ПРОТЕСТ
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В «МОРТОН»
С кем и почему борются жители Рублевки
26 декабря в 12 часов в селе Ильинское собирается народный сход против проекта «Мортонград Ильинское-Усово» застройщика «Мортон». Открытая Россия выслушала жителей Красногорского района и изучила славный путь «Мортона»
История борьбы местных жителей с «Мортонградом Ильинское-Усово» тянется с прошлого года, когда власти Московской области одобрили концепцию строительства жилого комплекса. Вблизи населенных пунктов, входящих в сельское поселение Ильинское (села Ильинское, поселка Ильинское-Усово, деревень Глухово, Александровка и Бузланово), на площади 215 га планировалось построить 3 млн кв. метров недвижимости, в том числе жилой комплекс с домами в 9-14 этажей, рассчитанный на 62 тысячи жителей. И это при том, что в сельских поселениях разрешена только малоэтажная (до трех этажей) застройка с минимальной плотностью населения.

На публичных слушаниях в декабре 2014 года жители выступили против реализации этого проекта. В результате слушаний было принято постановление о направлении проекта «Мортонграда» на доработку без его отклонения.

Как отмечается в пресс-релизе (есть в распоряжении Открытой России) инициативной группы «Мортонграду.нет», в начале декабря 2015 года обновленный проект застройки был снова одобрен на Градостроительном совете Московской области.
Активисты отмечают, что заявления «Мортона» о значительных изменениях, внесенных в проект, не соответствуют действительности.
По их данным, произошло только несущественное сокращение общего объема жилой недвижимости, этажности (до 7-9 этажей) и количества населения (до 54 тысяч человек), но при этом увеличилась плотность застройки. В своих планах застройщик исходит из расчета 28 кв. метров на человека. Противники стройки утверждают, что эти расчеты заниженные, и по факту на всей этой территории будут жить на несколько десятков тысяч человек больше.

Местные жители уверены, что проект «Мортонград Ильинское-Усово» противоречит водоохранному законодательству, не соответствует нормам градостроительного проектирования и схеме территориального планирования Московской области, а его реализация приведет к экологической, санитарной и транспортной катастрофам. Кроме того, под угрозой уничтожения окажутся историко-культурные и природные объекты Красногорского района Подмосковья.
«Мортон» и его ВРАГИ
Лариса Фролова
Пенсионерка, бывший заместитель директора школы, жительница поселка Архангельское:
Я всю жизнь тут живу. Мои предки жили на этой земле. Много лет участвую в защите памятника истории и культуры, нашего музея «Архангельское», который тоже затронет строительство «Мортонграда». Это будет серьезным ударом по охранной зоне музея. Вокруг него постоянно сжимается кольцо. Это же не только дворец, это огромный садово-парковый ансамбль, исторические территории. И вот мимо театра Гонзага, который находится в нескольких метрах от шоссе, пойдут эти цементовозы и краны на стройку, что в конце концов приведет к гибели исторического памятника мирового значения.

Еще меня, конечно, очень волнует экология, ведь мы в тех местах, которые собираются застраивать, собираем грибы, катаемся на лыжах. И транспортная проблема. Мы вообще никуда выехать не сможем. У меня и сын, и дочь, и сноха сейчас по два часа тратят на дорогу до метро Беговая. По-моему, пешком быстрее можно дойти. И это в настоящее время. А когда застроят, я просто не представляю, что будет твориться.

Мы никакой необходимости в этой стройке не видим. У нас еще не проданы все квартиры в застроенной Павшинской пойме, повсюду реклама о продаже квартир в «Изумрудных холмах» в Красногорске.
Просто кто-то хочет денег заработать, а мы должны получать кучу проблем, в том числе и финансовых, ведь после строительства этого города наша земля, которая считается одной из самых дорогих в Подмосковье, очевидно, потеряет в цене.
Мы бы хотели, чтобы вместо очередного города у нас развивалась инфраструктура для отдыха и лечения жителей Москвы и Подмосковья. В 6-10 километрах от Москвы может быть прекрасное место для отдыха. Особенно, учитывая, что сейчас нет Турции, нет Египта. А у нас тут свежий воздух, природа, Москва-река. Почему бы у нас не построить полноценный дом отдыха со всем необходимым?
Андрей Фролов
Председатель Союза экологических экспертных организаций, коренной житель поселка Архангельское (его предки живут здесь с XVI века):
«Мортонград» принесет проблемы с экологией не только местным жителям. Во-первых, он будет строиться в охранной зоне Рублевского водохранилища, которое снабжает водой примерно треть Москвы, в первую очередь северо-западную часть. В проекте не предусмотрена необходимая канализационная очистка: после первичной очистки предполагается производить сброс на грунт, то есть фактически фекалии окажутся в водозаборе. Уже сейчас в 10% проб, которые берут в Москве, обнаруживают фекальные бактерии — это источник инфекций от дизентерии до холеры. После подобного строительства процент резко возрастет, что может привести к увеличению количество отравлений и даже летальных исходов. Нужно просто ненавидеть свой народ, чтобы подобные вещи делать.

