против включения дома в программу «реновации».

Когда я увидел, что собрание еще не состоялось, а уже есть такое количество нарушений, я собрал пакет документов, написал заявление на имя прокурора города Москвы от своего имени и от группы собственников, и отвез его накануне собрания в прокуратуру города Москвы. В письме мы просили разобраться, почему под этим объявлением о проведении собрания с нарушением законов и Конституции РФ указан входящий номер инженерной службы управы района «Богородское», почему это ГКУ ИС принимает к делопроизводству документ, нарушающий законы России.

Кроме этого я собрал подписи жильцов, которые против «реновации», отнес эти подписи в префектуру, в управу, и накануне собрания мы подъехали к начальнику ГКУ ИС и задали ему вопрос, на каком основании организуются такие незаконные собрания. Он сказал, что управа ничего не организует. Мы ему передали отказ группы собственников о созыве такого собрания.

Улица Ивантеевская, дом 20. Фото: google maps

Улица Ивантеевская, дом 20. Фото: google maps

1 июня я и несколько человек пришли за час до собрания к этой организаторше из квартиры № 30 с тем, чтобы ей вручить наши заявления. Когда началось собрание, и она сказала, что она теперь председатель Совета жильцов дома, люди стали ее спрашивать, как она может быть председателем, если еще не было выборов.

Я задал ей вопрос: «Вы-то сами открывали жилищный кодекс, конституцию? Вы хотите, чтобы наш дом вошел в программу „реновации“, а в законодательстве вообще такого нет термина, зато есть четко прописанная компетенция общего собрания собственников, и там ничего не говорится о сносе домов, только о реконструкции. Вы понимаете, что мы сможем подать в суды и оспорить как повестку собрания, так и его решение?»

«Под ноги мне полетел кусок видеокамеры»

Я попросил своего коллегу из школы, чтобы он снимал собрание на видео, на случай, если будут фальсификации. Я предупредил всех собравшихся, что мы будем все фиксировать. Когда стало понятно, что инициаторам проведения собрания не удастся его провести без всякого обсуждения и голосования, то они куда-то удалились. Может, звонили куда-то или что-то согласовывали. Их было человек десять. Всего на собрание было около сорока человек, но реестр собственников никто не вел, во всяком случае нашу группу — тех, кто против, никуда не вносили.

Потом они вернулись. Среди них был молодой человек лет 25. Сначала он со мной нормально беседовал, задавал вопросы, почему я против «реновации». Я ему объяснял свою позицию, говорил, что на данный момент есть плохие дома в разных местах (я сам слышал о домах по Щелковскому шоссе, кажется, 90 и 92 — на встрече с префектом ВАО), куда нас могут переселить, и что на встрече с префектом туда отказывались въезжать даже люди, живущие в аварийных пятиэтажках. Потом я подошел к организаторше собрания и попытался с ней вступить в диалог.

Вдруг я услышал сзади шум, и мне под ноги полетел кусок видеокамеры. Потом я увидел, что тот самый молодой человек, с которым я только что беседовал, очень быстро отходит куда-то в сторону, и его быстро уводят.

Потом мне рассказали, что произошло: пока я разговаривал с новоявленной председательницей, этот молодой человек бросился на мою жену, стал выкручивать ей руки и вырывать у нее из рук фотоаппарат. На помощь жене бросились женщины, он их оттолкнул. Его скрутили мужчины, им удалось выхватить у него фотоаппарат и вернуть жене, но он подбежал к моему коллеге, который снимал все происходящее на видеокамеру, сломал экран, швырнул его на землю и отфутболил. Как раз этот летящий по асфальту экран я и видел.

Потом он убежал, сел в машину и уехал. Мы успели сфотографировать номера машины, вызвали полицию, приехал патруль. У жены — шок. Полиция вела себя корректно и на вопросы некоторых жильцов, на основании чего моя жена фотографировала ход собрания, полицейские сказали, что мероприятие публичное, и нет никаких противоправных действий. Мы вместе с женой, тремя свидетелями и с моим коллегой, у которого сломали видеокамеру, отправились в ОВД «Богородское». Многие свидетели остались, но готовы были дать, если нужно, свои показания.

