«Есть русская интеллигенция...»
 Людмила Алексеева, 20 июля 2017 года. Фото: Алексей Никольский / пресс-служба президента РФ / ТАСС
20 Июля 2017, 17:38

«Есть русская интеллигенция...»

Омские «ходоки» поздравляют с 90-летием Людмилу Михайловну Алексееву и шлют ей низкий поклон

Это было 10 лет назад. Мы пришли в ее дом на Арбате, где под аркой прогуливается Окуджава: буквально в десяти шагах от него, идущего в несмолкаемое будущее — ее подъезд. Нас было семеро: две сельских учительницы (Ирина Дроздова и Анна Тарасенко), фермеры Петр Шумаков, Анастасия Гордиенко, Виктор Осеев, мать погибшего солдата Алма Бухарбаева и я — Георгий Бородянский.

И вот эта 80-летняя «бабушка» (так она сама себя называла), похожая на римлянку из античной трагедии, воздевающую руки к небу (не за себя просит богов — за других), член президентского совета, правозащитница с международным авторитетом (о советском ее диссидентстве «ходоки» в то время не ведали) два с половиной часа выслушивала их истории — про замерзающее село, в котором отключили котельную, а газа так и не провели, про зерноотходы, которые власть подсунула сотням фермеров, выдав их за элитные семена, про солдата, которого пограничная часть вернула матери без внутренних органов с приказом не вскрывать гроб...

Людмила Михайловна вслушивалась, приподняв голову, запоминая в этих рассказах основное и главное, и отводя характерным жестом тонких рук лишнее, не суть важное, расспрашивала подробности, всматриваясь куда-то — в даль, где не паханы правовые поля, и от века неисповедимы пути к правде и справедливости.

И оказалось, что во всей стране искать их «ходокам» больше негде — только здесь, в «диссидентском логове» напротив памятника народному барду—интеллигенту.

Исходили они Госдуму и Белый дом, встречались, и не раз, с лидерами всех фракций, заходили и в администрацию президента, Генпрокуратуру, МВД, ФСБ, и никто им ничем не помог (да и никто, говорят, толком и не пытался, кроме одного депутата — Олега Смолина).

— К чиновнику так просто не попадешь, — говорит Петр Шумаков. — Как сейчас не знаю, давно не был там, но еще года два назад в министерство сельского хозяйства без сумок не пропускали, там набор обязательный — мед, масло, сало — все с крестьянских подворий, свежее, еще водка «Гжелка» им по душе. Это знаете, традиция там такая — ходоки должны приходить с подарками, а они тебе, приехавшему за три тысячи километров, и чаю не нальют. Ты ему про свои беды рассказываешь, и видишь, что нас...ть ему на них с высокой горы. Один чиновник высокопоставленный, когда я боль ему свою изливал, откинулся в своем кресле и уснул, представляете.

«И эти с...и — не сдерживается Шумаков — еще называют Людмилу Михайловну «пятой колонной». Мы тоже раз попытались подарки ей передать, так она отругала нас: — Чтоб больше этого не было. И помогает она людям бесплатно: ее юристы столько документов перелопатили, и не взяли с нас ни рубля. А у нее, юристы серьезные: это не то, что чиновники и депутаты, которые ни во что не вникают и шлют отписки — в Московской Хельсинкской группе юристы копают глубоко. Если бы не они, я бы из этих исков, которые сфабриковали против меня, не выбрался. Как в Москву приезжаю, сразу звоню Людмиле Михайловне. И она спрашивает: как дела у Ирины Дроздовой, у Алмы, всем приветы передает, и вам. Всех помнит по именам, и все их дела держит в памяти. Говорит: — Звоните, Петр, в любое время, и я, бывало, ночью звонил, когда сильно приспичило. Всегда берет трубку, сама: вот такой человек, а ей ведь уже столько лет. Я так думаю, что когда человек живет для людей, не щадит себя, ему Бог продлевает жизнь, дает силы. Передайте Людмиле Михайловне поздравления от всех нас и низкий поклон.

«Таких людей, как Людмила Михайловна, я думаю, у нас в стране больше нет, говорит учительница из села Верхний Карбуш, депутат сельского поселения Ирина Дроздова, — Не знаю, скольким людям она помогает — ведь не только же из Омской области приезжают к ней. Помню, как прятала на своей даче краснодарского фермера Петра Щербака, когда его преследовали правоохранительные органы (на этой же даче получил в свое время «политическое убежище» уральский фермер Василий Мельниченко, ныне лидер движения «Федеральный сельсовет»). А когда мы проводили в Верхнем Карбуше голодовку — помните? — она звонила из-за границы чуть ли не каждый день: — Ну как вы там, держитесь, не сильно давят на вас? А омские чиновников наше состояние не интересовало. И то, что тогда всей деревне провели газ, почти бесплатно — вернули семьям по 50 тысяч рублей, которые были уже за него уплачены, хотя мы проиграли Верховный суд! Такого, насколько я знаю, больше в России не было, и вряд ли мы бы добились этого без помощи Людмилы Михайловны. Вообще, я много могу рассказывать. Про то, как повела она, опираясь на палочку, по Красной площади Крестьянский ход — по страшной жаре, а ей уже тогда было 80 — ну кто еще способен на такое из наших политических и общественных деятелей, не говоря о власть предержащих...

У Вознесенского были такие строчки: «Есть русская интеллигенция. Вы думали — нет? Есть. Не масса индифферентная, а совесть страны и честь. Есть в Рихтере и Аверинцеве земских врачей черты — постольку интеллигенция, постольку они честны...». Она есть и сейчас, хотя бы в одном лице — Людмилы Михайловны Алексеевой. И ближе нее к «простому народу» в России сегодня нет никого.

util