Во-вторых, северо-запад — это то направление, по которому поступает в Москву воздух. Наши горе-чиновники уже застроили Павшинскую пойму, застраивают Тушинский аэродром. Если их не остановить, свежего воздуха в Москве не останется. Люди будут дышать выбросами промышленных объектов, автомобильного транспорта. Условия жизни десятков миллионов людей резко ухудшатся. Весь город будет страдать из-за того, что какой-то чиновник получит какое-то количество денег от продажи жилья и уедет потом в Швейцарию.

Практически на 90% территории Москвы люди уже живут при превышении предельно допустимой концентрации вредных веществ. В результате у нас, например, самые быстро растущие темпы аллергических заболеваний, астмы.
«Мортонград» — это не какая-то местная локальная проблема. Законы природы нельзя игнорировать. И если есть чиновники, которые этого не понимают и в силу своей необразованности или жадности разрешают подобные вещи, то их нужно бить по рукам.
Должны быть массовые обращения граждан с требованием не допускать строительства подобных объектов, тем более в водоохранных зонах.
Фото: сообщество Мортонграду.нет
Дмитрий Шлепнев
Организатор фестивалей, коренной житель поселения Ильинское:
Мои предки живут тут как минимум с 19 века. У меня своя земля, дом. Строительство будет проходить в нескольких стах метров от моего дома. А дом у меня у самого шоссе, поэтому любое действие по его расширению, изменению полосности затронет меня напрямую. Вообще, вся наша улица, на которой я живу, должна, судя по проекту, подвергнуться «реконструкции». Что кроется за этой «реконструкцией», пока совершенно непонятно.

Кроме того, я опасаюсь, что Ильинское может утратить свою историческую идентичность. Усадьбой Ильинское, расположенной на территории поселения, последние 60 лет перед революцией владела царская семья. Это чуть ли не единственная императорская усадьба в Подмосковье. И там сохранилось довольно много ценных с исторической точки зрения элементов, построек того времени, причем не только внутри усадьбы, но и за ее пределами, просто на сельских улицах.

А вдоль Ильинского шоссе в деревне Глухово и в Ильинском идет липовая аллея, которую в память о павших солдатах высадил в 1818-м герой Отечественной войны 1812 года граф Александр Остерман-Толстой, который тоже когда-то владел Ильинским. И это все при каких-либо изменениях размера дороги может пойти под снос.

Всех волнует и транспортная доступность — как жителей тех населенных пунктов, которые исторически там находятся, так и тех, кто, не дай бог, поселится в новом городе. Если у Красногорска, самого крупного из ближайших городов, есть какое-то налаженное автобусное и железнодорожное сообщение с Москвой, то здесь эту инфраструктуру с учетом масштаба стройки придется создавать заново. Сейчас застройщик везде говорит о проекте надземного метро «Стрела», которое якобы соединит станцию метро Мякинино с новым городом. Но, насколько мне известно, этот безумно дорогой проект ни с кем не согласован, и вряд ли это когда-нибудь произойдет. В его реализацию никто не верит.
Есть ощущение, что мы окажемся в гетто.
Особенно возмущает, что это не какой-то естественный процесс, который складывается годами и связан с развитием общества, урбанизацией, а не имеющий под собой никаких рациональных причин поступок по отношению к жителям Московской области. И продвигают его руководство нашего региона и ряд бизнесменов, которые, видимо, преследуют свои личные интересы и не думают о том, чтобы сохранить хоть какой-то минимально приемлемый экологический и социальный фон западного Подмосковья.
Крайне обидно, когда люди, просто узнав о застройке бюджетным жильем наших мест, считают это правильным, поскольку наконец-то зажравшиеся «рублевские» получат то, что нужно было, и что все теперь смогут жить «на Рублевке».
Я часто сталкиваюсь с комментариями подобного характера в социальных сетях или обсуждениях статей. Но на самом деле процент людей, которые поселились здесь в недавно построенных населенных пунктах, не так велик по сравнению с исторически сложившимися пунктами и их населением, как принято считать. Это расхожий стереотип.

