Как не развязать «третью чеченскую». Леонид Гозман — о будущем Чечни

 Парад в Грозном, 9 мая 2017 года. Фото: Елена Афонина / ТАСС
20 Июля 2017, 13:03

Как не развязать «третью чеченскую». Леонид Гозман — о будущем Чечни

Все, что связано с Чечней — и то, что происходит непосредственно в республике, и взаимоотношения Чечни с регионами России и со страной, в целом — кажется безнадежным. Ни общественное мнение, ни позиция экспертов не представляются эффективными инструментами влияния на ситуацию. По крайней мере, до тех пор, пока мы живем при том режиме, при котором живем.

Но ничто не вечно. Изменения — не только персональные, но и, прежде всего, сущностные — неизбежно произойдут и в Москве, и в Грозном. И вот тогда от констатации проблемы надо будет переходить к ее решению.

Причем, эта проблема не из тех, которые могут быть решены политиками без участия общества. Две войны изменили судьбы миллионов людей. Беззаконие и произвол в республике, чеченский криминал в городах России, специфическая стилистика Кадырова, «крышевание» — трудно подобрать другое слово — действий чеченского руководства Москвой, идущие в регион бесконтрольно расходуемые деньги — все это затрагивает и тех, кто обычно равнодушен к политике. И в Москве, и в Грозном на базе накопившихся эмоций и стереотипов уже новыми, будущими властями могут быть предприняты непродуманные деструктивные действия, вплоть до развязывания «третьей чеченской». Страховкой от этого могут быть не столько разумные рекомендации новым лидерам — не факт, что они их услышат, сколько широкое общественное обсуждение, которое определит направление дальнейших действий и выработает консенсус по поводу списка неприемлемых ни при каких обстоятельствах шагов. Заказчиками политики должны быть ответственные граждане.

Но чтобы сформулировать заказ, граждане должны обсуждать проблему, причем, заранее, даже и понимая, что непосредственно сейчас она решаться не будет. У нас же обсуждения, как такового, нет. Есть официальная позиция, которая сводится к тому, что все хорошо, а кто с этим не согласен, тот враг. Есть возмущение творящимися в Чечне безобразиями, а также, преступлениями, совершаемыми чеченцами по прямому, как принято считать, указанию чеченских лидеров в различных регионах России. Есть сожаление ветеранов чеченских кампаний о незавершенности войны и моральная готовность к войне следующей. Есть отторжение Москвы со стороны антикадыровски настроенной части чеченского общества. Есть, к сожалению, широко распространенное отождествление всех чеченцев с кадыровской властью, «оправдывающее» идеи насилия по отношению к чеченскому народу. Нет только дискуссии.

Данный текст написан в надежде вызвать такую дискуссию. Он выражает лишь собственную позицию автора как гражданина РФ по комплексу связанных с Чечней вопросов. Поэтому во всех оценках и предложениях будет фигурировать местоимение «Я»

Почему неприемлемо сложившееся положение?

Меня как гражданина РФ не устраивает:

— существование под патронажем России территории, на которой не исполняются российские законы, не соблюдаются права и свободы гражданина, то есть анклава жестокой диктатуры, никак не соответствующей ни Конституции РФ, ни современным представлениям об организации жизни социума;

— осуществляемое при попустительстве федерального руководства агрессивное и незаконное вмешательство чеченских лидеров в жизнь других регионов России, в сочетании с фактической экстерриториальностью Чечни;

— факт направления в Чечню очень значительных и неконтролируемых средств, только малая часть которых используется на благо жителей Чечни, а основная — или на амбициозные и бессмысленные проекты, или просто оседает в карманах чеченских руководителей и связанных с ними российских бизнесменов и чиновников;

— пребывание в Москве, Петербурге и других крупных городах криминальных элементов с удостоверениями сотрудников силовых структур Чечни, что дает им право на оружие, а также, другие права, которые они используют для совершения преступлений, а также, безнаказанность этих людей.

Столь же недопустимым мне представляется:

— забвение российским обществом преступных войн, которые в девяностые и двухтысячные годы велись нашей страной на территории Чечни, нежелание принимать на себя материальную и моральную ответственность за гибель и страдания людей и за причиненный жителям Чечни ущерб;

— неразрешенность проблем и конфликтов, которые стали первопричиной этих войн;

— националистический тренд, все больше проявляющийся в критических оценках чеченского режима и его лидера (которые, безусловно, заслуживают самых резких критических оценок), общественная готовность к силовому решению чеченской проблемы, усиливающаяся на фоне общей милитаристской истерии.

