11 January 2015, 14:40

Людмила Улицкая: «Если „черный лебедь“ не взмахнет крылом, то война цивилизаций вполне вероятна»

Людмила Улицкая. Фото: Vesa Moilanen / Lehtikuva / Eeast News

Известная писательница — о личной ответственности художника, о стране, у которой Европе и России надо учиться борьбе с терроризмом, и о солидарности с погибшими журналистами

— Вот уже пять дней весь мир наблюдает за трагическими событиями во Франции, которые временами напоминает настоящую войну. Что вы обо всем этом думаете?

— Более всего меня поразила мощная реакция французского правительства, жителей Парижа и всего мира. Это самое первое впечатление. Когда случился теракт на Дубровке, все в России тоже были взбудоражены, но до сих пор мы так и не знаем, по какой причине погибло так много людей.

Кто виноват в парижском теракте? Прямой ответ — вооруженные террористы. Более общий — полное непонимание Европой той угрозы, которую несет современной цивилизации исламское государство.

Конфликт этот возник не позавчера, он зреет много лет, его центр — на Ближнем Востоке. Главный узел — Израиль и Палестина. До тех пор, пока мир не поймет, что поддержка палестинского государства Европой приведет, в конечном счете, к укреплению Исламского государства, цель которого — борьба с неверными, сначала с евреями, а потом и с христианами. Бедственное положение Палестины не может не вызывать сочувствия, но именно палестинское государство, признанное мировой общественностью или не признанное, оказывается плацдармом для наступления «Хамаса» и «Аль-Каиды» на европейскую цивилизацию в целом. А современные исламисты не жалеют ни своих своих жизней, ни жизни своих соплеменников, ни тем более тех, кто мусульманами не является.

Меня очень порадовали заявления мусульманских общин, осудившие этот теракт в Париже. Это значит, что в мусульманском мире, кроме террористов и безумцев, много нормальных, адекватных людей, которые готовы вместе с людьми других вероисповеданий и национальностей строить общее будущее мира.

— Существует ли какое-то табу для художников, писателей, есть ли что-то, над чем нельзя смеяться? Должны быть какие-то ограничения для художника: должен ли он понимать, что своей работой может оскорбить, например, чувства верующих, и взвешивать риски?

— Это вопрос личной ответственности художника. Эту границу каждый устанавливает для себя сам. Зона табуирования постепенно уменьшается — и в литературе, и в изобразительном искусстве. Здесь не может быть никаких законов, это не таблица умножения. В нашей повседневной жизни есть много смешного, но мы не замечаем этого. Острый и свежий глаз художника часто помогает восстанавливать чувство реальности. Сегодня в нашем мире идет очень важный и сложный процесс глобализации, то есть выстраивание некой усредненной общечеловеческой культуры, в которой должны взаимодействовать между собой взгляды и образы из разных культур. Это болезненный процесс. В последние годы уже обсуждалась и проблема ношения хиджаба, и факт наличия католического креста в школе, где кроме католиков учатся и мусульмане. Мы должны все без исключения учиться толерантности. Ни один благоразумный мусульманин не схватится за автомат, защищая честь пророка Мухаммеда. Это делают ослепленные ненавистью люди. Критическое отношение к любым догмам — свойство думающего человека. Но также свойство думающего человека — взвесить эти самые риски.

— Считаете ли вы правильным то, что журналисты всего мира перепечатали карикатуры из журнала Charlie Hebdo в знак солидарности с погибшими журналистами?

— Да, мне этот жест кажется правильным. Но не уверена, что он не вызовет новой волны возмущения среди исламистов (во время подготовки к публикации этого интервью в Германии подожгли здание редакции Hamburger Morgenpost — газеты, перепечатавшей несколько карикатур Charlie Hebdo. — Открытая Россия). Я эти карикатуры посмотрела в тот год, когда они были впервые опубликованы, и они не показались мне гениальными, но некоторые вызвали улыбку. Поразительно, но свобода слова кажется необходимой для уже свободных людей, а люди несвободные, закованные в определенную идеологию, всегда будут врагами свободы слова и прочих человеческих свобод.

— Сейчас можно услышать много категоричных точек зрения, вплоть до таких, что нужно «выселить всех мусульман из Европы», иначе терроризм не победить. Что, по вашему мнению, надо делать?

 Надо учиться у Израиля, который имеет огромный опыт в борьбе с терроризмом. Недавно у нас в прессе обсуждалась тема, связанная с уничтожением домов террористов. Это была акция Кадырова, который совсем не кажется мне «пушистым зайчиком». Но рецепт, использованный Кадыровым, был израильский: после того, как израильтяне стали уничтожать дома террористов (не людей, в тех домах живущих, членов семей террористов, а только жилища!), количество терактов в Израиле уменьшилось в разы. И объясняется это просто — семьям террористов (в первую очередь шахидам) «Аль-Каида» или сходные организации выплачивают довольно большие для бедных людей деньги: по сути, цена жизни их детей — несколько тысяч долларов. Но разрушенный дом дороже стоит. Желающих направить своих детей в террористы сильно поубавилось. К сожалению, эта схема эффективна.

Два года тому назад я была на конференции в США, посвященной проблемам борьбы с терроризмом. Все участники круглого стола возмущались усиливающимся контролем за частными людьми. Кроме меня. Я сказала, что человеку, который не таит каких-то преступных планов, нечего бояться. По этой причине я всегда готова к обыску моего багажа и меня лично перед посадкой в самолет. Массовые проверки не должны оскорблять приличных граждан, хотя это и неприятно. Но безопасность важнее. И чем выше опасность террористической угрозы — тем сильнее должна работать система безопасности.

— Если какая-то надежда, что все-таки удастся избежать войны с исламскими террористами или нас ждет эта самая война цивилизаций?

— Один из самых остроумных и проницательных людей, ливанец Нассим Николас Талеб написал замечательную книгу «Черный лебедь», в которой он пишет о сомнительности любых прогнозов, потому что, строя наши прогнозы, мы исходим из того, что мы знаем или считаем, что знаем, в то время как в мире гораздо больше вещей, которые мы не знаем. Вот из-за этого и возникают неожиданности, и самые обоснованные прогнозы порой оказываются просто смехотворными. Но если никакой «черный лебедь» не взмахнет крылом, то такая война представляется мне весьма вероятной.

СМОТРИТЕ И ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Мы — Charlie Hebdo

Оливье Руа о коллективном страхе перед несуществующим сообществом