Badge blog-user
Блог
Blog author
Админ

В защиту действующей Конституции. Проект радикальной судебной реформы

4 Января 2016, 15:07

В защиту действующей Конституции. Проект радикальной судебной реформы

Статистика Постов 65
Перейти в профиль

<anons>Это — последний пост из цикла «В защиту действующей Конституции». Он о радикальной судебной реформе как альтернативе замены действующей Конституции и как средстве ее защиты.</anons>

Слово «радикальная» здесь ключевое, так как большинство существующих сегодня предложений паллиативны. Почему я их так называю? Дело в том, что все эти предложения сводятся, по существу, к освобождению судей от разнообразных форм зависимости — предлагается сделать их действительно независимыми от председателей судов, от прокурорских, от других административных органов. Однако у меня два вопроса. Первый: все ли согласны с тем, что главной миссией отечественного судьи является вынесение законного и обоснованного решения по делу? Те, кто с этим согласен, продолжает читать этот пост, кто не согласен — идет играть в футбол или в маджонг или писать новую Конституцию. Для продолжающих чтение второй вопрос: предположим, мы сделаем судей совершенно независимыми от всего и ото всех; откуда следует, что такие независимые судьи будут выносить законные и обоснованные решения? Выясняется, что ни откуда не следует. Более того, легко показать, что у отечественных судей, как у всех остальных граждан страны, жизнь по закону не является нравственным императивом. А значит, будучи предоставленными сами себе, судьи все равно не станут действовать по закону — у них найдется множество причин, чтобы принять не законное решение, а то, которое им в данный момент представляется более выгодным, в каком бы смысле ни понимать слово «выгодный».

Поскольку этот вопрос интересует меня давно, я собирал различные эмпирические данные и в конце прошлого года опубликовал их в журнале «Хозяйство и право», в 12-м номере. Так что написанное выше — не мои досужие измышления, а выводы, надежно подтвержденные фактами, социологической эмпирикой. Здесь я эту эмпирику не привожу, так как жанр у этого поста другой, но кто хочет — может взять в любой библиотеке журнал и прочесть мою статью.

Отсюда прямой вывод: недостаточно сделать судей независимыми; надо еще, чтобы долг судьи — выносить законные и обоснованные решения — судьями не просто осознавался, чтобы они не просто выдавали правильный ответ на вопрос о своем долге (это они делают и сегодня), а чтобы этот долг воспринимался ими как нравственный, ценностный императив. Судьи должны быть такими, чтобы вынесение незаконного решения было для них внутренне неприемлемым, ну, как, например, есть руками на званом обеде или отказаться помогать престарелым и немощным родителям. Мы знаем, что кое-кто так делает, но осуждаем таких людей и сами стараемся так не поступать.

Кажется банальностью, правда же? Да где ж их взять, таких судей?

Сказано ведь — других судей у них для нас нет. Так то у них для нас, а у нас для себя есть такие люди, которые вполне могут и должны быть судьями, но сегодня не хотят. Во-первых, не хотят, а во-вторых, никогда не пройдут тот adverse selection, который сегодня создан для судей.

Почему я думаю, что такие люди есть? Да я их сам лично видел и судился у них в конце девяностых — начале двухтысячных в системе арбитражных судов. Эта система создавалась с нуля, и создавали ее люди¸ которые хорошо понимали, что такое судья и что такое законность и обоснованность судебного решения. Во вновь создаваемую систему была возможность набирать именно нормальных судей, и к началу двухтысячных их как раз в этой системе стало много, хотя было, конечно, немало и обычного судейского хлама. Но именно к началу двухтысячных число нормальных судей в этой системе уже было готово перевалить через некоторую границу, чтобы система смогла начать постепенно самовычищаться. В это время (2003 год) началось дело ЮКОСа, которое затронуло и арбитражи, и уже к концу двухтысячных в них в качестве судей набили прокурорских, и арбитражная система покатилась в обратную сторону. Стали вычищать нормальных судей.

То же самое показывает и социология, имеющаяся в моей статье (см. выше). Среди выпускников юридических вузов довольно много юридического дерьма, но примерно 25% (это совсем не мало) из них вполне качественные юристы и заряженные на законность. Но не они идут в следователи, в прокуратуру, в судьи. Туда идут сегодня худшие выпускники, а лучшие идут в инхаусы (работники юротделов компаний), в юридические консалтинговые фирмы и в адвокатуру.

Социология показывает, что судейский корпус сегодня состоит из двух, так сказать, когорт. Одна — это бывшие помощники судей, секретари судебных заседаний (т.е. судейская бюрократия). Другая — бывшие следователи и прокурорские. Судьи сегодня — это корпорация, тесно связанная с органами карательной юстиции, и в ней корпоративные связи и ценности куда сильнее, чем законность и обоснованность решений. Ну и за бабки, конечно, многое решается.

Одной из важных задач радикальной судебной реформы является замена всех без исключения сегодняшних судей. Почему же всех? Ведь многие из них вполне порядочные люди, надо лишь прекратить заставлять их делать гадости. Дело как раз в том, что нет там таких.

