Badge blog-user
Блог
Blog author
Роман Ревунов
Blog post category
Общество

Журналист победил в Верховном Суде

В мае 2016 г. госпожа Надтока выиграла дело в Европейском Суде по правам человека. Теперь — новая победа, на этот раз в Верховном Суде России.

1 Июля 2017, 17:50

Журналист победил в Верховном Суде

В мае 2016 г. госпожа Надтока выиграла дело в Европейском Суде по правам человека. Теперь — новая победа, на этот раз в Верховном Суде России.

Статистика Постов 167
Перейти в профиль

Елена Надтока — владелец и главный редактор новочеркасской газеты «Частная лавочка». Невероятно, но факт: «Лавочка» никого не стесняется и ничего не боится. Диапазон тем, рассматриваемых авторами издания, довольно обширен. В мае 2016 г. госпожа Надтока выиграла дело в Европейском Суде по правам человека. Год назад мы разговаривали об этом за чашкой кофе. Теперь — новая победа, на этот раз в Верховном Суде России и новый повод пить хороший кофе.

— Уважаемая Елена Михайловна! Год назад, после Вашей победы в ЕСПЧ, мы встречались и обсуждали эту действительно впечатляющую историю. Конечно, как молодому, — впрочем, уже не молодому, а средних лет, — холостяку, мне интересно, сколько денег Вы в итоге получили. Если это не является секретом.

— Я получила около шести тысяч евро. Из них четыре тысячи евро это компенсация именно мне, и около двух тысяч — возмещение расходов на оплату адвоката, на перевод материалов дела и так далее.

— После того, как Европейский суд вынес решение в Вашу пользу, правительство России пыталось обжаловать вердикт. Расскажите, пожалуйста, подробнее об этом.

— Решение было опубликовано на сайте ЕСПЧ 31 мая 2016 г. Согласно регламенту, правительство России должно было в течение трёх месяцев выплатить назначенную судом денежную компенсацию. Однако ни в июне, ни в июле, ни в августе деньги не перечислялись, и, как нам впоследствии стало известно, буквально за два дня до окончания установленного срока, представители российского государства подали заявление об обжаловании вердикта в Большую Палату Европейского суда. В октябре Большая Палата рассмотрела апелляцию и отказала в удовлетворении. Решение суда вступило в законную силу в силе. Дальше мы опять ждали денег.

— Дождались?

— Получилась интересная ситуация. Я переписывалась с Галиной Араповой [медиаюрист, директор Центра защиты прав СМИ, г. Воронеж]. Она представляла мои интересы и помогала в обеспечении документооборота, так как с момента так называемой коммуникации ЕСПЧ ведёт переписку на английском или французском языках, поэтому нужны услуги специалиста. Мы собрались направлять жалобу в специальный комитет ЕСПЧ, контролирующий исполнение решений суда, в связи с неисполнением российской стороной своих обязательств. Как раз в это время Галине и мне пришло довольно странное письмо из Минюста России о том, что деньги перечислены! Но они так и не пришли. Затем приходит ещё одно письмо, довольно сердитое, примерно такого содержания: деньги мы послали, но вы указали неправильные реквизиты, поэтому компенсация вернулась обратно.

— То есть Вы ещё и виноватой оказались?

— Да! Мы оказались виноваты. [смеётся]

— Как всегда...

— Хочу отметить: в случае неуплаты в срок компенсации, назначенной Европейским судом, начинается начисление процентов. Я взяла письмо Минюста, пришла в «Сбербанк», попросила проверить реквизиты. Работники банка подтвердили правильность заполнения. Распечатали эти реквизиты еще раз, поставили «живую» печать. Я отослала эту бумагу в Минюст.

— Видимо, Минюст искал формальный повод не платить.

— Может быть. Как бы то ни было, в апреле 2017 года я получила назначенную судом компенсацию.

— В чём юридические особенности Вашего дела?

— В этом деле есть один интересный прецедент. Российское правительство при оспаривании наших доводов заявляло о неподсудности оценочного суждения. То есть упомянутый мной оборот «воровливый алтайский мужик» является мнением. Согласно Конституции в России гарантирована свобода мнений.

— Тем не менее, Вы получили за своё оценочное суждение приговор, который обжаловали в ЕСПЧ.

