Badge blog-user
Блог
Blog author
Оксана Паскаль

И как один умрём в борьбе за это?

12 Февраля 2015, 13:46

И как один умрём в борьбе за это?

Статистика Постов 148
Перейти в профиль
Мы до смешного быстро привыкли к тому, что нас посчитали и поделили. На ватников и креаклов, на майданутых и антимайдан, на либерастов и сопутов, на 84% и 16%. Лично я идеалистично уверена, что из пресловутых восьмидесяти четырёх процентов как минимум половина либо инертна, либо одурачена. Как так случилось, что такое большое количество людей позволило себя одурачить, безоговорочно принимая на веру льющиеся отовсюду помои откровенного вранья? Или слепо доверяя навязанным им сомнительным ценностям?

Я показываю друзьям, как происходит обман, приводя в пример дурную актрису Цыпко из уездного театра, которую им втюхивают то в качестве коренной одесситки, то харьковчанки, а то пять минут как спасшейся из-под бомбёжки жительницы Донецка, а они смотрят на меня незамутнёнными сомнением глазами и говорят, что подделка как раз мои доказательства. Взрослые, умные, образованные, состоявшиеся люди — экономисты, врачи, успешные руководители, все как один верят в собирательного «распятого мальчика». Может в нашей стране просто легче и спокойнее думать так, как подсказывают? Вернее сказать, привычнее. Потому что так учили. Начиная со школы.

Рискуя навлечь на себя очередной шквал упреков, ставших уже привычными, я всё же скажу. В настоящий момент я живу в стране, где детей с самых юных лет учат думать. Самостоятельно. Их учат не зубрить, а понимать. И высказывать своё мнение относительно понятого. Нет никаких канонов в том, как надо воспринимать ту или иную тему. Ставится задача чётко сформулировать свою мысль и доказать право на её существование. Самое же главное — эту мысль иметь.

16-летний сын моей подруги разбил меня на голову в споре об эвтаназии: этой темы в том числе касаются в школах, предлагая детям высказать и обосновать свою точку зрения на этот счёт. Он привёл мне минимум пять аргументов, от морально-этических до юридических, почему её нельзя разрешать. Он это просто знал. И был уверен в своём знании. Самостоятельно.

Их учат так, что, вступив в возраст принятия решений, они умеют эти решения принимать. Самостоятельно. Иными словами, их учат воспринимать себя как личность, как человека, у которого есть своё мнение, и его, это мнение, обязательно станут уважать другие. Потому что эти другие также с детства учились понимать, а не зубрить. А до этого по такой же системе учились их родители. И родители родителей.

И всё это очень сильно не похоже на то, как учили меня. И многих моих соотечественников, успевших пожить и, что самое главное, поучиться по законам советского времени. Нас учили следовать раз и навсегда заданному шаблону. Мы писали сочинения по литературе с заранее известными ответами. Основой всего и вся было идейно-художественное образование.

В тот или иной период времени, в зависимости от идеологических веяний, мы лишались то Достоевского, то Есенина, то Маяковского. У Пушкина нам предлагали поискать степень его отзывчивости на жизнь общественную и политическую, романы Толстого — рассмотреть в их связи с классовыми симпатиями автора, определить степень близости автора «Мёртвых душ» к крепостному крестьянину, рассказы Чехова рассматривать как отображение общественного умонастроения реакционной эпохи. Вообще, кроме точных наук, все остальные предметы в школе были идеологическими дисциплинами. Даже география. Про историю, думаю, и упоминать не стоит.

Я ни в коем случае не утверждаю, что нас учили плохо. В итоге и Достоевского, и Пушкина мы прочитали и поняли. И многие из нас всё же научились мыслить критически. Но как же жалко, что не большинство. Почему именно идеологическая составляющая так глубоко въелась в многих из нас? Почему мы безоговорочно верим всему, что исходит от высокого начальства, по идее, избранного нами для того, чтобы всего навсего исполнять то, во что верим мы?

Потому что нас учили одной мысли на всех. Нас учили быть большинством. Не тем большинством, которое объединяется просто потому, что именно такое количество людей самостоятельно пришло к одному и тому же мнению. А тем, которое с радостью и с готовностью подхватит любое мнение руководящей на тот или иной момент силы. И будет искренне в него верить.

До сих пор не могу понять, как получился 91-й год. Что произошло такого, что подвигло большинство думать и действовать «инакомысляще», хотя и одинаково? Самое любопытное, что полученная в результате этого свобода казалась для всех чем-то очень естественным, само собой разумеющимся — как будто так и должно быть. Как будто не было десятилетий, посвящённых выполнению решений съездов партии.

Почему же желание эту свободу иметь вдруг закончилось? И большинство снова вдохновенно стало думать одну на всех мысль. Довольно грубо и кустарно слепленную. Но это неважно, если она спущена с самого верха. Неужели разгадка в том, что тех, кто учился так думать, всё ещё больше половины населения? Той самой половины, которая как раз и составляет эти удручающие проценты.

Но ведь ужас в том, что это большинство растит себе подобных. Я не могу с уверенностью говорить о том, как сегодня работает система российского образования. Может быть, она стала более свободной от инструкций и идеологии. Наверное, сейчас на уроках литературы по программе не проходят статью Ленина «Партийная организация и партийная литература». А по истории не зазубривают основные тезисы энного съезда партии. Но даже хорошие учителя и хорошая программа не спасёт от окружающей действительности. То есть и через десять лет у нас будет такое же большинство, думающее в унисон. В организованный опытными кукловодами унисон. Замкнутый круг получается.


util