Если, не дай бог, эта стройка начнется, то надо понимать, что та красивая картинка с деревьями, аккуратными улицами и дворами, которую обычно презентует «Мортон» и которая была представлена на Градостроительном совете губернатора, — это то, каким город сможет быть, скажем, лет через десять, не раньше. А до этого будет гигантская стройка с шумом, пылью, машинами. Будут тысячи рабочих, которым нужно где-то жить, покупать еду, проводить свободное время. Мне кажется, местные власти совершенно об этом не задумываются.

Помимо понятных проблем с транспортом и экологией, есть много вопросов к инфраструктуре для новых жителей. В каких лечебных учреждениях их будут обслуживать, в какие детские сады они поведут своих детей? Уже сейчас все они переполнены.

Не хочется об этом лишний раз вспоминать, но у нас есть серьезная проблема с захоронениями. На территории, где собираются строить город, есть всего четыре сельских кладбища. Сейчас здесь 21 тысяча жителей, и кладбищ для них едва хватает. Одно из них, Ильинское, уже закрыто для посторонних захоронений. А на плане «Мортона» вообще не предполагается создание кладбищ.
По истории «мортоновских» строек можно проследить, что социальная инфраструктура создается ими далеко не в первую очередь, а иногда не создается вовсе.
Так что мы переживаем не только за себя, но и за тех возможных жителей «Мортонграда», которые затем просто перейдут на нашу сторону, осознав, что «Мортон» в очередной раз обманул своих покупателей.

Если трезво оценить этот проект, то он, по большому счету, не нужен ни жителям, ни правительству Московской области, никому.

Мы бы, конечно, хотели, чтобы на этих территориях сделали либо заказник, так как это второй пояс столичной санитарной зоны, а рядом Рублевская водокачка, которая снабжает водой треть Москвы, либо вернули эти земли в сельхозоборот.
Владимир Омельченко
Пенсионер, коренной житель поселения Ильинское:
Наш дом еще в 1920-х годах был перенесен на нынешнее место у Ильинского шоссе с набережной реки. Я его несколько лет назад восстанавливал. Уже сейчас из-за ужасного шума пришлось поставить пластиковые окна. Если же будет расширение шоссе, то дорога пройдет, как минимум, там, где сейчас забор, если не прямо по моему участку.
Жить будет просто невозможно. Просто собирай вещи и уезжай. А я в этом доме родился. И родители познакомились здесь же, в Ильинском, во время войны.
Стройка может привести к тому, что грунтовые воды у нас вообще уйдут. Роща несчастная, которая стоит на краю нашего кладбища, засохнет просто. Исчезнет последняя зелень, которая оставалась поблизости. Мы останемся просто на плешине. Я уж не говорю о людях, у которых там колодцы были или скважины мелкие. Вода оттуда уйдет.

Ильинское всегда считалось дачной зоной, как сейчас говорят, рекреационной. А теперь ему грозит превращение в грязное предместье «Мортонграда».
Дмитрий Тетерук
Работает в сфере IT, житель деревни Грибаново (входит в состав сельского поселения Ильинское):
Мы с семьей окончательно переехали в Ильинское из Москвы этим летом, до этого полтора года делали в доме ремонт. Одна из основных причин переезда — экономическая. В Москве жилье какой-то приемлемой площади для нас слишком дорого. И экология, конечно. Плюс шум и другие подобные для Москвы вещи, которых здесь не было.

Если все же построят этот «Мортонград», мы будем всерьез думать о том, чтобы продавать дом. Я вообще не против людей, которые могут туда заселиться, но проект не предусматривает никакого транспортного решения.

Сейчас я встаю в 5:40 и выезжаю в 6:30, чтобы приехать к семи утра. Раньше я ездил на работу к девяти — приходилось выезжать в 7:30–7:40. Я не хочу тратить полтора часа на дорогу, поэтому опытным путем (каждый день выезжал чуть раньше) подобрал этот новый график.

