«Власть экспериментирует»: политолог Сергей Маркелов о протестах в день рождения президента
 Акция сторонников Алексея Навального на Пушкинской площади, 7 октября 2017 года. Фото: Иван Секретарев / AP / East News
7 Октября 2017, 23:50

«Власть экспериментирует»: политолог Сергей Маркелов о протестах в день рождения президента

В десятках городов России люди вышли на улицы за сменяемость власти и проведение справедливых выборов. Они требовали освободить из-под ареста политика Алексея Навального, а также допустить до выборов его и всех кандидатов, способных собрать подписи 300 тысяч человек.

Открытая Россия обсудила с политологом Сергеем Маркеловым особенности прошедших акций, а также то, насколько власть научилась работать с протестами.

— Что примечательного вы увидели в прошедших акциях, и что отличает их от весенне-летней волны протестов?

— Власть экспериментирует, как управлять этим жутко страшным процессом под названием «митинги по призыву Навального», пробует разные схемы. Мы уже видели попытки играть с подсчетом голосов, потом попытки убирать Навального из событий и смотреть, как народ будет собираться, потом попытки усилить какие-то другие дискредитации. Сегодня реализовали сценарий убрать Навального и Волкова.

Мне кажется, принципиальная ошибка власти сегодня в том, что они почему-то думают, что проект Навального — это проект вождистского типа, что есть вождь и его паства. Но у Навального сетевой проект — я понимаю это как эксперт. Вынимай-не вынимай Навального из событий, вынимай-не вынимай Волкова из событий — это сетевая конструкция, это паутина. Люди все равно приходят, это же не ЛДПР с вождем Жириновским. А почему-то реагирование именно такое: пытаются разрушить конструкцию через отсоединение Навального и руководства движения. Все равно собираются — хоть и немножко инертно, хоть и растерянно, хоть и меньше людей. Сторонники при внезапности моментов немного плывут, шок возникает, но это не смертельно. Тем не менее, у людей другая мотивация, их не отличить от этой системы. Навальный определенным образом строит свою идеологию, но люди, которые его поддерживают, сами внутренне политизированы.

Что необычного в этих протестах? Народ стал более динамично реагировать, какая-то навигация появилась. Первое время люди вообще стояли и не знали, что делать, а тут народ динамично управлял процессом, не нарывался. Они все люди здравые, умные и не собираются публичные акции делать по схемам а-ля Удальцов, грубо работать с властью. Они постарались внутренне и внешне избежать конфликтности, а власть, судя по всему, тоже получила какие-то дополнительные установки: проанализировали, что нужно аккуратнее, нужно следить, но не лезть на рожон. Я думаю, по поводу сегодняшнего дня силовые структуры были особенно проинструктированы. Наверняка говорили на всех планерках: «Ребята, помните, сегодня великое 7 октября, это важный день, и поэтому любой разбитый нос, любая кровавая сопля, появившаяся на экране или в интернете, — это не очень хорошо».

То есть силы работали с двух сторон: с одной стороны, люди шли на митинг без агрессии, но делали то, что они хотели, с другой стороны, власть включила мозги, и вроде бы массовых задержаний избежать удалось.

— Весной Навальный для вывода людей использовал стратегию критики Медведева. Сегодня на площадях большинство митингующих кричало «Путин вор». Сложилось впечатление, что внимание снова сконцентрировано на Путине, так ли это?

— Я бы не рассматривал сегодняшнее событие как стандартное. Навальный посчитал именно этот день, день рождения Путина, важным, он им усилил внимание к своим людям, к своему событию. Очень важно понимать, что в этот день не хотелось критиковать именно президента. Протесты необычны с точки зрения привязки к естественному событию. При организации политических акций есть два вида планирования — Навальный ими пользуется. Первый — это сам спланировал в удобную субботу, воскресенье или какой-то другой день, и сам работаешь с этим событием. Но есть второй тип событий, когда событие как бы приклеивается к уже существующему, естественному событию. Это Навальный сегодня и сделал. Было бы смешно, если бы в день рождения президента акция была задумана против Медведева. Навальный стратегически рассчитывал, что он встроится в информационный поток, «приклеит» свое публичное выступление. С точки зрения политтехнологий, он сделал все абсолютно правильно.

— Так ли уж велика в том, что люди вышли на улицу, роль сознательной стратегии Навального? Или это общее настроение протестующих, не зависящее от него?

— Безусловно, сам Навальный — важная часть того политического проекта, с которым он работает. Но у меня ощущение, что их идея с Волковым — networking, создание политической структуры, работающей по законам сетей. Паука в условной сети никто не отменял, паук должен давать посылы по этой сети, звенеть в колокольчики: я есть, Навальный, около вас. Но сама энергетика проекта, как я понимаю, заложена именно не в горизонтали или вертикали, а в сетевой структуре. В городах открываются точки роста, там осуществляется ползучее распространение, сетевая работа. Роль Навального, даже с точки зрения закона Парето («20% усилий дают 80% результата, а остальные 80% усилий — лишь 20% результата»), 20%, а 80% — это самосознание людей, «приклеивание» к проекту людей с разными мотивациями. Кто присоединяется за правду, кто против действующей власти, кто просто из-за лозунгов и за тезисов, кто по зову души — у его публики разная политизация.

— Можно ли сказать, что факт того, что нет силового разгона, нет жестокости в обращении с активистами, свидетельствует о смене стратегии поведения силовых структур на митингах?

— Я так не думаю. Сегодняшняя лояльность — это эпизод. Нужно посмотреть, превратится ли этот эпизод в тренд, посмотреть, какими будут следующие реагирования. Возможно, сегодня власть, сжав зубы и получив соответствующие установки, «потерпела». Но не факт, что в других ситуациях прежнее поведение не вернется, не качнется маятник в ту сторону, в которую всегда качался. Пока я оцениваю сегодняшний эпизод как уникальный, как привязанный к конкретной календарной дате.

— Удалось ли Кремлю за прошедшие полгода что-то сделать с молодежью, выходящей на улицу, есть ли какие-то подвижки в молодежной политике?

— Я думаю, подвижки есть, но эти подвижки не находятся в зонах пересечения с теми настроениями молодежи, с которыми работает проект Навального. Я бы сказал, что идут два параллельных процесса, две разных попытки политизировать молодежь, перетянуть ее на свою сторону. Есть проект Навального, самый распиаренный, и иные оппозиционные проекты, которые работают с молодежью. А есть проекты власти — ближайший фестиваль молодежи и студентов, «Территории смыслов», «Вахты памяти», «Бессмертные полки». Пересечения между этими двумя процессами, я думаю, не очень большие. Сложно такое себе представить, что человек два года ходил на митинги Навального, и вдруг развернулся и пошел держать «Вахту памяти» по просьбе «Единой России». Может, есть единицы, которым родители сказали больше не связываться с оппозицией. Власть борется за влияние на определенный тип молодежи, а подобные Навальному борются за свои типы молодежи и за их умы.

util