Badge blog-user
Блог
Blog author
Андрей Мальцев

ТРИ СМЕРТИ

17 December 2015, 10:32

ТРИ СМЕРТИ

Статистика Постов 1
Перейти в профиль
Николай Беляев

8 декабря в Санкт-Петербурге на 94-ом году жизни скончался подполковник Николай Беляев, комсорг 756-го полка, солдаты которого водрузили знамя победы над Рейхстагом.

Он был последним, остававшимся в живых, участником штурма Рейхстага в мае 1945 года.

«Мы шли к Рейхстагу небольшой группой. Бойцы с флагом и группа прикрытия, куда попал и я. Был на левом фланге — мы отбивали атаки фашистов с реки. Оттуда, где находилась моя позиция во время штурма, флаг было не разглядеть: вид закрывало громадное здание. Поэтому мы поверили бойцам на слово: сказали, что установили знамя — значит установили. Позже, когда бои стихли, я дошел до штаба, чтобы поздравить Егорова и Кантарию. У них все руки были в крови. Они лезли на купол, а там все было в стеклянных осколках».

После войны подполковник Беляев еще некоторое время служил на Тихоокеанском флоте, потом работал на фабрике «Красное знамя» в течении 40 лет.

Каждый из нас должен очень четко отдавать себе отчет, что ветераны — единственная и последняя наша легитимная элита. Когда мы ее потеряем, мы останемся один на один с собой. У кого хватит смелости назвать элитой теперешних политиков, военных или артистов? В большинстве обществ именно элиты переосмысливают стиль и определяют смысл жизни всех его членов. Наши ветераны — последние, кто понимает чего стоит жизнь человека и как надо жить, чтобы быть счастливым.

Пристрастие наших властей к «празднованию» дня победы определяется именно этим. Каждый бессмысленный прыщ в виде мэра, губернатора или президента жаждет позировать на трибунах рядом с солдатами той войны; все они улыбаются в камеру, обнимают растерявшихся стариков, точно знающих, что улыбка и объятия не могут быть неискренними, делаными. Каждый зам. председателя комиссии по созданию комиссий стремится вручать им какие-то награды от своего имени будто эти медальки, легкие как пушинки, могут что-то значит для тех, кто получал ордена за форсирование Вислы и Дуная, за освобождение Вены и Берлина — награды, тяжелые, как исполинские валуны, и которые каждый из них до сих пор имеет силу носить на своей груди.

Желание быть ближе к этим последним еще живым героям выдает страх наших «элит», состоящих из подлых воров и нуворишей худшего порядка, которые уверены, что если они пять минут постоят рядом с ветеранами, то на них перейдет часть их силы, смелости и славы. Нет, не перейдет. Вы смотритесь рядом сними как карлики.


Эльдар Рязанов


30 ноября в Москве в возрасте 88 лет умер режиссер и поэт Эльдар Рязанов. В 1977 году, когда вся советская жизнь уже была анекдотом, Рязанов снимет «Служебный роман» и страна вдруг поймет, что человеку, если он любит и хочет быть любимым, может быть и не до министра. До этого никому и в голову не приходило, что в СССР где-то кому-то вдруг может быть «не до министра». Но вот Рязанов открыл, что человек — это не штатная единица, не строитель коммунизма, не передовик производства, не последовательный марксист, не совслужащий, а просто ч е л о в е к. Для многих это стало сюрпризом. В 1988 году выходит «Дорогая Елена Сергеевна». Рязанов показывает нам, какие дети у нас выросли и кто уже через какие-то пять лет займет места «в верхних эшелонах власти и бизнеса». Ключ от сейфа — вот их единственная цель в жизни и так будет с ними, их детьми и их внуками по сей день.

В 1991 он снимает «Небеса обетованные»: нищие обитатели городской свалки благодарно приняли осень жизни, как и осень года, завернулись в тряпье и ползут умирать, как и вся тогдашняя страна. Но внезапно их спасают инопланетяне и они на сверкающем паровозе улетают в неведомые, но, видимо, светлые дали. Уверен, у многих тогда было ощущение, что спасти их могут только инопланетяне. В 2000 году Рязанов выпускает «Старые клячи», где судьба Елены Сергеевны проясняется. Она оказывается на автомойке, выброшенная из жизни, старая и некрасивая. Ее обманывают, подвергают позору и издевкам те, кто еще недавно так хотел ключ от ее сейфа и унижался перед ней. Самый настоящий Конец Истории.

