Badge blog-user
Блог
Blog author
Andrei Verbitski

Несколько слов о роли России в современной истории

14 Марта 2015, 18:28

Несколько слов о роли России в современной истории

Статистика Постов 15
Перейти в профиль
О «БОЛЬНОЙ» ИДЕНТИЧНОСТИ

Одной из важнейших составляющих идентичности гражданина любой страны является то значение, которое имеет эта страна как для самого гражданина, так и для ее международного окружения. Недаром массовая депрессия и подавленность охватывают целую нацию в эпохи, в которые ее страна оказывается побежденной и несправедливо униженной. В эти эпохи идентичность отдельного человека лишается огромного пласта, отвечающего за самооценку и способного энергетически подпитывать человека практически во всех его делах.

Вспомним Германию в период после Первой мировой войны. Дух бедности и чувство унижения перемешивались в душах рядовых немцев, накапливались там обидами и ненавистью к тем, кто разгромил их страну и поставил ее на колени. Идея мести и справедливости была подхвачена и использована Гитлером, усилена идеями превосходства арийцев над другими народами, идеями насилия над чужими. Приход к власти Гитлера ознаменовался массовым воплощением в жизнь этих идей. Именно единение немцев в их национальной идентичности, вербализованной Гитлером, возведшим служение этой идентичности в ранг государственной политики, привело к одной из крупнейших гуманитарных катастроф последнего времени.

Обратимся к новейшей российской истории. Перестройка проявилась сломом привычной системы ценностей. Для значительного большинства советстких людей принадлежность к великой державе, которая оказывала влияние на целый мир, боролась за справедливость в отношение простых людей и за торжество идей социализма являлось определеяющим фактором идентичности. Неважно, что реалии каждодневной жизни говорили об обратном — все же идентификация себя со сверхдержавой или даже просто ощущение принадлежности к ней, к советскому народу оттеняла собой для миллионов людей ощущение колоссального дефицита практически во всем и чудовищной лжи по всем направлениям. Конечно, привычность убогой жизни, которая сложилась за десятилетия советствой власти, делали погруженность в эту жизнь чем-то вполне обыденным и потому не способным унизить.

Для определенной группы людей эти ценности казались к моменту их слома псевдоценностями, ценностями бессмысленными, надуманными, выдуманными, ложными. Все же они занимали определенное место в структуре идентичности и этих людей — пусть даже и формируя в некоторой степени протестную идентичность (типа " я не есть коммунистическая идея«, «я не есть часть застойной системы», «я не есть жертва лживой пропаганды», «я не есть часть серости и убогости»).

Интересно, что и для тех, и для этих людей слом советских ценностей означал внезапное исчезновение огромных пластов идентичности. К этому следует добавить столкновение со свободой (с тревогой свободы) и мучительное переживание растерянности, и период обнищания, сопровождавший инфляцию и потерю привычной работы. Все это, в совокупности с тревогой неопределенности и с присущей ей жаждой стабильности, вызывало рикошетом стремление к такому положению дел, которое помогло бы «собраться» изнутри, снова почувствовать гордость за свою принадлежность к чему-то великому и могучему.

И для Германии в рассмотренный период, и для теперешней России характерен выбор национального пути, который опирается на самые глубинные человеческие страсти и желания. Сюда относится стремление к объединению со своими и борьба с «врагами» во имя процветания отечества. Такие идеи, выгодные фюрерам и вождям (поскольку помогают сохранить и укрепить их власть), пробуждают в людях звериные инстинкты и агрессивность, лишая человека тех человеческих качеств, которые можно отнести к категории традиционных ценностей.

Во имя этой идеи можно предавать ближних. Можно брать чужое (аннексии и завоевания). Можно ненавидеть своих ближних (называя их врагами) или даже убивать их. Одной из центральных ценностей и там, и там является опора на грубую силу или хитрость, наличие которых оправдывает все, что ни делается с их помощью — конечно, «во имя» торжества идей геополитического величия. Можно с уверенностью утверждать, что в морально-нравстнвееном смысле чувство идентичности сторонников подобной геополитики базируется на выборе в пользу зла.



ИСЦЕЛЕНИЕ

Как известно, все подобные идеи рано или поздно приводят нации к краху. И вопрос в том, сумеет ли нация вылечиться? И где лекарство, способствующее выздоровлению?

Полный «отказ» от рассмотренной выше составляющей идентичности — от идентичности со своим отечеством — абсолютно нереалитичен. Люди в своей массе еще долго будут нуждаться в том, чтобы идентифицировать себя с большими группами и институтами, важнейшими из которых являеются нация и государство. В таком случае становится критически важным, с чем конкретно люди будут себя идентифицировать. Я имею в виду ценностно-смысловое содержание национальной или государственной идеи. Иными словами, важно найти идею, способствующую прогрессу, гуманизму и одновременно укреплению здоровой идентичности, не замешанной на крови невинных людей и ненависти ко всему, что «чужое».

