Badge blog-user
Блог
Blog author
Andrey Gronsky

Два мифа и почему не работает уличный протест

18 February 2015, 08:32

Два мифа и почему не работает уличный протест

Статистика Постов 12
Перейти в профиль

Спорить с убеждениями масс всё равно, что спорить с извержением вулкана.

Густав Лебон

Данную публикацию я бы хотел посвятить двум мифам, которые имеют хождение среди либеральной протестно настроенной интеллигенции.

Миф первый. В общественно-политической жизни все решают 5-10% пассионарно настроенных сознательных граждан. Чтобы произошли социальные изменения, они должны выйти на улицы и не уходить оттуда.

Миф второй. Россию населяет такой же народ как и все другие страны. Он просто зомбирован плохой и злой пропагандой. Сознательным 5-10% населения нужно заняться его просвещением, т.е. стать этакими современными народниками.

Результатом этих мифов является либо неэффективность действий представителей оппозиционного сообщества, либо полное их отсутствие, т.к. отсутствие результатов, как известно, приводит к состоянию деморализации и апатии.

Начнем со второго мифа. Для того чтобы просвещение было эффективным необходимо, по крайней мере, два условия. Кроме наличия того, кто хочет и может просвещать, еще необходимо наличие субъекта, который хотя бы в какой-то степени был заинтересован в том, чтобы его просвещали. В противном случае этот процесс будет подобен попытке влить воду в перевернутый сосуд. Имея многолетний опыт преподавания, могу говорить об этом с полной уверенностью.

Кроме того, что касается просвещения, человеку намного проще воспринимать информацию, которая ему приятна и резко не противоречит устоявшейся картине мира. Согласитесь, что намного приятнее слышать, что живешь в самой лучшей стране с самым лучшим президентом, и что она еще и поднимается с колен и скоро отомстит за все унижения (какие именно не важно) и поставит на колени всех проклятых врагов, чем слышать нечто противоположное. Поэтому в настоящее время, пока у обывателя теплятся надежды на имперский триумф «поднимающейся с колен» России, сознательному либеральному интеллигенту-просветителю конкурировать с официальной пропагандой крайне сложно. Поучителен тот факт, что в 19 веке крестьяне нередко сами сдавали народников-агитаторов полиции, считая их провокаторами и смутьянами. Так что нужно еще подумать, стоит ли заниматься просвещением, когда об этом не просят.

Безусловно, очень не хочется верить, но, тем не менее, стоит признать реальность, которая состоит в том, что узкую прослойку либерально настроенной интеллигенции в России и широкие народные массы в плане менталитета разделяет пропасть. И в этом отношении, наверное, вряд ли что-то существенно изменилось по сравнению с 19 веком. Либерально-демократические ценности, такие как гарантии личных прав и свобод, свобода слова, собраний и пр., просто не входят в систему жизненных координат среднего российского обывателя. Как и у крестьянина 19 века его основные жизненные потребности сосредоточены вокруг гарантированного удовлетворения физиологических нужд. Изменились только требования к продуктам их удовлетворяющим.

Теперь то, что касается первого мифа. Его можно назвать мифом об упорстве. Дело в том, что как показывает опыт, уличные протестные акции являются по-настоящему действенными только при условии их массового характера. Можем для примера взять революцию 1992 г. в России, массовые протесты против режима Милошевича в Югославии или киевский Майдан. Массовые акции протеста начинались из-за того, что были затронуты важные ценности большого количества людей, которые воспринимались ими как необходимая часть их существования, а не из-за волевого решения лидеров оппозиции или героического примера отдельных пассионариев. Так в России начала 90х такой причиной было резкое снижение уровня жизни, в Гонконге в 2014 году — нарушение демократических процедур, которые население воспринимало как неотъемлемую часть своего образа жизни. Героическое стояние на Манежке и одиночные пикеты, конечно, имеют свой смысл в плане хотя бы минимального посильного сопротивления властям и поддержке оппозиционного сообщества, и заслуживают большого уважения. Но, в то же время, не стоит переоценивать их в том отношении, что только благодаря энтузиазму их участников они способны перерасти в массовое движение. Как я уже отметил выше, люди выходят на улицы не из-за кучки энтузиастов, хотя те конечно подают им пример, и не из-за призыва лидеров, а по причине того что затронуты их жизненно важные ценности. Кроме того, думаю, ни для кого не секрет, что у среднего обывателя малочисленные пикеты и митинги вызывают скорее раздражение, а их участники воспринимаются как некие чудики с плакатами, которые не знают чем заняться (лучше бы пошли в кафешку посидели, водки выпили). Почему это так? Да потому, что требования этих акций никак не пересекаются с его, обывателя, потребностями и целями. А они у него, как уже говорилось, в основном биологические — чтобы была еда, крыша над головой, в отпуске можно было погреться на солнышке, а еще что б не трогали (а для этого на митингах уж точно лучше не светиться). Собственно поэтому на улицу он выйдет только в том случае, когда именно эти потребности будут находиться под серьезной угрозой. Как это и случилось в начале 90х. А призывы к свободе слова, соблюдению прав человека, законов и освобождению политзаключенных для него не более чем блажь.

Таким образом, на мой взгляд, на сегодняшний день достаточно очевидно, что самоотверженные героические поступки не могут дать какого-либо ощутимого результата в борьбе с существующим режимом, так же как и возвышенные призывы к своей личной ответственности или ответственности сограждан. Их действенность примерно такая же, как действенность призыва обращенного к заядлому курильщику бросить курить с понедельника, потому что курение якобы вредит его здоровью.

Для того чтобы представить возможности влияния на умонастроения населения можно использовать физическую метафору: мы способны придать дополнительное положительное ускорение движущейся качели, только когда мы следуем за направлением движения ее массы, а не наоборот. Сегодняшние факты говорят о том, что протестное движение переживает спад, и невозможно поднять его искусственно, нужно ждать нового подъема волны, которая будет спровоцирована массовым недовольством, и готовиться к этому.

Какие выводы мы можем отсюда сделать? Во-первых, либерально-демократической интеллигенции не стоит рассчитывать на широкую поддержку своих идей среди населения. Потому что изначально либерально настроенный интеллигент и средний российский обыватель это люди, которые, по сути, живут в параллельных реальностях. Их ценностные системы координат кардинально различаются. Поэтому и их социальное партнерство может быть весьма ограниченным. Чтобы быть услышанной «средними» российскими обывателями, либеральной интеллигенции нужно апеллировать к их актуальным потребностям — стремлению к физическому комфорту, безопасности, в третью очередь, к самоутверждению (на чем собственно и играет сейчас официальная пропаганда). Как это ни грустно, но и в начале 90х большинство россиян выходили на улицы отнюдь не ради свободы слова, а ради свободы покупать колбасу. Во-вторых, на сегодняшний день ситуация такова, что в глазах большей части населения оппозиционное движение было успешно дискредитировано властями. Поэтому вновь прислушиваться к голосу оппозиции общество начнет только тогда, когда оно войдет в острую стадию системного кризиса. На этот момент оппозиция и должна предложить четкий план по его решению, в первую очередь, по решению экономических проблем, на что российский обыватель реагирует куда более чувствительно, чем на все остальное.

util