Рязанов был просто кинорежиссером лишь первую половину своей жизни. Потом он стал Демиургом, методологом и философом, объединяющим время. Вопросов было много и Рязанов не плодил другие вопросы. Он искал ответы. Для него, в отличии от творивших параллельно, а подчас и рядом с ним, всегда было ясно, «что же будет с родиной и с нами». Задача по объединению времени, с которой так успешно справлялся Рязанов — важнейшая для нас, тех у кого нет корней. Кто мы, откуда пришли, и куда идем — вот что нам нужно понять чтобы добиться хоть каких-то успехов. Свалить эту задачу нам не на кого.


Роман Мазуренко


А 28 ноября в Москве погиб Роман Мазуренко. Когда Роман приехал а Москву в 2006 году, то, что принято называть «путинским гламуром» было в самом разгаре, и как раз те 200-400 человек, с которыми он тогда познакомился в этом городе, и которые к этому гламуру не имели никакого отношения, стали к 2009 главной московской движущей силой и генераторами идей.

Помню, что с его появлением в Москве стала широко использоваться формулировка «впервые в Москве». Каждое второе событие, происходившее в столице, проходило под этим слоганом. Например, в 2005 впервые в Москве играл диджей Тига. Было это в довольно жутком кафе «Мио», где, как тогда было принято говорить, «были все». Это была основа того, что позже назовут «тусовочкой» и для кого создадут клуб «Солянка». Было около 200 человек: кто-то работал в журнале «Афиша», кто-то фотографировал своих друзей и выкладывал снимки в рубрику «look» только что запустившегося коллективного (да, и так, оказывается, можно) блога LookAtMe.ru, кто-то занимался музыкой, кто-то модой, а над всем этим парило всегда чуть задумчивое лицо Романа Мазуренко.

А потом случилась «Idle Conversation». Вроде обычная дискотека, но это было как гром среди ясного неба: оказывается, можно как в Берлине, только в Москве. Эту фразу «айдол конверсэйшэн» шептали как мантру и в «меховом холодильнике» и в курилке ПТУ на Янгеля.

Я очень хорошо помню Москву осенью 2009 года. Это был фейерверк. «Три дома на вечер» звали каждый вечер. После старта и оглушительного успеха «Idle Conversation» в Москве впервые за 10 лет, наверное, стало не модно употреблять наркотики, а всякие трансовые и техно вечеринки оказались устаревшими за какой-нибудь месяц. В это же время на вечеринках в Москве, в общем и целом, перестали пить. Роман объяснил, что, оказывается, можно не заказывать «лонг айлэнд» через каждый 20 минут и не ходить в туалет с карточкой и сигаретой «парламента» каждый час. Все это было большим достижением для Москвы, которая еще пару лет назад по его собственному выражению была «распутной девкой». Роман стал кем-то вроде Великого Гэтсби.

Потом он стал бородатым и взрослым, писал летнюю программу института «Стрелка», основывал платформу для создания визуального контента «Stampsy» и в феврале объявил, что перезапускает свой стартап.

Все, кто в 2006-2010 годах наблюдал строгие пиджаки Романа среди феерии Москвы понимал, что вот с такими людьми и придет к нам Европа. Что «Цаопа» (намек на то, что Москва стала европейской только в пределах Центрального Административного Округа) канет в лету и мы заживем в новом, милом и удобном городе, а, может быть, чем черт не шутит, и целой стране!

Не случилось.

Не долго музыка играла, не долго Капков танцевал. Теперь по Москве ходят люди с плакатом «мы не майдауны», а в школах преподают православие. Мы стали так далеки от Европы как только что-либо может быть далеко от чего-либо.

Мы уже много разных Россий потеряли. Теперь теряем и ту, что якобы создавалась самим Путиным — благополучную, берущую кредиты. Впереди снова нищета и мрак. Очнемся как ото сна, потому, что, как писал Демьян Кудрявцев, «где бы ни был мой последний выдох в лучшей из оставшихся россий».

Я буду стариком в России 40-ых годов XXI века. Все, что мы знаем сейчас — Путин, Навальный, Донбасс, Сирия, все законы нашей нынешней жизни будут пылью и прахом. Список Россий, которые мы потеряли значительно полнится. Терять Россию Беляева, Рязанова и Мазуренко мне было больно, но какая боль ждет нас от потери России, которую ни я, и никто другой даже не собирается создавать.
util