Человека, которого можно без особого труда заставить нагадить, уже нельзя в полной мере назвать порядочным, правда же? Если бы отказ грозил ему чем-то действительно серьезным, там, гибелью или арестом. Так нет же, чтобы не гадить, ему вполне достаточно перейти на другую работу.

И те, кто не хотел встраиваться, те, кто не хотел штамповать чужие решения даже как потенциальную возможность, — те ушли. Работают адвокатами, инхаусами, преподают. А те, кто остались, кто прошел этот adverse selection, — тех это устраивает. Даже если им конкретно не приходится штамповать решения, принятые не ими, они в принципе к этому готовы. Поэтому они все должны быть удалены. Не разом, конечно, а достаточно постепенно, — но радикально. Поскольку мы про этих уже знаем, чего они стоят, их всех надо убрать. Этой мерзости перед Господом не должно остаться в нашей судебной системе.

Ну, выгнать этих — другие такие же придут. А вот этого-то и нельзя допустить. На входе должен быть отбор. А то негодное, что проскочит через этот отбор, должно быстро самовычищаться из системы.

Сегодняшний отбор судей ведется самой судейской корпорацией. Созданы специальные, иерархически построенные органы судейского сообщества, квалификационные комиссии, состоящие из самих судей и представителей общественности. Считается, что именно так обеспечивается независимость судей от других ветвей власти.

Действительно, в странах западного мира этот способ неплохо работает на независимость. Не надо только забывать, что правосознание в этих странах иное. Отбор там идет среди людей, одной из высших ценностей которых является служение закону.

И там, конечно, попадаются моральные уроды, продажные судьи и т.д., но их мало, они быстро и легко вычисляются и устраняются. В нашей же ситуации иерархически построенное судейское сообщество оказывается вовсе не сообществом, а, по сути, корпорацией. Корпорацией управляемой. Представляете, судьям присваиваются квалификационные классы, прямо как воинские звания. У них и своя форма имеется. Управление такой корпорацией в наших условиях легко перехватывается бюрократией, что мы и наблюдаем в натуре.

Надо полностью ликвидировать эту судейскую корпорацию, разбить, расколошматить ее в хлам. Все, кто озабочен судебной реформой, говорят о влиянии председателей судов и предлагают снизить зависимость судей от председателей. А на... (т.е. зачем) они вообще, эти председатели, а? Что такого они делают, что не может сделать обычный администратор, который находится в подчинении судей данного суда, а не наоборот? Убрать к чертовой матери всю эту иерархическую структуру из суда.

И вот еще что. Судьей у нас можно стать с 30 лет (арбитражным судьей — с 25), и назначаются они без ограничения срока полномочий. Предельный возраст судьи — 70 лет. И они несменяемы. В западном мире несменяемость судей — важнейшая гарантия их независимости. В наших условиях судьи, хоть и декларируют в качестве своей миссии служение закону, в действительности совершенно на это внутренне не сориентированы. Одна из главных их задач после назначения — тихо и мирно досидеть на этой должности, повышая свое «воинское звание» (или карьерно подрасти внутри судейской корпорации) до пенсии и, по возможности, хапануть на старость. А у многих из них зарабатывание на своих должностных возможностях — главная цель попадания в судьи.

Несменяемое пребывание в должности с 30(25) лет и до 70 лет (т.е. 40–45 лет) очень способствует людям с нашим правосознанием к такому целеполаганию. Именно это и создает корпоративное сплочение в судейской корпорации.

На мой взгляд, это одна из главных ошибок создателей современной российской судебной системы. Они взяли весьма успешный западный опыт и перенесли его в нашу жизнь. А мозги-то совершенно разные. Я не спорю с тем, что, вполне возможно, и мы постепенно придем и к неограниченному сроку полномочий судей и к судейскому сообществу (подчеркну, не к корпорации, а к сообществу). И тут не надо путать юридическое сообщество или даже корпорацию, которая имеется, например, в Англии, с судейской. Да мы и не в Англии.

Судей надо назначать на должность не более, чем на три—четыре года и переназначать на тот же срок не более чем один раз. Они должны знать, что через точно определённое время они перестанут быть судьями. Более того, второй раз судью следует назначать работать в другой суд и, желательно, в другой субъект федерации. Надо всеми силами воспрепятствовать воспроизводству бюрократической судейской корпорации.

И, уйдя в отставку, судья не должен иметь права заниматься никакой деятельностью, кроме преподавательской, научной и иной творческой, как сегодня это ограничение действует для адвокатов.

Следует полностью запретить назначать судьями лиц, работавших перед этим в судейской бюрократии, в прокуратуре, в следствии и МВД. Не менее, чем 5–7 лет до работы судьей человек должен поработать независимо — как от судейской бюрократии, так и от борьбы с преступностью, а лучше всего, чтобы и от государственных учреждений и организаций.

Я уже сказал, что судейскую корпорацию надо разломать в хлам, и повторю еще раз. Никто ее намеренно не создавал. Создатели сегодняшней судебной системы добросовестно взяли за основу западные элементы статуса судей. А российское правосознание подверстало их под себя, создав зловещего монстра. На мой взгляд, нет в нашей сегодняшней общественной жизни большей мерзости перед Господом, чем сплоченная, иерархически выстроенная и отлично управляемая правящей бюрократией наша судейская корпорация.