Германия после Гитлера сумела найти свое место в мире — как страна, которая отказывается от агрессии, признает и уважает достоинство своих граждан, незыблемость границ и суверинитета других стран. Можно спорить, насколько всеобъемлюще эти идеи захватывают граждан — но неоспорим тот факт, что государство на законодательном уровне запрещает продвижение и пропаганду идей, которые были еще пару десятилетий назад господствующими в Третьем Рейхе, определяя судьбы мира. И, надо сказать, те люди с кем мне приходится общаться, безусловно ориентируются на базовые ценности и, в массе своей, поддерживают политическую линию тех партий, которые эти ценности защищают.

Конечно, не все протекает гладко... Конечно, есть и безработица, и нарокмания, и алкоголизм... Конечно, есть и эконмическая поляризация — ращличие в благосостоянии между самыми богатыми и самыми бедными гражданами страны... Конечно, есть и коррупция... Поэтому и маргиналов, чувствующих себя несправедливо обиженными обществом и политиками, хватает везде. И такие люди укрепляют свою идентичность и повышают самооценку за счет того, что они объединяются, а некотрорые и возвышаются, на почве экстремистских идей, подобных тем, которые уже загубили когда-то миллионы жизней. Поначалу эти идеи, на первый взгляд, весьма мирные — но стремление группы выделиться за счет других людей всегда закончится большой кровью, если ее главари получат бразды правления в свои руки. Но задача мейнстрима политики как раз и состоит в том, чтобы обеспечивать торжество базовых ценностей и не допустить перехода маргиналов и экстремистов в мейнстрим. Речь идет, по сути, о задании политиками и законодательством определенной «нормы» идентичности, которой следует большинство населения страны — нормы, базирующейся на принципах справедливости и базовых ценностях.

Конечно, попытка повторить путь Сталина и, тем или иным путем, возродить имперское величие России, перед которой (перед атомной мощью которой, перед безбашенностью тех, кто ее контролирует) трепещат все страны мира — путь неблагодарный и опасный, чреватый и для России, и для мира большими жертвами, противостоянием и, в конечном итоге, экономическим или даже географическим крахом России.

У меня нет ни малейших сомнений, что система, которую пытается выстраивать Путин, канет в лету — в худшем случае унеся с собой миллионы жизней жителей многих стран. При любом исходе итогом такого пути будет и развал России, отпадение от нее (также, скорее всего, кровавое) огромных регионов, на которые, скорее всего, распространится влияние набирающих силу соседей.

Другая опасность касается Европы и мира. Противостояние с Россией, выпадение России из контекста европейской политики ослабляет возможность Европы противостоять опасности экстремизма и терроризма, источником которых являются, в первую очередь, воинственные исламистские группировки. Причем неважно, где находятся эти группировки — внутри ли европейского союза или за его пределами.

Режим Путина стремится также ослабить Евросоюз и другими способами. Такова финансовая поддержка ультраправой партии Марин Ле Пен во Франции, которой не выделялись средства из других источников. Или обещание Греции кредитов (что идет вразрез финансовой политике Евросоюза). Или обещание снять «антисанкции» с той же Греции, с Венгрии и Кипра, оказыващих поддержку России, противореча единой линии Европы в целях сдерживания агрессивной политики Путина.

Не удивлюсь, если позже вяснится, что режим Путина также напрямую финансировал или поддерживал другими способами маргинальные и экстремистские организации внутри Евросоюза, которые своими действиями или идеями способствовали расшатыванию политической линии своих стран, которая опирается на базовые европейские ценности.

Ну, о таком тупиковом пути говорится много, поэтому поговорим о той роли которая может и должна сыграть Россия, чтобы ее граждане испытывали не больную гордость за свою родину, а гордились ею по заслугам, обретая идентичность, опирающуюся на ценности той части света, к которой Россия все же традиционно относится. Ведь Россия — это Европа.



КАКОЙ ПУТЬ ВЫБРАТЬ РОССИИ ПОСЛЕ ПУТИНА?

Самое важное — это «реабилитация» тех базовых ценностей, которые (пусть и не всегда де юро, но всегда де факто) были попраны действиями российских властей. К таким действиям относятся законодательно закрепляемые номы, ограничивающие свободы человека и организаций, в том числе свободу слова и право на информацию. К таким действиям относятся, безусловно, разжигание оголтелой пропаганда (замешанной на чудовищной лжи), которая снижала планку способствуя формированию образа врага, вызвая приступы массовой ненависти к ним и к инакомыслящим (которые тоже становятся врагами, «пятой колонной»). К таким действиям относятся и прямые акты насилия и устрашения в отношение несогласных. И, конечно же, агрессия против соседних стран — это грубейшее попрание важнейших ценностей и норм во имя ценностей извращенных (ценностей геополитических, ставящих себя выше базовых ценностей).

