Женская доля голосов: как женщины пытались стать президентами России в путинскую эпоху
 Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсантъ
24 Октября 2017, 10:00

Женская доля голосов: как женщины пытались стать президентами России в путинскую эпоху

Современную российскую женскую политическую историю стоит отсчитывать от первого публичного появления жены генсека-реформатора Михаила Горбачева Раисы. Сегодня роль «первой леди» в публичных мероприятиях — это что-то само собой разумеющееся (кроме третьего срока Путина, конечно). Но в конце 1980-х это воспринималось как прорыв, а для кого-то это было просто культурным шоком. Если на Западе Raisa стала едва ли не иконой феминизма и символом перемен, то на родине ее, мягко говоря, не любили. Мало кому нравилось то, что муж и жена повсюду появляются вместе, а главное, что вторая наравне с первым обо всем имеет свою точку зрения и стремится ее высказать. В народе за ней закрепилось уничижительное «Райка».

Результат первого большого выхода женщины на авансцену позднесоветской политики был предсказуемым: в последующие годы женщины не будут всерьез претендовать в стране на пост выше министра. Тем не менее, дважды до 2017 года в постсоветской истории женщины выдвигали свою кандидатуру на выборы президента страны. Оба случая вряд ли можно назвать удачными, но и вряд ли неудачу кандидаток можно списать на их пол.

2000 год. Элла Памфилова. «Сотрудничество с общенациональным лидером»

Элла Памфилова. Фото: Сергей Фадеичев / ТАСС

Элла Памфилова. Фото: Сергей Фадеичев / ТАСС

Всё, что происходило во время президентской кампании 2000 года, оказалось в тени «Операции „Преемник“», в ходе которой одряхлевший и имеющий антирейтинг Борис Ельцин фактически передал власть Владимиру Путину, которого в лицо как федерального политика за год до выборов мало кто знал. По ходу кампании, которая тогда проходила в два раунда — парламентские выборы в декабре 1999 года и мартовские выборы в 2000-м — разгромили мощную оппозицию Кремлю из региональных лидеров во главе с мэром Москвы Юрием Лужковым и петербуржским губернатором Владимиром Яковлевым. Они возглавляли партию «Отечество — Вся Россия», но так как еще перед парламентскими выборами их рейтинг был практически уничтожен федеральными каналами, работавшими на Кремль, то кандидатом стал бывший премьер-министр Евгений Примаков. Когда же он в ходе кампании снял свою кандидатуру в пользу Владимира Путина, то итог выборов оказался предрешен.

В такой ситуации остальные десять кандидатов, среди которых и Геннадий Зюганов, и Сергей Говорухин, и Умар Джабраилов, играли роль откровенных статистов. Это же можно сказать и о единственной женщине- кандидате Элле Памфилове.

В 1990-е годы она заработала себе авторитет в качестве министра, отвечавшего в самые «лихие» годы «шоковой терапии» за социальную политику. Ее задачей была защита незащищенных слоев общества, к которым тогда стали относиться почти все. Хотя об итогах ее работы в правительстве в те годы можно спорить и сейчас, но она имела определенный положительный рейтинг.

В газете «Коммерсант» утверждалось, что Памфилова на свою избирательную кампанию денег не тратила вовсе. Согласно ее финансовому отчету, предоставленному в Центральную избирательную комиссию, у нее на счете было только 400 тысяч рублей — такую сумму тогда предоставляло государство каждому кандидату. Члены штаба Памфиловой заявляли, что ее кампания строится на использовании предоставляемого по закону бесплатного телеэфира — платный эфир они не покупали вовсе. Наружной рекламы, дорогих предвыборных роликов, плакатов и брошюр не было вовсе. Свою программу она излагала на пресс-конференциях, указывая, что надеется, что журналисты донесут ее до избирателей.

В общих чертах она сводилась к «продуманной и эффективной социальной политике». Сама Памфилова неоднократно утверждала, что ее цель — не победить, а донести эту позицию до будущего президента. Кроме того, она заявляла, что ее участие связано с желанием сделать более узнаваемым ее политического движение «За гражданское достоинство». На думских выборах 1999 года ей этого сделать не удалось — сама Памфилова не смогла избраться от движения по одномандатному округу.

В эфире «Программы Сергея Доренко» в субботу 4 марта 2000 года она одной из первых назвала Владимира Путина общенациональным лидером. Свое короткое интервью с Памфиловой Доренко закончил фразой: «Интересный прецедент для всех женщин страны».

Результат Памфиловой составил всего 1,01 процента.

В дальнейшем она оставалась видным общественником путинской эпохи. Возглавляла Совет по правам человека при президенте РФ в конце 2000-х годов — его «золотой период» влияния на власть. Движение «За гражданское достоинство» Эллы Памфиловой стало одним из крупнейших аккредитованных государством грантооператоров, распределяющих государственные гранты среди социальных некоммерческих организаций.

В марте 2016 года Памфилова возглавила Центральную избирательную комиссию, уже успела провести выборы в Думу 2016 года и готовится к проведению президентских.