— Да. Однако в судебном процессе представители российской стороны утверждали, что оценочное суждение должно быть подкреплено какими-либо основаниями. А бывший, но на тот момент — действующий мэр Новочеркасска Анатолий Волков, обвинялся авторами статьи в коррупции, но не был осуждён по этому поводу. Не было уголовного дела. То есть, согласно точке зрения российской стороны, писать о коррупции можно только в связи с официально проводимыми расследованиями злоупотреблений должностных лиц, закончившимся обвинительным приговором. На эти доводы Европейский суд ответил, что отсутствие официального расследования фактов коррупции не ограничивает право журналиста доводить до сведения общественности данные факты, сопровождая их своими оценочными суждениями. Если подобные факты, по мнению журналиста, имели место быть, то журналист имеет право писать об этом, формулировать свои оценки на том материале, которым располагает. Таким образом, в данной части ЕСПЧ создан прецедент, на который можно ссылаться при рассмотрении других подобных дел.

— Расскажите о том, как события развивались дальше.

— Решение Европейского суда является новым обстоятельством, на основании которого может быть пересмотрен российский судебный акт. Галина Арапова предложила использовать это основание для обжалования приговора, вынесенного мне новочеркасским судом. Адвокат Тумас Мисакян (эксперт Центра защиты прав СМИ, которым руководит Галина Арапова) обратился в моих интересах в Верховный Суд. Через некоторое время узнаём, что председатель Верховного Суда Вячеслав Лебедев внёс соответствующий протест. Коллегия ВС его удовлетворила и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе судей.

— Теперь это уже российская юрисдикция и российский процесс. Вы можете претендовать на получение компенсации по реабилитирующим обстоятельствам?

— Во время слушания дела в Верховном Суде мы просили отменить приговор и признать за мной право на реабилитацию. Замгенпрокурора РФ поддержал наши требования. Но в итоге Верховный Суд отменил приговор, но вернул дело в первую инстанцию на повторное рассмотрение в новом составе суда.Получается интересная ситуация: статья, по которой мне был вынесен приго-вор, в настоящее время в Уголовном кодексе отсутствует. Теперь никто не знает, как будет решаться эта коллизия.

— Кафкианский ужас российского правосудия... Позвольте задать ещё несколько вопросов. В последнее время в образованной части общества много рассуждают об усилении давления на независимые средства массовой информации, особенно в регионах. Вы как главный редактор частной газеты ощущаете это давление на себе?

— Нет. Не ощущаю.

— Как такое возможно?

— Давить некому... Другое дело — расценки типографии, почты, падение интереса к бумажной прессе. Хотя в нашем городе те, кто читает в интернете, потом идут и покупают в киоске бумажную версию... К сожалению, многие коллеги сами, добровольно поставили себя в жёсткие рамки. Отсутствие принципов, даже позиции по каким-то вопросам приводит к неизбежной профессиональной деградации. А что касается давления... Сейчас «Частная лавочка» много пишет про администрацию города. Критически пишет. Все общественно значимые истории последнего времени: афера с сиротскими квартирами, кумовство, долг города, экологические проблемы — всё это есть на страницах «Частной лавочки». Но давления я не ощущаю.

— Давайте вернёмся к процессу. Скажите, представители российского государства пытались договориться с Вами, урегулировать проблему в досудебном порядке?

— Нет, никаким образом.

— Вы бы пошли на сделку, если бы поступали предложения?

— Если бы мне предложили отмену приговора в российской юрисдикции и компенсацию затрат, я бы это всерьёз обдумала. Тем более, времени было достаточно для любых переговоров: коммуникация моей жалобы состоялась в 2010 году, рассмотрение по существу — в 2016-м.

— Ваша история в какой-то мере разрушает миф о «всемогущем кровавом режиме», который давит катком, выжигает напалмом все формы жизни. Оказывается, противостоять государству можно. И выигрывать можно.

— Да.

— Вы намерены продолжать свою деятельность в качестве главного редактора?

— Куда я денусь... Много раз думала о завершении проекта, но всякий раз убеждаюсь, что «Частная лавочка» нужна людям.

— Благодарю Вас, Елена Михайловна, за содержательный разговор.

— Спасибо. Будем работать.

Правовые аспекты кейса Надтоки изложены на сайте Центра защиты прав СМИ.

Читайте также

Русский след

16 Декабря 2017, 13:06

9 Декабря 2017, 09:54

9 Декабря 2017, 09:54

util