Первый шаг на этом пути — это покаяние. Оно должно включать в себя однозначную оценку всех злодеяний, которые совершали правители СССР, признание всех фактов геноцида, которые имели место за всю историю СССР и современной России. Далее — увековечение памяти мучеников и жертв геноцида и агрессии.

Следующий шаг — законодательное закрепление норм политики и пропаганды и создание гарантий с целью недопущения рецидивов опасного геополитического недуга.

И, наконец, необходимо государственное содействие массовой «реабилитации» базовых ценностей и человеческого достоинства всеми средствами, включая СМИ, социальную рекламу, все виды искусства.

Не менее важно — перенаправление ресурсов, которые требовались для обеспечения геополитических амбиций (параноидно раздутых нужд обороны и обусловленных гордыней первых лиц угроз нападения на соседей) в пользу обеспечение достойной жизни граждан страны.

Люстрация нужна или нет? Думаю, надо главный упор делать на коррупционную составляющую. Причастные к коррупции чиновники, безусловно должны покинуть свои посты без права работы в этой сфере. И те, кто призывал к войне, кто способствовал нагнетанию ненависти, должны расстаться со своими портфелями или мандатами.

Далее — создание общественной платформы для дискуссии на тему роли и места России в современном мире. Честной дискуссии, на основе реальных оценок того, что есть Россиия и на что она реально способна.

Я полагаю, что роль России после Путина (да и в наше время эта роль была бы важнейшей, но она, увы, игнорируется Путиным) будут буферизация и сохранение баланса между Европой и Востоком. Под Востоком я имею в виду как исламский мир, так и Китай. Но сначала — о первом.

Для того, чтобы быть в состоянии эту роль сыграть, Россия должна превратиться в колыбель толерантности и любви, основанной на светской государственности всех субъектов федерации. Уважение к религиозным предпочтениям означает признание за церковью (как православной, так и всех других конфессий) роли воспитателя нравственности и морали. Важно не допускать опасного сближения и слияния государства и церкви — в каком бы субъекте федерации это ни имело места.

«Разворот на Восток», о котором короткое время говорили после Крыма и введении евопейских санкций и путинских «антисанкций», конечно же опасная утопия. Россия — это страна в первую очередь европейская по всему духу и в силу всей своей истории. Поэтому миссией России является не выбор «восточных ценностей» (тем более, что никто из теперешних политиков и апологетов не в состоянии их сформулировать), а попытка сблизить и примирить ценности европейские и восточные, ценности христианские и иудейские и ценности мусульманские.

Я не случайно упомянул в ряду восточных ценностей лишь мусульманские, потому что для Европы и России именно мусульманство является критически важным соседом (как дальним, так и ближним). Насущная потребность Европы — это предотвращение радикализации ислама и распространение исламского терроризма. Россия с ее уникальной историей и географией, с ее уникальной теперешней ситуацией получает исторический вызов - не только обеспечить мирное сосуществование европейских и восточных культур, но и их позитивное взаимовлияние и взаимообогащение на основе базовых ценностей, содействия человеческому достоинству и торжеству справедливости.

Я убежден, что базовые ценности (в частности, «не укради», «не убий», «возлюби ближнего своего», «не сотвори другому то, что не желаешь самому себе») присущи всем религиям — и иудаизму, и мусальманству, и христианству, и буддизму, да и тем, кто не ходит ни в какую церковь, не посещает мечеть, вообще не молится и даже не верит в Бога. Поэтому, в основе своей, все люди, все последователи той или иной религии едины на основе этих ценностей. Только использовании религии в качестве инструмента завоевания или удержания власти, механизма перераспределения богатств представляет собой источник агрессии и величайшей опасности.

Так вот, миссией новой России может стать именно содействие дружбе, пониманию и сотрудничеству всех своих граждан, неважно какую религию они исповедают (или являются атеистами) на основе базовых ценностей. Так Россия может служить профилактике «скатывания» представителей конйессий в опасный фундаментализм (неважно — православный ли, исламский ли).

Эту миссию Россия сможет выполнить в полной мере лишь в связке со всей Европой, в сотрудничестве с ведущими мировыми державами, в добром и мирном сосуществовании со своими ближайшими соседями. Только так (общими усилиями) могут все эти страны противостоять угрозе со стороны тех, кто уже воюет на стороне фундаменталистов, кто готов актами террора дестабилизировать и разрушить мир европейских ценностей.

Что касается Китая, то новой России (в связке с Европой и на основании коллективных планов и стратегий) предстоит титанический и кропотливый труд по сбалансированной взаимной интеграции экономик и культур. Здесь я не берусь даже прогнозировать, как оно должно и может быть. Здесь нужны специалисты и время. Просто я вижу роль России не в «подставлении» себя Китаю в качестве «трубы» или сырьевого придатка, а именно в качестве «переходника» между европейской и китайской культурой и экономикой.

***



Все, что предстоит сделать России после Путина, будет лежать в основе формирования новой идентичности россиян. А всем россиянам предстоит трудный и прекрасный путь — путь духовного возрождения.

util