2004 год. Ирина Хакамада. Последняя демократка

Ирина Хакамада. Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС

Ирина Хакамада. Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС

Это были первые в постсоветской истории федеральные выборы, в которых единственной интригой было то, как много голосов наберет Владимир Путин. Результат был настолько предсказуем, что две главные фракции Думы, не считая «Единой России» (с ее кандидатом все было и так ясно), ЛДПР и КПРФ, уже тогда примерявших на себе звание «системной оппозиции», отрядили на выборы не Владимира Жириновского и Геннадия Зюганова соответственно. Лидер российских коммунистов отправил на выборы Николая Харитонова, одного из бывших лидеров «Аграрной партии». Жириновский поступил со свойственной ему экстравагантностью: кандидатом от ЛДПР стал его бывший охранник, боксер Олег Малышкин.

Думская фракция партии «Родина» уже в начале 2000 года находилась в глубоком кризисе. Один из ее лидеров Сергей Глазьев, в результате пошел на выборы в качестве самовыдвиженца, что скорее говорило о слабости его партии, чем о его политическом весе (получил в итоге третье место с 4% голосов). О своих же президентских амбициях тогда заявил лидер «Партии жизни» Сергей Миронов. Он займет традиционное для себя последнее место.

Самым же интересным кандидатом оказалась Ирина Хакамада. Она, как и Памфилова, была демократом еще первого «ельцинского» призыва начала 1990-х годов. Но, в отличие от Памфиловой, считалась «молодежным» политиком, мало обращающим внимание на «социалку» и много на молодежь, на свободный рынок и открытые границы. Ее образ — азиатская внешность, короткая стрижка (в 1990-е в парикмахерских она так и называлась «под Хакамаду») — стал одним из самых узнаваемых. Сама она в начале 2000-х была одним из лидеров «Союза правых сил» (СПС) — единственной либеральной фракции в Думе. Как партия правых сторонников Ельцина СПС полностью поддерживали «преемника» Путина, но в ходе его первого срока вступили с ним в конфликт. Как результат —в 2003 году либералы не прошли в Государственную Думу (и так туда и не вернулись).

В результате Хакамада пошла на выборы в качестве самовыдвиженца. Это был не последний эпизод участия либералов в президентских выборах, но Хакамада — последняя, кто имел необходимый для этого политический опыт и бэкграунд. Свою кампанию она построила на критике Владимира Путина, но в ходе телевизионных дебатов была вынуждена спорить с Малышкиным и Мироновым — российские президенты традиционно не участвуют в дебатах. На дебатах другие кандидаты регулярно интересовались у Хакамады ее позицией по вопросу Южных Курил.

Старый ельцинский истеблишмент, оказавшийся не ко двору в новую эпоху, высказал поддержку Хакамаде. «Я взялся помогать Ире, думая, что она хочет стать президентом, а оказалось, что нет. 15% — это ее минимум, и я готов это доказывать. В президенты, Ира, в президенты!», — настаивал Евгений Сатаров. Секретарь Союза журналистов РФ Михаил Федотов даже сделал Хакамаде подарок: «Демократический электорат — это даже не 15, а 20%. Ирина, это твой прыжок за честь русской женщины. В качестве подарка предлагаю предвыборный лозунг: „Будь мужчиной, голосуй за женщину!“».

Сама же Хакамада пользовалась проверенным еще Памфиловой лозунгом: «Голосуйте за Хакамаду не ради Хакамады, а ради самих себя. Голосуйте за Хакамаду, чтобы власть услышала вас».

В итоге почти с 4% голосов она заняла четвертое место.

Ночь после выборов Хакамада провела в ночном клубе «Санта Фе». Руководитель ее предвыборного штаба Марина Литвинович по результатам голосования заявила, что Путин изнасиловал страну. Сама Хакамада, видимо, родила мантру для всех будущих либеральных участников российских выборов: «В них надо участвовать».

Наблюдавший за торжеством в «Санта Фе» журналист «Коммерсанта» Валерий Панюшкин отметил: «Сергей Воробьев, глава „Клуба 2015“, члены которого в основном и финансировали кампанию госпожи Хакамады, устроил тотализатор. Ставки принимались на то, что госпожа Хакамада преодолеет пятипроцентный барьер, и на то, что Сергей Миронов не наберет и одного процента ни к утру, ни через четыре года, никогда». Вторая ставка сыграла.

Впрочем, и женщины в президентских выборах участия больше не принимали. В 2012 году делались предположения, что единым оппозиционным кандидатом станет член «Справедливой России» Оксана Дмитриева. Но в тот год до выборов не допустили даже Григория Явлинского.

Незадолго до сентября 2017 года возникали слухи, что кандидатом в путинские преемники может стать Валентина Матвиенко, спикер Совета Федерации. Но пока о своих политических амбициях заявила Ксения Собчак, которая сама себя называет «кандидатом против всех».

Подмена по имени Собчак

Предвыборные тезисы — беспомощны, наивны и очень уж девчачьи: «Я иду на выборы не просто как кандидат, а как рупор всех тех, кто не сможет стать кандидатом, я готова озвучивать претензии к существующей системе, я готова транслировать послания и левых и правых...» Читать дальше...

util