Badge blog-user
Блог
Blog author
Александр Виноградов

О пользе опорожнений в связи с профилактикой переворотов

26 Февраля 2015, 21:26

О пользе опорожнений в связи с профилактикой переворотов

Статистика Постов 47
Перейти в профиль
[Под эгидой Партии умеренных радикалов в рамках закона]

Политическую часть статьи мы решили предварить научной статьёй наших партийных учёных.

Учёный совет Партии умеренных радикалов в рамках закона. Генеральные учёные — д.ф.н., профессор Е.П. Наливайкин (Наливайко), к.ф.н., временно отстранённый от руководства кафедрой в связи с невыясненными обстоятельствами П.Е. Цидулькин (Цибулько[1]).


Жизнь не стоит на месте, а семимильными шагами идет всё вперед и вверх, так что ученому не дает зазеваться. Научно-технический прогресс стал частью повседневности, каждый день изобретается что-нибудь новенькое, какая-нибудь революция где-нибудь происходит вот в это вот самое время обязательно, так что не все ученые поспевают за наукой. Наука должна стать производительной силой, и поэтому только те учёные, которые вооружены передовой методологией и имеют адекватную картину мира перед глазами, могут справиться с поставленной задачей, и наша Партия, как ведущая общинно-политическая и научная сила, принимает во всем этом самое непосредственное и деятельное участие.

Проблема опорожнений в связи с профилактикой переворотов как никакая другая, учитывая неизбежное наступление 1 марта сего годы весны, заостряет на себе проблему достоверности, научности знаний как таковых. Так вот, только практика может быть критерием истины. Теория должна сверяться с практикой и периодически избавляться от ненужного ученого хлама. Та же теория, которая не делает этого, обречена на неизбежное оскудение, вырождение и оппортунизм.

Еще учёные древности задумывались о пользе опорожнений, но только в Новое время, когда вместе с паровым двигателем, перестройкой сельского хозяйства на капиталистических началах, централизованной канализацией и железными дорогами производительные силы развились до такой степени, что стало возможно сдвинуться с мертвой точки и подойти к делу не только умозрительно, но и практически. Человек ворвался в природу, стал соучастников ее процессов.



Мы стоим в преддверии 1 марта, а 1 марта, как известно, во всем государстве нашем наступит весна, а между тем такой научной проблеме, как проблема опорожнений в связи с профилактикой переворотов, в научных кругах уделяется незаслуженно мало внимания. Думаем, что это не с проста. Впрочем, это уже политический вопрос, мы же с коллегой в преддверии весны возымели желание набросать лишь общую схему, которая, надеемся, послужит отправным началом для последующих научных разработок.



Опорожнения, на самом деле, окружают нас всюду. В природе — живой и неживой, в народном хозяйстве, в социально-политической сфере.

Наша задача: охватить проблему в ее сущности, независимо от формы проявления, единым взглядом, вооружённым единственно правильной методологией и адекватной картиной мира.

Все многообразие опорожнений может быть сведено к простой и ясной модели, полученной путем абстрагирования с использованием системного подхода.

Опорожнение есть процесс, происходящий на границе «система-внешняя среда», и заключающийся в освобождении системы от состоянии заполненности (переполненности) чем-то, и сопровождающийся некоторым изменением внешней среды.

Основная функция опорожнения — восстановительно-приспособительная. Система восстанавливает себя, избавляясь от ряда компонентов, которые, в случае передержки, могли бы иметь вредоносное значение для системы, тем самым приспосабливаясь к внешней среде.

Да, опорожнение есть в то же время некоторое возмущение на границе «система —внешняя среда»: в момент опорожнения во внешнюю среду вносится диссонанс. Система как бы отрицает окружающую ее внешнюю среду. Но это отрицание необходимо. Отрицание объективируется, отчуждается, материализуясь во внешней среде и тем самым снимается, а система восстанавливается. Тогда как задержка могла бы привести к еще большему возмущению, а то и к взрыву, перевороту.

В этом отношении мощность возмущения прямо пропорционально длительности задержки. Чем короче цикл от начала накопления возмущения внутри системы до момента выхода вовне, тем лучше адаптивная способность системы, что в связи с профилактикой переворотов имеет не только большое научно-теоретическое, но и огромное практически-политическое значение.

Генеральные ученые

д.ф.н., профессор Е.П. Наливайкин (Наливайко),

к.ф.н., П.Е. Цидулькин (Цибулько).