«Жена боится одна выходить на улицу»

Мы написали объяснительную, жена написала заявление о побоях, а мой коллега — о том, что у него повредили видеокамеру. Мы поехали с женой в травмпункт и сняли побои. У нее оказались ушибы кисти и сдавления мягких тканей пальцев. Хватка у хулигана была крепкая.

Вчера вечером мне позвонил участковый, я ему сказал, что того, кто нанес побои моей жене, совсем не сложно найти, у нас есть номер его машины, есть свидетели, которые говорят, что видели его в одной из квартир нашего дома, жильцы которой выступают за снос дома.

Я сказал участковому, что несколько человек готовы дать свои показания о том, что произошло. Участковый обещал разобраться. Но прошло уже три дня, этот человек не найден. Угроза безопасности моей жены не миновала. Нас никто не защищает. Жена боится одна выходить на улицу.

Участники акции «За права москвичей» на Суворовской площади. Акция организована инициативными группами граждан и активистами, выступающими против реновации, платных парковок и точечной застройки. Фото: Александр Щербак / ТАСС

Участники акции «За права москвичей» на Суворовской площади. Акция организована инициативными группами граждан и активистами, выступающими против реновации, платных парковок и точечной застройки. Фото: Александр Щербак / ТАСС

Для меня очевидно участие в незаконном собрании государственных служб и инженерной службы «Богородское», и тех, кто консультировал эту самозваную председательницу собрания. Конечно, мы можем только строить предположения, но, если выстраивать цепочку: в управе этим людям за снос что-то обещают, говорят, мы вас поддержим, и они, уже под «защитой» таких покровителей, не гнушаясь ничем, даже уголовно наказуемыми действиями, готовы добиваться своих целей и получить от власти какие-то преференции.

«Да идите вы с вашей конституцией»

В Восточном округе, где мы живем, многие дома вошли в программу «реновации». Тысячи людей выступают против. И теперь оказывается, что «большинство», если оно за снос, может ломать руки, разбивать личные вещи, угрожать «меньшинству», потому что государство на их стороне?

Ситуация очень тяжелая. И уже идет малая гражданская война. Рядом с нами пятиэтажные дома с трехметровыми потолками, там тоже проходят собрания собственников жилья, идет массированная обработка населения, идет натравливание одной группы людей на других. Всех зомбируют этим жутким террористическим ЗА СНОС! ЗА СНОС! ЗА СНОС!

Я взял с собой на это наше собрание жилищной кодекс, Конституцию России. Когда я достал конституцию и стал объяснять, почему не может идти речь о «реновации», сказал, что в конституции есть статья, которая защищает право собственности, ее неприкосновенность, один из участников собрания сказал мне: «Да идите вы с вашей конституцией».

Так что 1 июня собрание собственников жилья не состоялось. Но я не знаю, что будет дальше.

У нас в доме пять подъездов, и в каждом подъезде есть собственники квартир, которые против «реновации», есть и те, чьи квартиры не в собственности, но они все равно против «реновации». Когда я обходил квартиры и общался с людьми, я для себе сделал такое социологическое наблюдение: чаще всего против «реновации» те, кто делал ремонт, те, кто много работают, те, кто занят построением своей жизни.

«За» — часто те люди, которые в своих квартирах ничего не меняли с тех, пор, как туда вселились. Они говорят: «Все в квартире разваливается, а сейчас вот „на шару“ нам дадут хорошую квартиру».

И управа таких людей каким-то образом привлекает, чтобы они нужные голоса собирали. Это тема — для журналистского расследования или для полицейского разбирательства. По сути, сращение власти и полууголовных элементов.

«У тебя марсанду отнимут, да и поделом! Нечего было захватывать народное имущество!»

В марте многие жители пятиэтажек Москвы стали засыпать и просыпаться с тревогой. Что день грядущий нам готовит? Только пошел слух, что нас будут сносить и переселять. Куда? Почему? Зачем? Тревога и страх. Злость и беспомощность. Все это поселилось в моем сердце. Читать дальше...

util