Политолог Сергей Сергеев о ситуации в Татарстане: «Руководству республики обидно»
 Мечеть Кул-Шариф в Казани. Фото: Marius Becker / AP / East news
28 August 2017, 09:00

Политолог Сергей Сергеев о ситуации в Татарстане: «Руководству республики обидно»

21 августа в доме руководителя Всетатарского общественного центра (ВТОЦ) Фарита Закиева и офисе организации прошли обыски. Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье 282 («возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства»). Как рассказал Закиев, по 282 статье собираются проверить устав организации, ее учредительные документы, несколько плакатов, которые использовались на акциях, и резолюцию одного из круглых столов.

Ранее в Администрации президента рассказали, что не будут продлевать договор о разграничении полномочий между Россией и Татарстаном, который был заключен в 2007 году.

Открытая Россия поговорила с профессором, доктором политических наук Казанского федерального университета Сергеем Сергеевым о том, как руководство и жители Татарстана реагируют на окончание действия договора и отказ Москвы его продлевать.

— В Татарстане во ВТОЦ прошли обыски, затем было возбуждено уголовное дело. В интервью «Коммерсанту» вы связали эту ситуацию с подавлением активности организации вокруг договора, который в Кремле недавно отказались продлевать. Насколько вообще развита такая активность в регионе, и насколько в нем сильны сепаратистские настроения?

— Я не думаю, что событиям вокруг Всетатарского общественного центра надо придавать большое значение. В 1990-е годы эта организация пользовалась большой поддержкой и снизу, и сверху: у нее была определенная социальная база, хотя не такая большая, как это иногда представляется, но в то же время она была инструментом казанского Кремля и изображала «недовольство народа», когда казанский Кремль хотел его продемонстрировать Москве. Времена изменились, ВТОЦ лишился своей социальной базы, сепаратистские настроения в регионе практически отсутствуют (во всяком случае, их проявления минимальны). Для региональной элиты он стал скорее обузой: чрезмерная активность ВТОЦ может обернуться для республиканских властей если не утратой доверия, то неприятным и ненужным выговором со стороны Москвы. Поэтому неуместная активность пресекается; впрочем, пресечь ее пресекут, но сам ВТОЦ на всякий случай сохранят.

Лидер ВТОЦ Фарит Закиев. Фото: личная страница в Facebook

Лидер ВТОЦ Фарит Закиев. Фото: личная страница в Facebook

— Что окончание действия договора и последующий отказ значат для жителей Татарстана — русских и татар?

— Почти ничего. Самолеты не перестанут летать, поезда не перестанут ходить, нефть не перестанет добываться, а хлеб, мясо, апельсины и чак-чак по-прежнему будут продаваться в магазинах. Договор имел в значительной степени символический характер, подчеркивал особость Татарстана и позволял региональной правящей элите располагать символическим капиталом, который она успешно могла использовать как во внутренних транзакциях — договоренностях с федеральным центром, другими регионами, так и во внешних связях, с мусульманским миром в том числе. Наличие договора, в частности, являлось аргументом при сохранении названия должности «президент» в Татарстане. И наличие договора, и название должности — это, казалось бы, совершенно нематериальные атрибуты, но эта символическая, престижная составляющая чрезвычайно важна для государственной деятельности, тем более что престиж в нашем мире конвертируем в деньги.

— Как реагирует руководство республики, что изменилось за 10 лет?

— Руководству республики, конечно, обидно, и возможности его снижаются. Общественное мнение республики реагирует на такое не-событие, как не-заключение договора, по-разному: большинству это, видимо, безразлично, часть солидарна с правящей элитой и видит в отказе от договора некое ущемление татарского народа, а часть, наоборот, радуется, что власть региональной элиты ограничивается.

— Почему федеральный центр не стал заключать договор? Что это может говорить о российском политическом режиме в целом?

— Правильнее сформулировать вопрос так: а зачем ему заключать договор? Ему нужен этот договор? Можно было, конечно, заключить договор, чтобы потворствовать самолюбию региональной элиты республики Татарстан. Но на этот раз московский Кремль не захотел это делать, не захотел лишний раз подчеркивать особость Татарстана.

Рассматривая же вопрос шире, нужно сказать, что мы нередко применяем понятия, выработанные в условиях демократических режимов Северной Америки и Западной Европы к России. Да, существует такой политический феномен как федерализм, он может быть договорным, но только это не про нас сегодня. Если бы в России (и в Татарстане в том числе) существовала развитая партийная конкуренция, свободные и честные выборы, то вопрос наличия или отсутствия договора, разграничения полномочий между центром и субъектами федерации решались бы избранными представителями народа. И даже если бы договора, подобного обсуждаемому, не было, думаю, что разграничение полномочий и перераспределение бюджетных средств между центром и субъектами федерации имели бы иной, чем сегодня, характер, более прозрачный и, вероятно, более справедливый. Но этого нет. А договор, заключенный в 1994 году Ельциным и Шаймиевым, носил характер скорее личной унии и персональной договоренности. Условия изменились, изменилось соотношение сил — и с договором пришлось расстаться.

Согласно договору о разграничении полномочий, республика имеет право совместно с органами государственной власти решать международные, культурные и экологические вопросы Татарстана. В документе также закреплены нормы, по которым в республике установлено два государственных языка — русский и татарский. Кроме того, в договоре прописано право жителей республики иметь в паспорте вкладыш на татарском языке. Татарстан является единственным регионом, который имеет такие договоренности с Москвой.

Эмиль Паин: «Федеральный договор с Татарстаном спас Россию от сепаратизма»

Нынешние потребители материалов российских СМИ совершенно сбиты с толку исторической дезинформацией, поэтому в большинстве своем граждане России если и слышали что-то о «Параде суверенитетов», то уверены что он начался в России с выступления Ельцина то ли в Казани в 90-м году, то ли в Уфе в 92-м, и его заявления: «Берите суверенитета сколько можете унести». Читать дальше...

util