Badge blog-user
Блог
Blog author
Руслан Телков

Тюремный опыт: Руслан Телков

28 Октября 2014, 13:30

Тюремный опыт: Руслан Телков

Статистика Постов 1
Перейти в профиль

Принято считать, что тюрьма — украденные годы жизни, и такой опыт всегда негативен. Но чему может научить тюремный срок? Может ли от него быть какая-то польза? Рассуждают заключенные — в том числе бывшие.

Руслан Телков, предприниматель, отсидел 12 месяцев в СИЗО по статье 146 УК РФ («нарушение авторских и смежных прав»), освобожден в связи с истечением предельного срока содержания под стражей. Дело не закрыто, прокуратура дважды возвращала дело на доследование.

«Попадая в тюрьму, начинаешь переосмысливать жизнь»

Мне хочется спросить всех, кто в данный момент читает этот текст: можно ли оказаться в тюрьме за преступление, за которое предусмотрено административное наказание в виде штрафа по всем «понятиям и видам понятий», причем если ты этого преступления не совершал?

Не дожидаясь вашего ответа, отвечу сам: да! можно! При этом административное нарушение перерастет в преступление средней тяжести, а после, по внутреннему убеждению следователей и всего механизма следственно-прокурорской машины, — превратится в преступление тяжкое. Чуть-чуть не дотянет до особо тяжкого.

Что особенно удивительно: статья, по которой меня обвинили — 146 УК РФ, «нарушение авторских и смежных прав». Вы будете смеяться, но у нас в стране за это сажают и содержат, как самого настоящего преступника, наравне с «крадунами», террористами и убийцами. Именно по этой статье меня и арестовали. Я — владелец успешного бизнеса, у меня семья, больные родители на обеспечении, недвижимость.

У меня была подписка о явке, но находился я не дома, а на работе, следствие почему-то объявило меня в федеральный розыск, и затем я был арестован. Вы скажете: «Абсурд какой-то»! Но это так! Как говорил один мой знакомый: "Не ту страну назвали Гондурасом!«

Как задерживали

Одним из самых забавных моментов в моей истории был процесс задержания. Я находился на работе. Мою машину заблокировали на парковке, чтобы я никуда не сорвался. В моем собственном офисе меня задерживали, как задерживают особо опасного рецидивиста. В спецоперации участвовал и сам начальник уголовного розыска. А теперь представьте себе: административное правонарушение, с сомнительными доказательствами, а сил стянуто, как будто задерживают группу боевиков. Смешно?! Но этот факт имел место быть.

Задержали меня, все документы и ценности я успел скинуть на работе в сумку, оставив себе лишь мобильный телефон на случай связи. Доставили в кабинет следователя. Там был составлен протокол задержания, приехала моя любимая жена вся в слезах, абсолютно не понимающая, что происходит, и лицезрела весь процесс работы сотрудников наших правоохранительных органов. Когда составлялся протокол задержания и последующего моего препровождения в СИЗО, мне сообщили имя и фамилию судьи, которая будет рассматривать мой арест.

Я понимал, что меня арестуют, хотя, признаюсь, еще все-таки надеялся.

Конец жизни

На самом деле когда попадаешь в тюрьму, то в первые секунды кажется, что это — все, конец жизни. Но постепенно втягиваешься и начинаешь понимать, что ты попал туда не за что-то, а для чего-то. Будь ты на свободе, по ту сторону решетки, то неизвестно, что могло бы произойти: тебя могла бы сбить машина, могла бы упасть на голову сосулька, все что угодно. А попав в тюрьму, начинаешь переосмысливать жизнь. Начинаешь ценить время. Впрочем, это философские размышления, и углубляться в них не стоит.

Первые дни тянутся бесконечно долго, так как нет ни часов, а порой даже окон, чтобы ориентироваться и понимать, что это — утро, день, вечер, ночь? Единственное временное указание — это раздача «баланды» — завтрак, обед и ужин...

Невозможно объяснить, что чувствуют люди, попадающие в тюрьму. То, что там чувствуешь, — это не любовь, не преданность, не патриотизм, не привычка, не ответственность, не сочувствие, не жалость, не гнев по поводу происходящего, не единство, не верность, не дружба, не чувство долга, — это нечто большее, чем все это вместе сказанное. Это как боль, которую невозможно искоренить, удалить или обезопасить от нее себя и своих близких. Это жизнь.

В тюрьме надо быть очень аккуратным

Там, в тюрьме, я видел как ломаются судьбы людей, как от них отворачиваются их близкие и они не выдерживают. От них уходят жены, хотя их еще не успели осудить, про них забывают близкие родственники и друзья, а в большинстве случаев сами родственники и друзья детства становятся инициаторами уголовных дел. Эти дела рано или поздно превращаются в реальные сроки с реальными зонами.