Приложение. Противоправительственно-философское, призванное подтвердить справедливость мысли о полезности в человеческом обществе опорожнений вообще, но особенно в связи с профилактикой переворотов.



Партия умеренных радикалов в рамках закона всегда стояла на страже общественной безопасности, одной из первой била тревогу, мобилизовывала общественность, если что, сигнализировала, куда следует, работая на опережение, за что, по правде сказать, иногда доставалось от тех самых государственных органов, которые, казалось бы, сами должны — ex officio — делать эту работу. Но такова уж судьба гениев, которые, как известно, значительно опережают свое время.

Пространные философские рассуждения, которые не обратили на себя внимания со стороны следственных органов, мы, тем не менее, решили оставить, потому как они подтверждают нашу мысль о полезности опорожнения в человеческом общежитии.

А тот человек, который противоправительственно склонен к задержанию в себе чего бы то ни было, имеет также привычку философски обосновывать этот свой порок, что еще более укрепляет его на пути неблагонадежном.

Опорожни себя, откройся миру! — говорит Партия умеренных радикалов в рамках закона.



Уведомление. Человек, написавший сие, уже изобличен и в настоящее время дает показания. Поэтому никакой опасности нет. Публикуется с разрешения соответствующих органов.

«Я был на Болотной...

Тогда ХОДИЛОСЬ на протест. Однако мысль работала перпендикулярно:

«Протест скользит по поверхности, не зацепляется, проходит сквозь человека, отражением в окнах домов. „Что-то движется, большое, 50-тысячное“, — констатируют с балкона. Здесь протест — это то, что дано внешнему наблюдателю. Движутся какие-то человечки, с сердитыми (или, наоборот, веселыми) лицами, с преимущественно открытыми ртами, руки периодически поднимаются кверху, другие в руках что-то несут, какие-то листы бумаги на палках, что-то написано, не разобрать. Движутся прямоугольно, сдерживаемые домами, от одного конца до другого проходят положенное расстояние, затем либо расходятся, либо стоят, долго стоят, часа 2-3 кряду... Что они там делают? А, слушают...

Но нет ничего внутри. Нечем протестовать. Всё что было у человека „протестного“, разрешилось в криках, движениях рук, в листах бумаги на палках, „резолюциях“.

Я сам себе внешний наблюдатель — не участвую, а наблюдаю. Или мое участие происходит помимо меня. Мой внутренний сторож меня не пускает.

Я „ЗАБРОШЕН“ в „протест“. Улица движется мной.

Всё проходит. „Мы стоим на этой площади?“...

Один оппозиционер пригвоздил себя к ней. Наверное, чтобы остаться, не убегать. Вот бы пригвоздить время, чтобы не „убегало“!

Как встать на площади, чтобы не уходилось?

Человек — существо, находящееся в перманентном движении, метущееся существо.

Сила власти в том, что она знает:

18.00 — я есть

22.00 — меня нет.

Она просто ждет.

Время — вот в чем ее сила.

Человек же не испомещен. Нужно схватить себя, бегущего, нужна точка опоры. Нужно материализоваться. Нужно вбить протест в мостовую, заглубиться.

Время должно стать пространством».



Так думалось тогда.

Потом всё куда-то «делось», ушло в песок.

Думалось уже не так.

«Всё кругом закатано в бетон и асфальт. Ни булыжничка.

О целостность брусчатки! О скрежет зубовный!

Это грудь моя под этой брусчаткой. Я нарочно почти каждый вечер ходил ТУДА. Я полировал ее своими башмаками — туда и сюда, сюда и туда: как поддеть, подцепиться, отколупнуть?

А потом плюнул на всё.

Я не знаю, сколько времени прошло. Я как бы не ощущал своего существования. Я был трансцендентен своему существованию. Ну, может быть, год прошло, может полтора».



Был вечер, когда солнце почти закатилось за дома, а в противоположной стороне все вдруг засветилось, так что можно было различать и мелкие предметы. Меня осенило. Я вновь стал себя ощущать.

Пришло это новое, неведомое:

«Да будет пустота!

Да здравствуют фонтаны, весело плюющие в небо струей, зеленые насаждения, своими зелеными руками тянущиеся к солнцу, газоны, где можно поваляться на травке!»

Молодой румяный милиционер заметил меня, подмигивает: «Ну, как оно, браток? Видать, в Справедливую Россию вступил?!»...

«Мерзавец».

Однако я продолжал:

«Раствориться среди пешеходов — какое счастье! Я — ПЕШЕХОДОРАВЕН!