Практически все схемы, предложенные в проекте, выводят на Новую Ригу с использованием существующих въездов. Там уже сейчас везде пробки. А что будет, если там еще построят район в половину Красногорска? Даже не представляю, во сколько мне придется выезжать. Может, в четыре утра, а может, проще вообще с работы не уезжать? А метро, о котором они говорят, обещают построить уже три года.
Везде, где «Мортон» строил, они всем обещали, но толку никакого. Все их обещания — это просто какая-то ненаучная фантастика на грани абсурда. Они просто хотят построить муравейник и загнать туда как можно больше людей.
Я понимаю тех людей в Ильинском, которые под влиянием местной власти покорно соглашаются с необходимостью стройки. Им вместе с «Мортонградом» обещают развитие инфраструктуры. Мол, придет добрый дядя-застройщик и решит все ваши насущные проблемы.

На самом деле в сельском поселении необходимо сделать несколько простых вещей. Первое: поставить банкомат Сбербанка, чтобы не ездить восемь остановок на автобусе до ближайшего отделения. Второе: открыть местную поликлинику на пять-шесть кабинетов с терапевтом и приезжающими несколько раз в неделю специалистами. Третье: увеличить количество общественного транспорта и удобных маршрутов от Ильинского до ближайших транспортных развязок.

У Ильинского сейчас профицитный бюджет. В 2015 году сумма профицита превысила 200 миллионов рублей. Сами понимаете: земля дорогая, крупные арендаторы — все это приносит хороший доход. При желании никаких проблем с выделением средств из бюджета на решение этих проблем не будет. И никакого застройщика с «Мортонградом» не нужно.
К сожалению, жители не умеют бороться за свои права. Что им глава поселения скажет, то они и делают. Люди ходят на выборы, голосуют за действующего главу, потому что привыкли к нему, но потом спросить с него они не могут. Типичная для всей нашей страны ситуация.
Все это время, как мы узнали о «Мортонграде», мы ведем борьбу. Вне зависимости от того, насколько сильно это нас затронет, во сколько бы мне ни пришлось вставать на работу, сам факт стройки на данных территориях является нарушением закона. А ее все равно всячески проталкивают. Меня это задевает, прежде всего, как гражданина. Я так и говорил на публичных слушаниях тем людям, которые пришли проголосовать за проект (кстати, в отличие от активистов, которые борются с «Мортонградом», эти люди появляются, когда нужно где-то что-то поддержать, а потом снова пропадают), что нарушение закона — это преступление, а те, кто его совершает, — преступники, будь то строительная компания, чиновники или кто угодно. Если кто-то придет и обворует ваш дом или угонит машину, то есть нарушит закон против вас лично, вы же будете требовать справедливости? То же самое и с этим проектом — я его воспринимаю как преступление в отношении себя и буду требовать соблюдения законов.
«Мортон» и его друзья
«Мортон» — одна из крупнейших строительных и девелоперских компаний в России. Главный для бизнеса «Мортона» регион — Подмосковье. Общий портфель жилья, построенного «Мортоном» — 7,9 млн кв. м. Среди крупнейших проектов компании — «Бутово-парк» (более 2 млн кв. м), «Восточное Бутово» (1 млн кв. м), район в Зеленограде (540 000 кв. м). В 2014 году выручка «Мортона» составила более 60 млрд рублей.

Главным лоббистом «Мортона» называют первого заместителя председателя правительства Московской области Ильдара Габдрахманова — якобы, во многом благодаря его содействию компания за несколько лет заняла лидирующие позиции в подмосковном строительном бизнесе. Еще одним влиятельным другом «Мортона» считается первый заместитель министра строительного комплекса Московской области Сергей Пахомовов.

