«Нам никуда не деться от мест террора, как бы Москву ни перестраивали»
 Белорусский вокзал. Фото Наума Грановского / Фотохроника ТАСС
30 Октября 2017, 09:00

«Нам никуда не деться от мест террора, как бы Москву ни перестраивали»

Руководитель проекта «Это прямо здесь» — о создании карты несвободы советской Москвы

29 октября 2015 года был запущен проект Международного Мемориала «Топография террора». За это время на современной карте Москвы команда исследователей проекта отметила более 800 мест, в которых в советские годы осуществлялись репрессии. Спустя два года проект перезапустил свой сайт и сменил название. Руководитель обновленного проекта «Это прямо здесь» Александра Поливанова рассказала Открытой России о работе над интерактивной картой, об успехах проекта и запросе общества на правду о прошлом.

— Как зародился проект «Топография террора»?

— Идея топографических исследований витала в «Мемориале» много лет, но оформилась в виде самостоятельного проекта с командой в 2013 году. Сейчас это некая энциклопедия советской несвободы, охватывающая все годы советской власти — с 1917 по 1991. До этого мы назывались таким страшным словом «топография террора», но на самом деле мы говорим не только о буквальном терроре, а о всем спектре советской несвободы. Мы переименовались и теперь проект называется «Это прямо здесь». Под «несвободой» мы понимаем не только расстрелы и пытки — это также несвобода собраний, несвобода слова, печати, перемещений. На нашей карте можно встретить пыточные тюрьмы, расстрельные тюрьмы, места массовых захоронений, места массовых расстрелов, но также есть и другие объекты. Например, у нас есть тема «Репрессированная наука» — про подавление свободного научного знания, репрессии против научных сообществ и отдельных ученых.

— Что представляет собой проект, и какова его основная миссия?

— Нашу энциклопедию можно смотреть двумя способами: первый — как карту с легендой. То есть открыть карту и смотреть, что находилось в советские годы вокруг того места, которое вас интересует. Вы берете ваше место работы, место, где вы живете, и смотрите, что там было по соседству. И оказывается, что здесь неподалеку была шарашка, а на соседней улице — лагерь, а теплоэлектростанция, которая видна из вашего окна, построена заключенными. Другой способ — смотреть как структурированную по рубрикам систему текстов. К каждой теме, так называемому слою есть большая вводная статья и большой набор объектов, которые принадлежат этой теме. Например, вы выбираете тему «Тюрьмы», и вам открывается большая статья про типологию советских тюрем в Москве, про их систему подчинения, их специфику. А еще вам открывается перечень всех тюрем, и вы можете уже открыть историю каждой конкретной тюрьмы — Сокольнической, Краснопресненской, Бутырской и так далее. Есть компромиссный способ изучать наш сайт — смотреть и тексты, и карту одновременно. И это как раз новшество: впервые наш сайт был запущен в октябре 2015 года. Буквально на днях у нас день рождения — нам исполняется 2 года. Наш проект полностью перезапускается и теперь существует в обновленном виде. Статьи, размещенные на сайте — универсальные. С одной стороны, они будут полезны студенту, который пишет курсовую, с другой — они довольно популярные, с элементами чистого краеведения. Нам очень важно дотронуться до каждого читателя и дать ему почувствовать, что то, о чем мы пишем, происходило прямо в этом городе, прямо рядом с тобой, и это касается тебя. И все, что читателю может быть знакомо — цитаты из книжек, которые он читал, цитаты из фильмов, которые он смотрел — все это мы стараемся вовлекать в наши тексты, чтобы создать вот это объемное поле вокруг каждого конкретного места.

— Помимо карты и статей, проект организовывает экскурсии по Москве. Какие из них стали самыми успешными?

— Первая наша экскурсия стартовала 29 октября 2013 года. Вчера в мы проводили три экскурсии «Топография террора, Лубянка и окрестности» — это наш главный хит, наша программная экскурсия. За эти годы мы создали около 25 новых маршрутов по разным районам Москвы, с разными ракурсами, с разной темой. Моя любимая экскурсия «Дети Арбата», она отчасти составлена по мотивам романа Анатолия Рыбакова, отчасти — вообще про судьбы арбатских детей, которые сами были репрессированы, и родители которых были репрессированы. Экскурсии, как правило, пользуются большим успехом, и поскольку мы не всегда справляемся со спросом, то стараемся компенсировать это тем, что выпускаем аудиогиды — многие наши экскурсии можно прослушать самостоятельно.

Изображение: topos.memo.ru

Изображение: topos.memo.ru

— Как обычно создается новый слой на карте «Топографии террора»? Какими источниками вы пользуетесь?

