Политика

«Трамп хочет повторить успех Рейгана».
Какими будут отношения России и США

Леонид Гозман, Сергей Марков и Федор Лукьянов о том, чего ждать от Дональда Трампа и его администрации


Виктория Кузьменко, 18 декабря 2016
На этой неделе стали окончательно известны кандидаты на ключевые позиции в администрации Дональда Трампа. Почти все из 20 анонсированных претендентов на эти посты — либо крупные бизнесмены, либо отставные генералы. Это люди с репутацией, но без опыта работы на госдолжностях.

Критики уже окрестили формирующуюся команду Трампа «кабинетом олигархов» и «кабинетом невежд». Однако самого избранного президента США это не смущает: в ходе предвыборной кампании он обещал «осушить болото» в Вашингтоне, дать отпор засидевшимся во власти политикам, идущим на поводу у лоббистов бизнеса, и сломать принятые правила игры как в кадровой, так и в глобальной политике.

В России команде Трампа рады и надеются на «перезагрузку» отношений. Тем более, что формирующуюся команду избранного президента уже сейчас многие называют пророссийской. Например, госсекретарем нового правительства должен стать Рекс Тиллерсон — нефтяной магнат, противник антироссийских санкций, получивший орден «Дружбы народов» из рук Владимира Путина. А советник по национальной безопасности Майкл Флинн — не сторонник антироссийской политики.

Политик Леонид Гозман и политологи Сергей Марков и Федор Лукьянов оценили, насколько реалистичны связанные с администрацией Трампа оптимистичные ожидания россиян, и какими будут отношения между Россией и США при новом американском президенте.

К власти в США приходит олигархат

Федор Лукьянов
политолог, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»
Во-первых, речь идет не обязательно об олигархах, а о представителях крупного бизнеса. Ведь олигарх — это не любой предприниматель, а тот, кто делает свой бизнес в связи с политикой. Поэтому термин «олигархат» в этом случае ничего не объясняет.

Очень показательно, что команда Трампа в значительной степени состоит из силовиков и представителей бизнеса. Это своего рода реванш против идеологии. Все предшествующие администрации, начиная с конца холодной войны (Билл Клинтон, Джордж Буш мл. и в меньшей степени Барак Обама), были сильно идеологическими. Американская политика в принципе очень идеологическая, но после победы в холодной войне, начиная с 1991 года, идеология стала гораздо более мощным фактором. Она же обусловила те неудачи в глобальном масштабе, которые стали постепенно проявляться.

Сейчас к власти приходят либо силовики с уклоном в жесткий реализм, либо предприниматели, которые по определению не идеологичные и нацелены на прагматику. Я не знаю, как назвать ту группу, которая будет править, но самое важное здесь то, что делается серьезная попытка отхода от очень идеологизированной основы, которая была предшествующие 20 с лишним лет.

Сергей Марков
политолог, член Общественной палаты, директор «Института политических исследований»
Олигархат в любом случае правит в США, позиции американской олигархии постоянно усиливались. Это усиление связывали с фигурой Хиллари Клинтон. В случае с администрацией Трампа произошло изменение типа олигархии. На смену финансовому, глобализированному ее варианту приходят промышленные олигархи. Рекс Тиллерсон из Exxon Mobile тому яркий пример.

К власти приходит бизнес, ориентированный на внутренний рынок, а не на глобальный. Недаром после избрания Трампа в целом фондовые индексы выросли примерно на 3-4%, а фондовые индексы компаний, ориентированных на внутренний рынок, выросли на 11%.

Происходят изменения внутри правящих групп. Это связано с тем, что нынешние правящие группы (которые были до Трампа) совершенно не справляются со своими задачами. Они притащили Америку на грань конфликта с ядерной Россией, что является полным безумием и подрывом безопасности Соединенных Штатов. Они привели Америку к военному союзу с Аль-Каидой, а также к тому, что США теперь несет ответственность за преступления террористической киевской хунты, что тоже ведет к дестабилизации международной обстановки. Поэтому можно сказать, что эта финансовая, глобализированная олигархия, которая все время укрепляла свою власть в Америке, с точки зрения американского избирателя, просто провалилась. Она должна быть серьезнейшим образом скорректирована, чем и занимается Трамп. Поэтому речь идет не о выходе олигархов на первые позиции, а о коррекции типов олигархов.

Политическая система Америки строится на том, что олигархи политических институтов представляют интересы бизнеса. Но последнее десятилетие эти юристы оторвались от своей непосредственной базы и стали проводить политику против интереса бизнеса. В этих условиях предприниматели были вынуждены выйти на арену, чтобы подвинуть юристов и проводить политику в своих интересах. Произошла мобилизация бизнесменов в политику, потому что юристы эту политику провалили.


