Badge blog-user
Блог
Blog author
Роман Попков
Blog post category
Общество

Бунт молодых

На улицу вышло новое поколение

26 Марта 2017, 21:48

Бунт молодых

На улицу вышло новое поколение

Статистика Постов 59
Перейти в профиль

Когда полицейским, которые ломают руки митингующим, орут «Позор!» и «Фашисты!» экзальтированные тетки, завсегдатаи тысяч оппозиционных пикетов — это одно. Когда тоже самое орут сотни молодых глоток — другое.

Не то чтобы я испытываю эйфорию от сегодняшней московской акции. Конечно же, это еще не новая заря, не новая глава в национальной истории, не Рубикон, определяющий «до» и «после».

Говоря о значении этих московских протестов, вообще очень важно уйти от высокопарных, чрезмерно оптимистичных эпитетов. Но важно и не недооценивать то, что произошло. Явление — не «судьбоносное» и не «эпохальное», но серьезное и интересное. То, что случилось 26 марта, следует описывать вот такими аскетичными, малоэмоциональными словами.

Первое. Тысячи человек вышли на акцию, «несогласованную» с органами исполнительной власти — такого не было уже очень давно. Люди вышли, имея тяжелое знание российской истории последних лет. Они знали о драконовских законах, о еще боле драконовской правоприменительной практике. Знали, что никто из участников акции не застрахован ни от административного ареста, ни от уголовного преследования. Выйти на несанкционированную акцию в 2013 году и выйти на нее сейчас — это два разных поступка.

Второе. Большинство участников акции — молодежь. На Болотной площади и Проспекте Сахарова было по-другому. Там была и молодежь тоже, но она не доминировала. Болотный протест — это протест пресловутого «креативного класса» в возрасте 30+, этих успешных и благополучных столичных обывателей. Еще одна многочисленная категория участников зимних протестов 2011­—2012 годов — архаичная советско-московская интеллигенция с Галичем, Окуджавой и перестроечным «Огоньком» в качестве древнего культурного кода. Сегодня и эти люди тоже вышли на Тверскую, но молодежь господствовала. Произошедшее можно даже назвать молодежным протестом. Многие из них, скорее всего, даже не участвовали в митингах на Болотной — просто в силу юного возраста. Они, вышедшие сейчас на акцию против «Димона», вряд ли помнят о 2008 годе, когда их тогдашние сверстники с дружелюбным интересом оценивали «молодого прогрессивного президента».

Вот эти два обстоятельства — важные. Увидим, станут ли они судьбоносными. Вполне возможно.

И, конечно же, это не только столичная история, митинги были по всей стране. А догадаться о том, что грядет что-то новое и интересное, можно было еще несколько дней назад, когда мы читали распечатку споров между учителями и учениками в одной из обычных школ обычного райцентра Брянской области.

Молодежь, которую тошнит от окружающей действительности, молодежь, которая бунтует — мы это проходили в конце 80-х — начале 90-х. «Авария — дочь мента» и прочие перестроечные фильмы о травматическом, но спасительном разрыве между молодым и старым, искренним и лживым. Мы же это помним.

Вся эта навальновская кампания «Он вам не Димон» была построена очень ярко в плане пиара и маркетинга, но имела и явную идейную хрупкость, была уязвима в плане конспирологического скепсиса. Масса старых оппозиционных активистов с уставшим потухшим взглядом думали все эти дни больше о войне башен, чем о войне с несправедливостью, искали поводы чтобы не выходить сегодня на улицу. И не вышли.

Но еще больше людей, не зараженных грибком конспирологии, вышли протестовать впервые в жизни. Они, счастливцы, не желают разбираться в войне кремлевских башен и прочей псевдополитической архитектуре.

Я не знаю, насколько глубоко и тонко Алексей Навальный просчитывал уличные последствия своей антимедведевской кампании. Но, так или иначе, тысячи молодых россиян пошли по его призыву на очень рискованное дело. Завтра мы опять вернемся в повседневную мрачную русскую рутину, но молодежный бунт воскресного мартовского дня забывать нельзя. Серьезное, важное социально-политическое и даже психологическое явление. В Кремле сейчас будут напряженно думать о случившемся. Должны об этом думать и мы. Не потерять бы эту молодежь, не разочаровать ее, не превратить с помощью публичных межфракционных и межклановых склок в усталых невротиков. Если они сохранят свой огонь — может, тогда в истории нашей родины и случится что-то судьбоносное.

util