11 Июля 2015, 19:13

«Мы проводим проверку на основании проверки». Как 40 полицейских украли агитматериалы Демкоалиции к выборам в Калуге

Фото: Демократическая коалиция. Калуга / Facebook

Вечером 10 июля сотрудники московской полиции без каких-либо законных оснований изъяли тираж агитационных материалов, изготовленный участниками Демократической коалиции для выборов в Калужской области. Уполномоченный по финансовым вопросам калужского отделения партии РПР-ПАРНАС Александр Шведов рассказал нам о том, как сорок оперативников отнимали у него коробки с листовками и баннерами:

— Вчера мы поехали из Калужской области в Москву забирать тираж агитационных листовок и баннеры для «кубов». Около 8 часов вечера мы приехали в офис в Бабушкинском районе столицы. В офисе мы попили чаю, а агитационные материалы тем временем загружали в машину. И тут в офис с улицы забегает один из сотрудников и говорит: «К вам там приехали какие-то полицейские». Мы выбежали вниз, видим, что, действительно, возле нашей машины стоят два сотрудника ППС в бронежилетах. Они заявляют нашему водителю: «У нас есть ориентировка на вашу машину, вы попали в ДТП, ударили другой автомобиль, нахамили его владельцу и скрылись с места происшествия». Пэпээсники сказали, что уже вызвали ГАИ и «потерпевшего», который сейчас будет давать показания. При этом пэпээсников очень интересовало, что находится у нас в багажнике, они просили показать его содержимое. Мы сказали: «Нет, ребята, мы ждем ГАИ и ничего вам не откроем. ДТП — это сфера ответственности ГАИ».

Но вместо ГАИ в течение буквально 20-30 минут на место событий налетело около 40 человек — практически все в штатском, на очень дорогих автомобилях; все они оказались оперативными сотрудниками МВД.

40 человек — я не преувеличиваю — там единовременно находилось. Эта толпа сотрудников в штатском тут же оцепила машину. По их словам, появилась уже новая информация — что в машину загрузили экстремистские материалы и оружие. Они все-таки заставили нас открыть багажник и вскрыть пару пачек с агитационными листовками — показать, что это за материалы. Затем оперативники вызвали двух понятых — это были охранники офисного центра. При понятых осмотрели машину, зафиксировали, что никакого оружия, никаких экстремистских материалов там нет. Составили протокол, который подписали и оперуполномоченный, и водитель машины, и понятые.

Мы закрыли машину, заявили оперативникам, что, раз оснований задерживать нас нет, мы уезжаем. Но сотрудники МВД в экстренном порядке подогнали свою машину марки Ford и заблокировали наш автомобиль. При этом ко мне подходили человека четыре оперуполномоченных, вели себя нагло, брали мой паспорт, фотографировали там страницы, спрашивали, у кого документы на тираж листовок. Я говорю им, что все документы у меня с собой: договор, счета, все оплачено с избирательного счета, есть платежки «Сбербанка», все накладные есть. Оперативники пытались «притянуть» нас на основании каких-то изъянов в документации, но с документами у нас все в полном порядке. Они отфотографировали все документы на тираж, но зацепиться им было не за что.

Фото: @Free_elefant

В конце концов они говорят: «Мы изымаем тираж». Я спрашиваю у них, на каком основании они изымают: ведь все документы в порядке, тираж — мой, я несу за него материальную ответственность. Оперативники отвечают: «На основании проверки, мы проверку тиража будем проводить». Я спрашиваю, что послужило причиной проверки, на основании чего она проводится. Старший в этой группе оперуполномоченных говорит: «Проверка будет проводиться на основании проверки». Это цитата.

При этом

некоторые оперативники сами начали угорать от бредовости всей ситуации. Потом мне начали говорить, что поступил анонимный звонок на «02» — о том, что в машине будут перевозить экстремистскую литературу и оружие. Я отвечаю: «Но вы же сами только что подписали протокол о том, что там нет ни экстремизма, ни оружия!».

Но меня силой отодвинули от нашей машины, так как я «мешал следственным действиям», перегрузили тираж в свою машину, и уехали в Бабушкинское ОВД. При этом они составили протокол изъятого, но не выдали нам копию, и нам пришлось ночью ехать в ОВД за копией.

В отделении нам обещали, что уже утром соберется экспертная группа, проведет экспертизу листовок, и нам вернут тираж. Мы приехали утром, но никаких экспертов там не было, зато прибыли два офицера из Главного управления МВД по городу Москве, которые долго совещались с начальником Бабушкинского ОВД, — и потом нам заявили, что нужен ряд экспертиз, и сейчас экспертов нет. В частности, так как «дело рассматривается в административной плоскости», и нужен эксперт, который определит, есть ли тут состав административного правонарушения или нет.

В ОВД вызывали и представителя типографии, отпечатавшей тираж. Также к делу подключился Отдел по борьбе с экономическими преступлениями — его сотрудники отксерили у меня все документы, касающиеся тиража.

Сотрудники МВД все время пытаются подкопаться именно к нашим к документам на тираж. Даже сейчас, когда я уже возвращаюсь в Калугу,

мне звонят из ОВД и спрашивают: «Александр, а у вас есть разрешение на печать этих материалов от избиркома?». Я отвечаю: «Такого разрешения не существует в природе, вы законы вообще читали?

Mы сперва печатаем материалы, а потом предоставляем их в избирком, который собирает рабочую группу и выносит решение».

При этом полицейские все понимают и откровенно нам говорят: «Это столичный главк МВД заварил всю эту кашу и заставляет нас этим заниматься». Бабушкинское ОВД вынуждено хоть как-то обосновывать изъятие тиража, а обосновать это совершенно нечем.

Это абсолютный беспредел. Я сегодня в этом ОВД видел половину оперативников, которые вчера изымали наш тираж. Они общаются со мной, спрашивают об обстоятельствах дела.

Я им говорю: «Почему вы у меня спрашиваете? Вы же сами вчера все видели своими глазами, копались в моих документах, фотографировали». А они в ответ заявляют: «Нет, вы что, нас там не было».

То есть они понимают всю глубину беспредела и отнекиваются от того, что сами физически в этом участвовали.

Мы столкнулись, в общем-то, со стандартной схемой. Тираж нам, возможно, вернут уже после выборов, когда все экспертизы пройдут.

util