Леонид Гозман
политик, президент фонда «Перспектива», член Комитета гражданских инициатив
Это очень примитивное представление, что если во власть приходит человек из бизнеса, то это будет власть бизнеса. Это совершенно не обязательно так. Хочу напомнить, что Владимир Ульянов (Ленин) был дворянин и относился к тому слою, который сегодня называется интеллигенцией. При этом он уничтожил и дворянство, и интеллигенцию.

Другое дело, что, при всем уважении к бизнесменам-руководителям, их доминирование в команде вызывает некоторую тревогу, потому что это совершенно определенное мироощущение, которое адекватно для решения задач бизнеса и военных задач, но совершенно не обязательно, что оно будет адекватно для решения задач политических.

Кроме того, благополучие Америки — это благополучие всего человечества. Поэтому в команде Трампа меня больше беспокоит возрастной состав. То, что он назначил на одну из должностей в администрации 78-летнего человека — меня это немного тревожит.

Трамп продолжает дело
Рональда Рейгана

Федор Лукьянов
политолог, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»
Рейган для любого республиканца — это икона. Даже Обама, который ну совсем не Рейган, в своих выступлениях апеллировал к его тезисам. Рональд Рейган считается очень крупным, удачным и великим президентом.

Пожалуй, отчасти Трампа можно сравнить с Рейганом. Но бывший президент был человеком с твердыми взглядами, никто не мог заподозрить его в беспринципности. В этом плане с Трампом пока не все понятно, но я не исключаю, что эти взгляды у него проявятся. У Трампа есть четкие представления о том, что Америка должна быть сильной, но при этом самодостаточной и самофиксированной. Если отвлечься от истерики в американском истеблишменте, в котором говорят о страшной непредсказуемости, то объективно какой-то особой непредсказуемости я пока не вижу.

Сергей Марков
политолог, член Общественной палаты, директор «Института политических исследований»
Трамп сейчас хочет воссоздать рейгановскую эпоху. Рейган пытался вернуть бизнес к жизни, подвинуть юристов. Плюс при Рейгане большую роль играли генералы. В те годы президент сказал, что Америка должна перестать капитулировать перед Советским Союзом. Точно так же Трамп сейчас заявил, что хватит США капитулировать перед международным терроризмом. Поэтому политика Трампа очень похожа на рейгановскую, просто враг сменился. А вся эта публика типа Клинтон и Обамы ментально осталась во временах холодной войны, они продолжают воевать с советской Россией, хотя ее уже не существует. А Трамп хочет повторить успех Рейгана.

Леонид Гозман
политик, президент фонда «Перспектива», член Комитета гражданских инициатив
Я думаю, Трамп не берет пример с Рейгана. Я имел удовольствие быть на конвенте республиканцев, когда они его номинировали. На меня это произвело очень тяжелое впечатление: и сам господин Трамп, и вся атмосфера вокруг. Трамп в своей номинационной речи в тот момент мне напомнил, к сожалению, Жириновского. Один-в-один. Так что я не думаю, что здесь мы имеем дело с повторением феномена Рональда Рейгана.
Пророссийская администрация Трампа

Федор Лукьянов
политолог, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»
О пророссийских настроениях в команде Трампа любят говорить не у нас, а в американском медиа-пространстве. Там царит полная экзальтация по поводу того, что в его администрации чуть ли не сплошные агенты Кремля.

Но разговоры о пророссийской администрации, на мой взгляд, это полная чушь, и совсем не о том надо говорить. Не важно, какие отношения были, скажем, у Рекса Тиллерсона с Путиным в прошлом. Руководитель нефтяной компании должен иметь блестящие отношения с любым президентом страны, где работает организация — это его обязанность. А вот что означает человек с ментальностью крупного бизнеса на посту госсекретаря главной страны мира — вот это было бы интересно узнать.

Я лично никакой особой пророссийскости со стороны кабинета Трампа не вижу. То, что считается позитивным для России, связано не с его отношением к нашей стране как таковой, а с его общим взглядом на мир. Избранный президент, прежде всего, отрицает необходимость для Америки быть глобальным лидером и пытаться этот мир менять. Это основное отличие от предшествующих администраций.

Лозунг избирательной кампании Трампа «make America great again» — это совсем не о мировом лидерстве США. В этом смысле неизвестно, будет ли он пророссийский или антироссийский, но, думаю, довольно быстро они с Путиным схлестнутся по каким-то конкретным вещам. Но чего американский президент точно не будет хотеть, так это пытаться изменить Россию.

Все предыдущие администрации считали, что Россия не такая, какой должна быть. Это влияло на отношения двух стран очень дестабилизирующе. А Трампу это просто не интересно, он не считает это задачей Америки. В этом плане отношения с США для кремлевского руководства будут понятнее, поэтому находить общий язык станет проще.


