Badge blog-user
Блог
Blog author
Зоя Светова

Новый «Левиафан»: показания в Тверском суде будет давать тюремный «стукач»

23 Января 2015, 12:57

Новый «Левиафан»: показания в Тверском суде будет давать тюремный «стукач»

Статистика Постов 66
Перейти в профиль

Что делать обвинению, когда дело в суде разваливается в пух и прах? Разваливается в третий раз? Ответ: обвинению ничего не остается, как отчаянно использовать незаконные методы.

И вот завтра, 23 января 2015 года, в 14 часов в Тверском районном суде показания по делу Ивана Белоусова будет давать осужденный Лещинский Михаил. Он сидит в колонии строгого режима в Тульской области. На прошлой неделе к нему приезжали два опера из Москвы; они напомнили Лещинскому об Иване Белоусове, с которым тот несколько месяцев назад сидел в Бутырке. Лещинский не просто арестант, он дневальный, то есть, осужденный, который работает на администрацию колонии и стремится изо всех сил выйти на УДО за хорошее и правильное поведение.

Так вот, Лещинский должен в суде дать показания о том, что Иван Белоусов в 2013 году признавался ему в камере Бутырской тюрьмы , что в декабре 2007 года он подорвал фонарный столб на Манежке.

Эта история могла бы показаться анекдотичной, если бы не то, что показания тюремного «стукача», агента , назовите его как хотите, судья впоследствии может положить в основу обвинительного приговора невиновному человеку.

Год назад я написала, что дело Ивана Белоусова войдет в юридические учебники как пример того, как однажды суд попытался разрушить существующую связку следствие прокуратура суд и что из этого получилось. Теперь, спустя год, я думаю, что это дело войдет в юридические учебники как история борьбы обвинения с законом, с Конституцией, с Советом по правам человека, с Верховным судом России, с Тверским судом Москвы, как история борьбы обвинения со здравым смыслом, наконец.

Это , если хотите такой маленький «левиафан».

История Ивана Белоусова началась 27 декабря 2007 года на Манежной площади в Москве.

В 17 часов 58 минут не установленные до сих пор лица взорвали фонарный столб рядом со входом в торговый центр. От взрыва никто не пострадал. Через год после происшествия следствие стало разрабатывать версию «экстремистского взрыва». Задержали четырех московских студентов, которые вечером 27 декабря 2007 года заходили в метро «Охотный ряд». Провели ночные обыски, ребят привезли на Петровку, уговаривали дать показания друг на друга или признаться в подготовке взрыва. Один из четырех студентов Илья Скляр рассказал следствию, что в тот вечер они с Белоусовым подходили к злополучному фонарному столбу и Белоусов поставил там белый полиэтиленовый пакет, после чего они ушли.

Уже на суде Скляр вспомнит, что пакете были стаканы, из которых они выпивали медовуху.

На основании этих самых показаний Скляра судья Тверского суда Елена Сташина приговорила Ивана Белоусова к шести годам колонии. В качестве доказательства его вины в приговоре суда она привела также видеозапись с камеры видеонаблюдения, на которой видно, что к столбу подходят двое человек, стоят около него, оставляют пакет и уходят. Запись очень плохая, и разглядеть на них людей и с уверенностью сказать, что одним из этих людей был Белоусов, невозможно. Судью Сташину, впрочем, это не смутило.

Белоусова содержали в Лефортовской тюрьме, хотя обвиняли по «хулиганке» таких «пассажиров» там почти не бывает. К нему наведывались сотрудники ФСБ, которые курируют «экстремистские» дела, они уговаривали Белоусова признать вину и назвать сообщников, угрожая, что отправят его в пыточный лагерь. На сотрудничество с ними Белоусов не пошел. Отправить его в пыточную колонию не удалось: вмешались правозащитники и руководство ФСИН.

Родственники Белоусова писали везде, где только можно; о его деле на встрече с президентом Медведевым говорили правозащитники из СПЧ.

Когда Медведев укорял их в том, что они твердят о невиновности лишь Ходорковского и Магнитского, Ирина Ясина привела президенту в пример «дело невиновного Белоусова».

Верховный суд дважды отменял приговор, усомнившись в его законности.

В январе 2013 года Белоусова привезли из колонии в московскую «Бутырку»; Тверской суд начал второй раз рассматривать его дело.

Адвокат Анна Ставицкая представила новые доказательства невиновности своего подзащитного: экспертизу, которая подтвердила, что Белоусов не закладывал взрывного устройства — это вытекало из видеозаписи со второй камеры видеонаблюдения , установленной на гостинице «Националь». На первом процессе судья Сташина отказалась приобщить к делу эту видеозапись — она портила фабулу обвинения.

После решения Верховного суда судье Елене Ковалевской было труднее отмахнуться от доказательств, которые разбивали обвинение. Она не могла вынести оправдательный приговор, но удивительное дело — не захотела выносить и обвинительный.

Судья Ковалевская отправила дело Белоусова прокурору города Москвы «для устранения препятствий его рассмотрения судом». Вероятно, она надеялась, что оно «умрет» в прокуратуре, прокуроры его закроют, и оно больше в суд не вернется.

К тому времени Белоусову оставалось сидеть чуть больше года, в декабре 2013 года Госдума приняла амнистию и одна из статей, по которой его обвиняли, — 213, часть 2 («хулиганство») — подпадала под амнистию. По другой статье,— 222, часть 1 («хранение оружия, взрывных веществ») — истек срок давности.

Но следствие, нарушив все возможные законы, предъявило Белоусову более тяжкое обвинение по статье 222, часть 2 («хранение оружия, взрывчатых веществ, совершенное группой лиц»).

Стоит ли говорить о том, что за время дополнительного следствия никаких новых фигурантов дела не появилось, как не появилось никакой «группы лиц»?

Мосгорсуд согласился освободить Белоусова из под стражи, отпустив его на свободу под залог.

Вскоре начался и третий судебный процесс по его делу. Он до сих пор продолжается в Тверском суде. Его рассматривает уже третий судья, на этот раз — судья Криворучко. Обвинение уже в третий раз поддерживает прокурор Макарова. Она заявила Белоусову, что видит свою миссию в том, что приводит обвиняемых к Богу.

Самое удивительное в этой истории: в ноябре 2014 года у Белоусова закончился срок, назначенный судьей Сташиной. То есть, если бы он не боролся, не писал апелляционные жалобы, не подавал в Верховный суд, в ноябре 2014 года он был бы уже абсолютно свободным человеком.

Сегодня же он по-прежнему обвиняемый. И рискует новым сроком.

Ведь обвинение пустилось во все тяжкие: оно призвало на помощь оперативного агента, который за возможность получить УДО будет оговаривать своего бывшего товарища по камере.

<anons>Почему дело о хулиганстве и о сомнительном взрыве фонарного столба, от которого пострадала лишь тротуарная плитка, так жестоко сломало судьбу молодого человека?</anons>

Таким вопросом задаются многие. Сотрудники Бутырской тюрьмы, знакомые с делом Белоусова, говорили мне, что, наверное, кто-то заинтересован в обвинительном приговоре суда, иначе вряд ли бы гособвинение бы столь упорствовало , пытаясь доказать недоказуемое.

Вот и мне кажется, что в продолжении этого дела заинтересованы некие «неустановленные лица».
И сдается мне, что их интерес имеет мало общего с законом и правом.





util