Потому что из тюрьмы одна дорога — это лагерь. Случаи освобождения без суда и приговора единичны и их можно пересчитать по пальцам. Можно сказать: один шанс на сто тысяч. Самое интересное: срок рано или поздно заканчивается и люди освобождаются, и как потом эти «близкие» могут смотреть им в глаза и называть себя их родными!

Огромное количество историй можно услышать от разных людей, и у всех своя правда, правда их жизни. На самом деле, когда все это слушаешь лишь спустя некоторое время, начинаешь осознавать, что в этой стране, где творится беспредел и беззаконие, ты — никто.

Преступники — это те же самые люди, ну, может быть, чуть-чуть особенные, осужденные за тяжкие и особо тяжкие преступления. Как правило, особо тяжкие преступления совершают люди с психическими отклонениями или в состоянии аффекта. В жизни вы подобных людей избегаете, а в колонии они сконцентрированы. Общаясь с ними, я научился внимательно следить за своей речью. Если, допустим, на свободе можно позволить себе резкие выражения и вам это простят, то в тюрьме — нельзя.

В тюрьме можно материться, но это не приветствуется. Там за словом сразу идет дело. Если вы человека обозвали, а он на это не отреагирует должным образом, то это сразу меняет его положение. Мгновенно. На свободе вы можете назвать его как угодно, а в тюрьме надо быть очень аккуратным. Нельзя необдуманно бросаться словами — потом за каждое слово придется отвечать, причем порой груз ответственности может стать неподъемным.

"Народная" статья

Самая распространенная статья сейчас — это 228-я. Наверное, больше половины из тех, с кем я сидел, — осужденные по так называемой президентской статье. «Президентской» называют 228-ю статью УК РФ — («хранение и сбыт наркотиков»).

Сейчас в тюрьме ее называют «народной». Раннее «народной» была статья 158 — кража, и если у тебя была 228-я, то это было зазорно. Что ж, меняется время, меняется и контингент сидельцев.

Чтобы сесть по 228-й, преступление совершать не надо. Сажая этих наркоманов, Наркоконтроль выполняет план. Судят людей и сажают лишь только по показаниям свидетелей и понятых, которые в 99% случаев сами являются прожженными наркоманами и за дозу наркотиков готовы родную мать продать. Сами сотрудники правоохранительных органов используют этих людей до тех пор, пока они им нужны, пока они им выгодны, но через определенное время они окажутся сначала в ИВС, потом в СИЗО, а потом и на скамье подсудимых. Такая же участь ожидает и так называемых стукачей, которые «сдают» продавцов наркотиков. Это своего рода круговая порука. То есть сначала ты кого-то сдал, потом этот человек тебя сдал и далее — по кругу. Круговорот людей в природе.

Наказание по этой статье должно соответствовать содеянному. Есть, конечно, люди, которые на наркотиках делают состояние и живут этим. А есть те, кто сам употребляет наркотики, а поскольку они стоят дорого, то, чтобы их купить себе, продают и другим, либо за дозу сдают других. То есть это не выгода, это болезнь. Они не представляют общественной опасности. Их нужно отправить в ссылку куда-нибудь в Эвенкию. У нас много мест, где практически нет людей: Курильские острова пустые, Сахалин, Камчатка. Пусть они там в огородике копошатся, живут с семьей, там они наркотики только медведям смогут продать.

Интересный вопрос: считать наркоманов виновными или нет? Как говорит Генри Резник: «Есть закон, выше закона — справедливость, выше справедливости — милосердие, а выше милосердия — любовь». По закону они осуждены совершенно правильно. Да, действительно, они продавали наркотики. Но приговор в отношении них и мера наказания — несправедливы.

День сурка

Очень тяжело адаптироваться в жизни после года, проведенного за решеткой. Представляю, как тяжело людям, отсидевих пыть или десять лет! Наверное, они чувствуют себя, как инопланетяне или как маленькие дети, которые впервые оказываются на улице без присмотра родителей. Очень тяжело. Все вокруг кажется таким чужим, тяжело начинать общаться с нормальными, обычными людьми. Никому не веришь. Почти как в тюрьме, где живешь по закону: «Не верь, не бойся, не проси!»

Остается только доверие к самым близким, к тем, кто не отвернулся от тебя в самую трудную минуту и поддержал, тем, кто не говорил гадостей и верил в тебя, верил, что ты сможешь, что ты выдержишь... не сломаешься. Только благодаря этой поддержке и есть шанс выжить в изоляции от общества, где каждый день, как «день сурка», то есть все дни похожи между собой как близнецы.

Мое уголовное дело еще не окончено. Позади — более трех лет уголовного преследования, дважды прокуратура возвращала дело на дополнительное расследование. Год, проведенный в СИЗО, и это еще не конец. Бой еще впереди!

О том, какой опыт приобрели в тюрьме другие заключенные, можно прочитать здесь.

Если вам тоже есть что вспомнить, пишите в комментариях или в собственном блоге.

util