Сергей Марков
политолог, член Общественной палаты, директор «Института политических исследований»
Администрацию избранного президента нельзя назвать пророссийской. Ее нужно назвать проамериканской. Интересы США не конфликтуют с российскими. Так что в данном случае речь идет об уменьшении антироссийской политики Вашингтона.

Администрация Обамы ведет гибридную войну против России. А Трамп пришел и сказал, что вести войну против России — это безумие. Он спросил, в чем интерес вести с ней войну. Никто ему этого внятно объяснить не может. Они говорят о Сирии, но там администрация Обамы поддерживает террористов. Они говорят об Украине, но там администрация Обамы тоже поддерживает террористов. Поэтому я бы сказал, что администрация Обамы потеряла рациональное основание в теме национальной безопасности.

Я много спрашивал американцев, почему им не нравится Башар Асад и почему они хотят его убрать. Никто не может объяснить. А какова причина поддержки откровенно террористического режима на Украине? Никто не может объяснить. Политика в области безопасности и международных отношений при Обаме стала базироваться на эмоциональных, иррациональных вещах. От этого Трамп уходит.


Леонид Гозман
политик, президент фонда «Перспектива», член Комитета гражданских инициатив
Это просто ахинея — считать, что люди в администрации Трампа пророссийские. С какой стати избранный президент или кто-то другой будут действовать в интересах России.

Команда Трампа — это изоляционисты. Трамп, как мне кажется, по менталитету, по идеологии именно такой. Это та идеология, которая для Соединенных Штатов продемонстрировала свою неадекватность еще в период Первой мировой войны. Тогда тоже там были очень сильны изоляционисты, которые говорили, что им нет дела до других стран. Это не сработало уже тогда. В XXI веке в великой стране такой подход будет просто нерабочим. Другое дело, что, возможно, Трамп от этих идей откажется и будет вести себя совершенно иначе.

«Перезагрузка» в отношениях
США и России

Федор Лукьянов
политолог, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»
Слово «перезагрузка» очень дискредитировано событиями пятилетней давности. Тут скорее можно проводить аналогию с «разрядкой» в начале 1970-х между Ричардом Никсоном и Леонидом Брежневым. Что-то подобное будет и сейчас, но так же, как и в прошлом, это быстро закончится, поскольку противоречия между странами весьма глубоки.

Траектория российско-американских отношений никогда не меняется и всегда идет по синусоиде, вверх-вниз.


Сергей Марков
политолог, член Общественной палаты, директор «Института политических исследований»
С приходом Трампа будет перезагрузка отношений двух стран. Это будет простая нормализация отношений. Мы ожидаем, что, во-первых, будут прекращены гибридная война и вмешательство в политическую систему России. В частности, подрыв оппозицией действующего, законного, популярного президента Владимира Путина. Во-вторых, мы ожидаем прекращения поддержки террористов в Сирии. В-третьих, мы ожидаем, что они прекратят поддерживать украинскую террористическую хунту и снимут блокирование с минских соглашений. Тогда мы все вместе обеспечим ликвидацию террористической хунты и трансформацию Украины в спокойное демократическое и мирное государство.

По поводу введенных американским президентом санкций — Трамп их снимет. А санкции, которые были введены конгрессом, он отменить не сможет, потому что у него не получится набрать большинство. После этого, в июле, Евросоюз постепенно начнет демонтировать свои санкции.


Леонид Гозман
политик, президент фонда «Перспектива», член Комитета гражданских инициатив
Я думаю, что будут сделаны какие-то символические шаги, Трамп встретится с Путиным, они обнимутся. Но надежды нашего руководства на то, что приедет Трамп и всех рассудит, и все будет хорошо, безосновательны.

С другой стороны, это унизительно для страны. Мне, как гражданину России, неприятно слышать эти радостные речи о победе Трампа на выборах и прочее. Это признание второсортности нашей страны. Якобы Россия зависима от того, где кого избрали.

Новая военная политика США

Федор Лукьянов
политолог, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»
Прежде всего, военной политикой США будет наращивание военного потенциала — Трамп об этом неоднократно говорил.

Что касается НАТО, то не думаю, что здесь можно ожидать каких-то радикальных изменений, несмотря на очень пугающую некоторых союзников риторику. В принципе, кризис НАТО стал проявляться задолго до Трампа. То, что европейцы не оплачивают свои счета, начал говорить не Трамп. Об этом было сказано намного раньше. Тот же Обама высказывался об этом в резкой форме. Так что здесь это скорее общий процесс.