РАЗРЕШЕНО быть свободными. Пешеходство — это завоеванная уже свобода. Как раньше-то не замечали!

Как в шапке невидимке, пешеходом я ВСЁ могу».

Далее, на этой волне, мысль конкретизировалась.

«Я не пойду больше на Болотную. Нарочно не пойду.

Теперь я больше не боюсь милиционеров: „Ну, что, гады, ухмыляетесь? Думаете, взяли меня? Как бы ни так. Я дан вам лишь с внешней стороны. А вот не стану я высовываться и что тогда запоёте?“.

Залечь на дно. Чтоб никаких больше переворотов...

Перевороты! Сколько энергии растрачено впустую.

Сосредоточиться!

Я стал догадываться: „Ага. Это нарочно так устроено. Чтобы выходили на улицу, криками, размахиванием рук, связать протест, объективировать его. Ага. Угу. Так“.

И с тех пор я стал копить протест в голову.

Не отчуждай свой протест раньше времени. Попридержи.



Правительство якобы не дает протестовать: „Держи, мол, свой протест при себе, а на улицу не суйся“. Как бы ни так! Правительству протест самому иногда выгоден.

Протест — это отчуждение протестной энергии в той или ной форме (митинги, шествия и т.д.), связывание ее материально-косной средой — объективация и, в конце концов, противопоставление готового продукта субъекту, от которого она, эта энергия, изначально исходила: „Я напереворачивал за сегодня столько туалетных кабинок, что сил моих на Переворот уже нет“.

Закон сохранения в природе еще никто не отменял.

По-хорошему, если государство действительно заботиться об охране (предупреждение, пресечение) безопасности в обществе, а не исключительно о защите (подавление, т.е. реакция на уже свершившийся факт) ее, арестовывать нужно тех, кто против, но никуда не ходит и ничего пока противоправительственного не совершил. Потому и арестовывать, что не совершил, себя не обнаружил.

Полиция уже начинает на мой счет беспокоиться, кажется, догадывается. „Да что ты всё смурый такой ходишь? Переверни хотя бы вот эту туалетную кабинку или в фонтан залезь, ну! Себе душу облегчишь и государство от переворота убережешь“, — читаю я их мысли.

Но тверд как камень я.

Не переверну»...



Урок, который мы хотели преподать читателю в связи с приближением весны, публикуя настоящее приложение: никогда ничего не держи в себе, лучше выйди на улицу и разбей что-нибудь, чем вот так вот сперва держать и держать, а потом решиться на ... переворот и принять от государства му’ку.



Исходя из вышеизложенного, сознавая свой долг перед государством и обществом, в связи с ожидаемым наступлением 1 марта текущего года весны Партия умеренных радикалов в рамках закона обращается к гражданам России с заявлением



Граждане и гражданки!

В то время как все прочие партии охранительного толка, на словах признавая необходимость борьбы с переворотами, а на деле обнаруживая полную политическую несостоятельность в этом деле, ограничиваются словесной перепалкой (моральное опорожнение), а на улицу не показываются, а если и показываются, то опять же, своими контрмаршами, контрмитингами (моционное опорожнение) сознательно загоняют себя в рамки, из которых нельзя выбраться, и тем самым косвенно споспешествуют переворотам, Партия умеренных радикалов в рамках закона готова в одностороннем и явочном порядке взять инициативу по профилактике и предотвращению переворотов в свои собственные руки.

Партия умеренных радикалов в рамках закона призывает всех неравнодушных, обращаясь к каждому из них в отдельности



Останови переворот!

1 марта

Выйди на улицу и сломай (разбей) что-нибудь.

Выручи государство.



Мы, члены Партии умеренных радикалов в рамках закона, выйдем на улицу, на улице будем опрокидывать туалетные кабинки и мусорные баки, потопчем газоны и клумбы, пообломаем зеленые насаждения, залезем в фонтаны, нагадим в песочницу.

Зато очистимся.

Опорожнение есть очищение.



Возмущенные всех стран, опорожняйтесь!



[1] Выяснено. В метриках напутано. Настоящая фамилия уважаемого ученого — не Цибулько, а Цидулькин. Т.е. ошибка не только в букве «о» на конце, но в «б» в середине. И родился он не в Киеве, как принято было считать раньше, а в Харькове. В настоящий же момент благополучно проживает в Москве.

Когда получит надлежащим образом оформленные документы, скобки отпадут сами собой. — Примечание Партии умеренных радикалов в рамках закона.


util