— Мы коллективно решаем, какая существует неизученная проблема, которую хорошо было бы нанести на нашу карту. Иногда над новым слоем на карте работает команда из 4-5 человек, иногда кто-то работает в одиночку. Затем начинается большая работа с источниками. Ими служит практически все — государственные архивы, старые карты Москвы, старые справочники, старая периодика, которая может нам рассказать то, о чем мы даже не подозревали. Это и архивы в «Мемориале», интервью, свидетельства очевидцев, мемуары, все это нас интересует. Иногда приходится доставать информацию косвенными путями. Например, нас очень интересует история строительства расстрельного помещения в Мосгорсуде. Документов, напрямую касающихся этого помещения, нам не дают. Приходится какими-то хитрыми способами искать косвенную информацию. Например, через архив Моссовета — там был строительный отдел, который выделил деньги на строительство некоторого помещения. Мы восстанавливаем по годам, по выделенным суммам, по адресу, и понимаем, что речь идет о том помещении, что нас интересует. Но только сам Моссовет искренне не знал, что речь идет о строительстве расстрельного помещения — у них это фигурирует как гараж. Но мы знаем, что этот гараж строился для того, чтобы сотрудники Мосгорсуда могли расстреливать людей. Такими косвенными способами мы находим разные доказательства.

— Ваш последний слой — «ГУЛАГ в Москве». О чем он, и как он создавался?

— Это наш подарок читателю по случаю перезапуска проекта. Это совершенно фантастический слой, который сделал наш коллега Евгений Натаров, он один работал над этой темой больше года. Не то чтобы никто не знал о том, что в Москве были отделения ГУЛАГа, но на нашей карте структурирована вся информация, которая раньше была известна лишь в общих чертах. Сейчас на карте проекта порядка 190 объектов, а на самом деле их было еще больше. Благодаря роману Солженицына все более или менее знали, что заключенные были в здании на Калужской площади. Еще из каких-то книжек косвенно были известные какие-то другие вещи. Например, в народном сознании существует убеждение, что главное здание МГУ на Воробьевых горах строили заключенные, а то, что буквально на 23 этаже главного здания находилось лагерное отделение «Высотный» — об этом никто не знает. И наш коллега раскопал 190 лагерных отделений, которыми была наполнена Москва. При этом эти лагеря почти не оставили следов — они представляли собой примерно то же, что сегодня — городок гастарбайтеров: это были временные бараки, лагерь на 1000-2000 человек, они там что-то строили, восстанавливали, работали на заводе, и после этого это место стиралось и не оставляло никаких следов. Поэтому сегодня мы не можем точно локализовать, где именно стояли бараки, мы понимаем лишь ареал — на какой улице находился лагерь. Это титанический труд, и мы страшно радуемся, что именно этот слой открывает наш заново рожденный сайт.

— Проектом интересуются в основном взрослые люди или молодежь?

— Аудитория у нас неровная. Конечно, у нас очень много молодых людей, потому что наш проект в основном живет в интернете. Мы много работаем со студентами Вышки [Высшей школы экономики — Открытая Россия] — как правило, на них это производит впечатление. Так случайно сложилось, что ВШЭ имеет много корпусов по всей Москве и половина из них, как мне кажется, находится в зданиях, которые так или иначе связаны с советской репрессивной системой — либо по соседству находился концлагерь, либо буквально в здании Вышки находился домзак, либо Сретенская тюрьма находилась буквально там же, где сейчас находится лицей НИУ ВШЭ.

Участники акции "Возвращение имен-2017""в канун Дня памяти жертв политических репрессий у Соловецкого камня на Лубянской площади. Фото: Эмин Джафаров / Коммерсантъ

Участники акции "Возвращение имен-2017""в канун Дня памяти жертв политических репрессий у Соловецкого камня на Лубянской площади. Фото: Эмин Джафаров / Коммерсантъ

— Вчера в Москве на Лубянской площади проходила акция «Возвращение имен», посвященная памяти жертв сталинского террора. Насколько сильно, на ваш взгляд, сегодня в обществе чувствуется запрос на правду о событиях 30-х годов?

— У человека и общества, как бы ими не манипулировали, всегда есть запрос на правду. Это может сочетаться с нежеланием знать правду, но подсознательно всем хочется знать, как все было на самом деле. Москва — это город, в котором мы каждый день живем, по улицам которого мы ходим. Мы не можем никуда деться от нашей печальной топографии, что бы там с Москвой ни делали, как бы ее ни перестраивали. Это — наша история. И чтение имен на Лубянской площади, и наши экскурсии, и наш сайт — все это имеет отношение не только к тем, кто жил здесь и был расстрелян в 30-е годы. Это имеет отношение к нам сегодняшним, к нашей идентичности и к формированию наших ценностей. Это ответ на вопрос, кто мы такие и как мы относимся к тому, что произошло в стране и обществе в советские годы, как мы относимся к жертвам преступлений, и как мы относимся к тем, кто несет прямую ответственность за эти преступления. Мы не можем вспоминать жертв, как будто только они наши предки — наши предки еще и те, кто совершал все эти массовые преступления. И этим преступлениям надо дать оценку.

Таким образом мы оказываемся в ответе за расследование всей правды о преступлениях, за публичность этой правды, за оценку всех преступлений, а это, в свою очередь, даст нам возможность продекларировать, что мы строим другое общество, на других ценностях, общество человеческих свобод, а не несвобод. И публичность — это некоторый залог того, что больше несвобода в нашей стране не повторится.

util