«Зову живых»: успех и закат первой русской революционной газеты «Колокол»
 Иллюстрация: Алёна Салманова
13 Июля 2017, 09:00

«Зову живых»: успех и закат первой русской революционной газеты «Колокол»

Почему первое бесцензурное издание на русском языке читали все — от мелкого подпольщика-разночинца до самого императора

В 1857 году, 160 лет назад, в Лондоне вышел в свет первый номер газеты «Колокол». Газета издавалась Александром Герценом и Николаем Огаревым в течение десяти лет и пользовалась несомненным успехом среди русской публики.

На «Колокол» существовал большой спрос, его читали и в университетах, и в Зимнем дворце. Император Александр II также был среди читателей газеты, откуда он знакомился с истинным положением дел в стране.

Газета поначалу выходила как приложение («прибавочные листы») к альманаху «Полярная звезда», издававшегося Вольной русской типографией в Лондоне еще с 1855 года.

На волне развития реформаторских идей и революционных движений в России, Герцен решает начать выпуск газеты, посвященной событиям на родине.

Со страницы первого номера газеты авторы взывают: «Vivos voco!» («Зову живых!») и намечают основные цели своей деятельности. Свою миссию они видят в развитии революционного движения в России и выдвигают три основных цели: «освобождение слова от цензуры», «освобождение крестьян от помещиков» и «освобождение податного состояния от побоев» (отмена телесных наказаний крестьян).

Иллюстрация: Алёна Салманова

Иллюстрация: Алёна Салманова

Помимо публикаций самого основателя газеты Герцена, в редакцию приходили многочисленные письма из России с жалобами на произвол властей. В последствии, с 1859 года издание решило публиковать материалы на основании писем о действиях чиновников в отдельном приложении «Под суд!».

В газете печатались статьи, комментирующие сочинения различных представителей социалистической и анархической мысли: Шарля Фурье, Анри Сен-Симона, Пьера Жозефа Прудона.

Корреспондентам издания удавалось добывать материалы с секретными распоряжениями правительства. Так, на страницах газеты печатался государственный бюджет на 1859 и 1860 годы, что ранее было запрещено для публикации.

В «Колоколе» печатались документы революционных организаций. Многие из корреспондентов скрывали свои имена, боясь преследований Третьего отделения императорской канцелярии.

Борьба полицейского аппарата Российской империи против свободной редакции началась еще до начала выпуска «Колокола», с момента начала работы Вольной русской типографии в 1853 году. Герцен часто печатал в газете разоблачения следивших за ним в Лондоне сотрудников Третьего отделения. На границе изымались номера «Колокола», пытаясь остановить проникновение издания в Россию.

Русский поэт Федор Тютчев, который с 1858 года занимал должность председателя Комитета иностранной цензуры, особо отмечал влияние издания Герцена на русскую публику.

«До сих пор, когда речь заходит о русской печати за грани­цей, имеется в виду, как правило, лишь издание Герцена», — писал Тютчев в своем «Письме о цензуре в России».

Тютчев не принимал революционные идеи Герцена, однако отмечал важность той дискуссии, которую вызывают материалы его газеты.

«И как же скрыть от себя, что его сила и влияние определяются в нашем представлении сво­бодными прениями, пусть и на предосудительных основани­ях (это так), на основаниях ненависти и пристрастия, но тем не менее достаточно свободных (к чему отрицать?) для включения в состязание и других мнений, более продуман­ных и умеренных, а отчасти и вовсе разумных» — отмечал поэт.

Иллюстрация: Алёна Салманова

Иллюстрация: Алёна Салманова

«Колокол» начинал издаваться на волне подготовки крестьянской реформы и ослабления гонений на участников декабрьского восстания 1825 года, многие из которых стали возвращаться из сибирской ссылки.

Вопрос освобождения крестьян оставался одним из ключевых для издания. Однако на волне ослабления революционного движения, популярность издания стала падать. В 1865 году Герцен решает перенести редакцию в Женеву.

В России тем временем возобновляется политическая реакция. Неудачное покушение Дмитрия Каракозова на императора Александра II в 1866 году только подстегивает сворачивание реформаторских инициатив в стране. Это отражается и на падении популярности «Колокола». Значительная часть интеллигенции также не поддерживает политику редакции в отношении польского восстания 1863 года. Тогда на землях бывшей Речи Посполитой поднимается восстание за восстановление границ польского государства и независимость от Петербурга.

В Женеве «Колокол» издается до 1867 года. Последнее издание газеты на русском языке завершается стихом Огарева:

Смолкает «Колокол» на время,

Пока в России старый дух

К свободной правде снова глух,

Пока помещичее племя

Царю испуганному в лад

Стремится все вести назад,

И вновь касается окова

До человеческого слова.

Но вспять бегущая волна

Не сгубит дерзостным наплывом

Раз насажденные по нивам

Свободы юной семена...

util