Федеральные силы под Грозным, 1999 год. Фото: Алексей Панов / ТАСС

Федеральные силы под Грозным, 1999 год. Фото: Алексей Панов / ТАСС

Необходимый шаг

Невозможно и дальше замалчивать вопрос о будущем Чечни. Чеченский народ, как и любой другой, имеет неотъемлемое право на самостоятельное определение своей судьбы. Поэтому вопрос о будущем статусе республики — сохранения ее в составе РФ или государственной независимости —должен решаться самими чеченцами на референдуме. Референдум должен быть проведен под международным контролем и с участием в его организации представителей диаспор. Референдуму должна предшествовать достаточно длительная агитационная и разъяснительная кампания, в которой сторонникам и того, и другого варианта необходимо обеспечить возможность свободной защиты своих взглядов и разъяснения позиций. Эта кампания, также, должна проходить под международным патронажем. Надо исходить из того, что представители российских властей, не только сейчас, но и в обозримом будущем, не будут восприниматься чеченским обществом как заслуживающие доверия арбитры.

Варианты

Сохранение Чечни в составе России, если этот вариант победит на референдуме, не должно означать ее культурную унификацию со всеми другими регионами. В данном случае должны использоваться механизмы асимметричной федерации, в рамках которой будет обеспечен максимально полный учет специфики Чеченской республики (такое право, разумеется, должно быть и у всех других регионов, имеющих существенные культурные особенности) и возможности ее автономного развития. Очевидно, что переход к ассиметричной федерации потребует внесения изменений в Конституцию. В то же время в Чечне, как и во всех других субъектах Федерации, должны безусловно гарантироваться предусмотренные Конституцией РФ базовые права и свободы, в первую очередь право на жизнь, запрет на телесные наказания, на принуждение к браку и т. д. При том, что необходимо, так или иначе признать действие в регионе существующих там по факту альтернативных правовых систем, в первую очередь шариата, обращение к ним должно быть сугубо добровольным. Не должно существовать никаких ограничений на применение российских законов в том случае, когда гражданин свободно выбирает апелляцию к официальным общероссийским судебным и правоохранительным инстанциям, причем право граждан на подобный свободный выбор должно быть защищено. Свобода вероисповедания также должна обеспечиваться инструментами государственной власти. Как принуждение к религии, так и ограничение на отправление тех или иных религиозных культов, непосредственно не призывающих к насилию, должно преследоваться как антиконституционная практика. Защита прав граждан Чечни и действия Конституции РФ на ее территории должна быть прямой ответственностью не только чеченских, но и общероссийских институтов.

Сохранение Чечни в составе России предполагает безусловное прекращение фактической независимости силовых структур Чечни от федерального центра и очищение их от криминальных элементов. Презумпция невиновности требует исходить из того, что большая часть служащих чеченских силовых структур являются законопослушными гражданами и будут заинтересованы в смене своего сегодняшнего неопределенного статуса на нормальный статус в рамках МВД и других структур РФ.

Механизмы межбюджетных отношений (прозрачность которых, в целом, по России необходимо повышать) применительно к Чеченской республике не должны отличаться от других российских регионов.

Выбор Чечней независимости, в случае победы на референдуме сторонников этой позиции, будет означать необходимость переходного периода, в рамках которых должна быть решена масса сложнейших проблем, среди которых, в частности, следующие:

— выработаны основные принципы взаимоотношений между независимой Чечней и Российской Федерацией, учитывающие интересы граждан обоих государств;

— улажены вопросы собственности Российской Федерации и граждан Российской Федерации на территории Чечни;

— улажены взаимные материальные претензии РФ и Чечни, в том числе, и являющиеся следствием войны;

— согласован статус выходцев из Чечни, живущих в Российской Федерации (какое гражданство они желают иметь, должно быть вопросом их выбора).

Со стороны обоих государств в этот период должны быть проведены мероприятия, необходимые для обеспечения безопасности границы.

Российская Федерация должна строить свои взаимоотношения с независимой Чечней на основе уважения ее суверенитета. При этом, я считаю, что Россия должна приложить все возможные усилия для обеспечения безопасности тех своих бывших граждан, которые могут оказаться под угрозой в результате обретения Чечней независимости. Речь идет в первую очередь о представителях некоренной национальности (в случае, если политика новых чеченских властей будет носить националистический характер), а также, о политических оппонентах нового режима, сторонников взглядов и идеологий, отличающихся от господствующих (если политика чеченской власти не будет обеспечивать общепринятые демократические права и свободы). Российская Федерация должна быть готова к содействию в переселении из Чечни не только этнических русских, которые пожелают покинуть республику, но и граждан иных национальностей, в том числе, и чеченцев, которые будут опасаться за свою безопасность или просто не захотят жить в новом государстве.

Уверен, что и среди чеченцев, как живущих в самой Чечне, так и в диаспоре, и среди других граждан РФ есть масса людей, компетентность и гражданская ответственность которых могут обеспечить конструктивный характер дискуссии о будущем республики.

util