Это именно она проводит в жизнь весь тот произвол, который стал у нас обычным делом. Никакая замена Конституции не поможет, если этого монстра не устранить. И наоборот, если удастся создать нормально работающую судебную систему, никакой новой Конституции не понадобится.

Следующий важный элемент судебной реформы — отбор тех, кто в меньшей степени поражен недугом, названным мною в одном из прошлых постов правовым утилитаризмом. Отбор тех кандидатов, для которых служение закону если и не является миссией и главным моральным выбором — такие у нас вряд ли есть, — то хотя бы долг служения закону у этих людей не так легко, как у огромного большинства, забывается за повседневной жизнью, желанием сохранить теплое место, желанием деньжат подкопить. Сегодняшнюю систему отбора судей самими судьями следует прекратить. Ни судей, ни прокурорских, ни людей из системы МВД, Минюста и прочих госорганов на сто шагов нельзя подпускать к отбору судей. В этом отборе важны не знания — экзамен они сдадут, конечно, — в этом отборе важна психология человека. Кандидаты в судьи должны проходить через глубокое интервью со специально обученными психологами. Это дорого, но на это, на мой взгляд, стоит потратиться.

Как можно создать такую систему, чтобы она не зависела ни от каких госорганов? Для этого, полагаю, все же придется внести точечное изменение в Конституцию, изменить ее главу 7, так как действующая Конституция предполагает назначение судей президентом. Для создания такой системы отбора я бы создал национальный орган по отбору судей и сделал бы его минимально зависимым от бюрократии. По опыту — менее всего зависит от бюрократии университетская профессура. Вот и формировать этот орган из профессуры через ученые советы университетов. Конечно, и здесь можно найти каналы влияния, но это сложнее. Здесь нужно продумать технологию, систему финансирования, но я специально на этом не останавливаюсь, а пишу только о принципиальном.

Поскольку все же приходится лезть в Конституцию, то механизм отбора судей следует закрепить в ней на таком уровне, чтобы никакие президенты, думы и прочие не могли туда сунуться. Наподобие того, как это сделано сегодня для главы 2 Конституции.

И последнее, что необходимо сделать: бюрократия должна бояться судей. Почему бояться, а не уважать? Они не привыкли уважать никого. За сто лет привычка плевать на всех, в том числе и на суды, въелась в души наших бюрократов.

Вспомните, как один из судов пытался разобраться в причинах гибели заложников «Норд-Оста». Пытались пригласить в суд г-на Лужкова, тогдашнего мэра Москвы, который руководил операцией спасения заложников. Плюнул он на этот суд и не пошел. Сказался занятым. А вот бояться они приучены. Полагаю, судам надо предоставить возможность крепко наказывать тех, кто не уважает их решения. А чиновников в таких случаях надо от должности отстранять.

В завершение хочу заметить, что я совершенно сознательно не касался здесь судов присяжных. Расширение компетенции судов присяжных, безусловно, очень важно. Но, во-первых, об этом практически нет спора, а во-вторых, в каждый судебный процесс присяжных не посадишь, а судья нужен в каждом процессе. Поэтому проблема судов присяжных — это отдельный разговор.

Вот, собственно говоря, и все. Соберу вместе все четыре описанные выше элемента радикальной судебной реформы (кроме присяжных, разумеется):

1) избавление от всех тех, кто сегодня служит судьями; от всех без исключения, начиная от мировых судей и до конституционных;

2) разгром судейской корпорации и создание механизмов, предотвращающих ее воссоздание и смычку с органами борьбы с преступностью;

3) создание механизма отбора судей, независимого от правящей бюрократии, путем глубокого изучения правосознания кандидатов на эти должности;

4) наделение судей полномочиями по наказанию вплоть до отстранения от должности любых лиц, проявивших неуважение к их решениям.

Иногда задают такой вопрос. Страна полностью поражена тяжелой болезнью. Нет ни одного здорового места, ни одной здоровой системы, на которую можно было бы опереться, вытягивая страну из того дерьма, в которое она исторически попала и затем по-крупному влипла благодаря деятельности коммунистов. За что тянуть, на что рассчитывать? Один из ответов пытается дать Екатерина Шульман. Она считает, что здоровыми клетками, с которых может начаться выздоровление, являются те ростки волонтерства, благотворительности, краудфандинга, в которые сегодня преобразовалась энергия протеста 2011–2012 годов и некоторый рост которых мы действительно сегодня наблюдаем (я, например, с радостью). Полагаю все же, что без весьма жесткой посадки нынешнего режима мы не обойдемся. И самую важную в стране систему —судебную — надо будет с нуля создавать защищенной. Защищенной как от бюрократии, так и от народа. Да, именно от народа, так как то, что обычно называют народом, к сожалению, превратилось у нас в стране в агрессивно-послушное большинство, которым очень легко манипулировать.

Только с помощью нормальных судов мы сможем защитить Конституцию, как действующую, так и любую другую.

util