Скорее всего упадет приоритетность темы с Сирией. Об этом избранный президент США говорил много, в частности, о том, что на Ближнем Востоке ловить нечего. Но самое главное, что он категорически против любого вмешательства ради смены режима в той или иной стране. Вмешательство, чтобы показать, кто главный и кто хозяин — это и есть его понимание величия Америки. А вмешательство ради каких-то изменений его не волнует.


Сергей Марков
политолог, член Общественной палаты, директор «Института политических исследований»
По НАТО администрация Трампа будет проводить следующую политику: США остаются донором безопасности для европейских стран, в том числе через институты НАТО. Но Европа должна больше оплачивать эту роль Соединенных Штатов. Во-вторых, должен быть ликвидирован парадокс, когда международные хулиганы типа Латвии, Литвы, Эстонии и Польши имеют слишком большие возможности влиять на отношения между великими державами, которые несут основную ответственность за поддержание международной безопасности. Международные хулиганы должны быть лишены возможности влиять на международную безопасность.

В-третьих, я думаю, при Трампе будет активно развиваться противоракетная оборона, будет модернизироваться ядерный потенциал — все это создаст обстановку для гонки ядерных вооружений. Здесь потребуются переговоры. К чему они приведут, мы не знаем, но, во всяком случае, эта идея военного всемогущества США есть и у Трампа. России придется найти такой путь, чтобы мы в какой-то момент не опустились на ступень ниже и не дали бы повода для США для дальнейшего давления на Россию.


Леонид Гозман
политик, президент фонда «Перспектива», член Комитета гражданских инициатив
Реальной угрозы от США, конечно, нет. Соединенные Штаты для нашей страны при нормальной российской политике (а не той, что сейчас) является естественным союзником. Хочу напомнить, что Америка — единственная из великих держав, с которой ни Россия, ни СССР, ни Российская империя никогда не воевали. Поэтому только глупость и безответственность авантюристичной внешней политики Москвы во многом ответственны за нынешний кризис. Это не значит, что американские президенты никогда не делали ошибок, — делали, и достаточно серьезные — но все-таки в основе нынешней ситуации лежат наши внешнеполитические авантюры.

Я не думаю, что сильно изменится отношение российских граждан к США. Вашингтон нужен нашему руководству сегодня в роли врага, потому что объявление Соединенных Штатов противником позволяет оправдать внутриполитические неудачи. Это хорошо выражено в виде популярной шутки про Обаму, гадящего в подъезде. И здесь возникает вопрос: если Трамп хороший, то кто виноват в грязи наших подъездов? Не мы же сами, это невозможно признать. Поэтому даже скорее рано, чем поздно наша пропаганда вернется к привычной теме про сволочей-американцев и к прочим глупостям.

Передел зон влияния между Россией и США

Федор Лукьянов
политолог, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»
У Соединенных Штатов нет зон влияния. У них зона влияния — весь мир. Именно поэтому США всегда отрицают само это понятие, потому что они считают, что ни с кем делиться не надо.

Сделки в рамках каких-то зон влияния в наше время уже невозможны. Но приоритетность определенных регионов будет падать для администрации Трампа. Это Ближний Восток и, возможно, Украина. Но это совсем не значит, что две стороны договорятся, где будет ваше, а где — наше. Так уже не работает.


Сергей Марков
политолог, член Общественной палаты, директор «Института политических исследований»
При Трампе будет бОльшая геополитическая определенность. США четко очертят круг своих союзников и тех, за кого они несут ответственность. Эти союзники должны вносить свой вклад, а не вести себя как хулиганы, как прибалтийские страны. Будут также те зоны, за которых США не будут брать на себя ответственность. Это, в частности, Украина.

Это будет дело России и Германии — решать, в каком положении находится Киев. Мы будем надеяться, что Германия не будет стараться построить Четвертый рейх и опять повторить попытку оккупации Украины, как она уже делала это в 1941 году.


Леонид Гозман
политик, президент фонда «Перспектива», член Комитета гражданских инициатив
Все разговоры об однополярном и двуполярном мире — это что-то на уровне Жириновского по глубине интеллектуального анализа.

В мире есть множество субъектов. Когда они примерно равны по своим характеристикам, то они могут конкурировать друг с другом. Если же один субъект — это США, а другой — Гватемала, то понятно, что мнение Вашингтона, события с Соединенных Штатах будут важнее, чем то, что происходит в Гватемале.

На сегодняшний день Америка, при всех ее внутренних проблемах (по моему мнению, избрание Трампа — это показатель глубочайшего кризиса американской политической системы) — это самая сильная страна на Земле. Соответственно, это так и останется. По крайней мере в ближайшее время не будет никаких оснований для того, чтобы это перестало быть таковым. Хотя, может, лет через 50 самой сильной страной будет, например, Индия. Но этого сейчас никто из нас не будет утверждать с уверенностью.

Made on
Tilda