Не меньше дружелюбия подмосковного чиновничества развитию бизнеса «Мортона» способствовали связи с силовиками. При министре обороны Сердюкове «Мортон» получил контракты на строительство жилья для военнослужащих в Балашихе. Выполнял «Мортон» и контракты с Внутренними войсками МВД. В «Бутово-парке» «Мортон» обслуживает интересы еще одной силовой структуры — ФСБ. Компания строит дома на землях ФСБ и предоставляет квартиры сотрудникам госбезопасности.
Развитию бизнеса «Мортона» способствовали и связи с силовиками. «Мортон» получал контракты с Минобороны и Внутренними войсками МВД. В «Бутово-парке» «Мортон» обслуживает интересы ФСБ. Компания строит дома на землях ФСБ и предоставляет квартиры сотрудникам госбезопасности.
По данным Forbes, с 2005 года «Мортон» сопровождают скандалы, связанные со строительством в природоохранных зонах, незаконной вырубкой деревьев и другими нарушениями в экологической сфере. По факту вырубки 1,2 га деревьев на территории национального парка «Лосиный остров» даже возбуждалось уголовное дело, которое, впрочем, ничем не закончилось. «Они сумели закрыть уголовное дело — серьезные ребята», — комментировал ситуацию изданию Forbes бывший замглавы Росприроднадзора Олег Митволь. По мнению эксперта Алексея Бутьева, в «Мортоне» вообще «не заморачиваются разработкой проектов планировки» (это способ удешевить строительство объектов), а «просто приходят и все расчищают под бульдозер». По данным Бутьева, на территории поселка Авиатор, где здания войсковой части перемежались сосновым и березовым лесом, строители просто «все сровняли, выстроили свои коробки, сейчас там ни деревца». А в Балашихе несколько лет продолжается скандал из-за построенных «Мортоном» очистных сооружений — все нечистоты фактически попадают в реку Пехорку.

Поучаствовал «Мортон» и в уничтожении исторического наследия столицы.
6 сентября 2015 года компания снесла здание на Красноказарменной улице в Лефортово. Оно было построено в 1914 году как госпиталь для лечения раненых на фронте Первой мировой войны солдат. Правда, еще в в 2005 году Правительство Москвы выдало странное предписание о сносе этого единственного сохранившегося в столице госпиталя Красного креста, в котором служили медсестрами дочери последнего русского императора, где стены хранили помять о многих умерших от ран солдатах. Но в начале сентября 2015 года Всероссийское общество охраны памятников и культуры направило в органы власти заявление о том, что это здание обладает признаками культурного наследия. Столичный департамент культурного наследия должен был рассмотреть это заявление и определить реальную историко-культурную ценность объекта. Пока заявка находилась на рассмотрении никаких работ на объекте вести было нельзя, и тем более его нельзя было сносить. Однако закон не остановил бульдозеры «Мортона».

Президент ГК «Мортон» Александр Ручьев позднее оправдывался за снос здания, утверждая, что это «обычное ветхое здание, коих в Москве десятки, в них собираются бомжи на ночлег». Это интервью было дано сайту «Русская планета», де-факто подконтрольного «Мортону». История «Русской планеты» заслуживает отдельного внимания. В 2013 году строительная компания вложила в «Русскую планету» немалые средства, чтобы превратить маргинальный сайт в передовое интернет-медиа. Была сформирована сильная профессиональная редакция во главе с Павлом Пряниковым, и за несколько месяцев «Русская планета» благодаря уникальным текстам и хорошему новостном отделу в разы увеличила свою аудиторию.

Некоторое время инвесторы не вмешивались в редакционную политику, ограничившись лишь одним простым условием: редакция не должна подвергать жестким нападкам Владимира Путина и патриарха Кирилла. Однако после победы революции в Украине и аннексии Крыма у редакции начались проблемы. Сперва с сайта потребовали снять репортаж о «русской весне» в Крыму — инвесторам не понравилось, что в тексте было рассказано, как сторонники присоединения Крыма к России пьют на улице спиртные напитки. Дальше давление на редакцию усиливалось.

Все закончилось увольнением Павла Пряникова, который, по мнению инвесторов, проводил недостаточно патриотичную редакционную политику, а сайт был эклектичен и ориентировался на чуждые западные ценности. К тому же «Русская планета» при Пряникове не отражала «заявленный в проекте русский космизм».

Большая часть журналистов после увольнения Пряникова покинула «Русскую планету», а сайт вскоре превратился в верноподданический ресурс, на котором публикуются тексты с заголовками «США готовят раздел Центральной Азии» и «Америка разыграет свой последний козырь».

В мае 2015 года появились сообщения, что «Мортон» перестал финансировать «Русскую планету», так как интересы компании «сместились из медиабизнеса в область ИТ и высоких технологий». Впрочем, у «Русской планеты» остался другой акционер — пиар-агентство «Медиа-шторм», которое обслуживает «Мортон» и, по некоторым данным, полностью от него зависит.
Анатолий Чубайс, Михаил Мень, Андрей Воробьев и президент ГК «Мортон» Александр Ручьев на церемонии открытия проектно-производственного комплекса ДСК «Град». Фото: Михаил Метцель / ТАСС
Made on
Tilda