Badge blog-user
Блог
Blog author
Александр Виноградов

«Дети» Ельцина и «дети» Путина: сравнительный анализ

13 Июля 2015, 14:54

«Дети» Ельцина и «дети» Путина: сравнительный анализ

Статистика Постов 47
Перейти в профиль
Посвящается Милене Котляр

Все говорят...ну, по крайней мере либерально озабоченная общественность говорит, — в российском обществе в последнее время наблюдается нарастание напряженности, агрессивности, воинственности.

Но ведь так просто, да еще и «ниоткуда», это не могло «взяться». Не по воздуху же эта зараза предается? Это же не грипп?

Непременно должен быть какой-то носитель воинственности, какая-нибудь социальная подоплека воинственности должна быть.

Жить стало хуже, вот войной и пошли...

Да где уж там хуже! Скорее, наоборот, — лучше!

Хуже — это в Северной Корее. Там постоянно, перманентно, хуже. Вот граждане строем и ходят.

Есть правило, закономерность, что чем лучше народ живет, тем менее он склонен к воинственности (агрессивности). Но Россия, видать, для того на свете и существует, чтобы показать: никакие правила нам не указ, точнее, из любого правила мы берем на себя лишь исключение (которое во всяком правиле присутствует).

Россия — страна исключений (а исключения из правила, если кто забыл, не опровергают, а наоборот, подтверждают данное правило).

Так вот, воинственность у нас оттого происходит, что мы хорошо живем, точнее, только-только начали это самое — хорошо жить.

А вдруг враги помешают или Немцов к власти придет и «на старую» повернет?

Вот тот-то и оно!

Вот оттого воинственность...

Носителем чувств воинственности является новый средний класс — СЫТИКИ. Воинственность их обусловлена отсутствием опыта сытого существования (как у настоящего среднего класса, как в Европе), тем, что вскормленные государством, они только-только вступили на путь сытой жизни и поэтому бояться (опасаются): как бы чего не вышло.

Ох и тяжко ты, бремя сытых! НАСЫТИВШИЕСЯ — несть ничего тяжелее длани их.

Ярость насыщенных обрушится на голову твою, либерал, если встанешь у них на пути.

Я сыт,

У меня в животе не урчит —

Это Путин в Кремле сидит.

А либерал волчонком глядит,

Но нет пути назад...

Кто они? Откуда к нам пришли?

Проклятое (ударение можно ставить как на первом слоге, так и на втором) поколение, от 1975 до 1985 г., «заброшенное» в ситуацию «после перемен».

Поколение тех, кому, в силу того что родились на два-три, три-четыре года позже, «ветер перемен» 1991г. был по перпендикуляру, чья сознательная жизнь в своем начале как раз пришлась, как назло, не на начало, а... на середину «перемен». Началась с середины «перемен»! С какого-нибудь 1994г. Те, кому в 1994г. на свидание идти, а ...штаны дыравые. И денег нет...

Или кого в 98-м «ограбил» Немцов.

Вот и мстят теперь молодым — тем, кто после 85-го и кого Немцов не «грабил», бьют по рукам: «Мы уже были молоды, хватит!». И заражает их своей «философией жизни».

Путин обогрел-накормил-воспитал-в-люди-вывел сироту, которому пришлось «хлебнуть» при Ельцине. И сирота даст трендюлей любому, кто против папани пойдёт.

Потребительство для него есть форма компенсации личных страданий. При Ельцине на свидание идти, а штаны дыравые...Вот сирота и затаил обиду на тогдашний «режим».

Зато Путин в «нулевые» его одел. Одеть-то одел, а толку что? Сироте стукнуло 30 (сейчас уже 40): все девчонки уже давно замуж повыскакивали. Вот он и мстит либералам за загубленную молодость свою...

Но: не терявший да не обрящет! Свету из Иваново в 90-е никакой Немцов не грабил и не раздевал. Поэтому и Путин в «нулевые» ее уж никак не мог одеть — ни лучше, ни хуже. (Она не могла одеваться при Ельцине плохо по той простой причине, что при Ельцине ей вовсе не было никакой надобности одеваться ни плохо, ни хорошо: первые-то женихи появились никак не раньше, чем к концу второго президентского срока Путина...)

Поэтому, в отличие от сироты, она испытает к Путину совершенно ложные, из головы вымученные, противоестественные чувства.

Нет ничего абсурднее утверждения, будто «дети» Путина выбирают стабильность.

Практическая социология в современной России не стоит и ломаного гроша. Кто бы чего ни «выбирал», ни «поддерживал», это еще ровным счетом ни о чем не говорит.

— Я поддерживаю правительство, — говорит один, высоко задрав свой нос.

— Ты бы, сукин кот, штаны себе поддержал, а то упадут, — я говорю, плюясь, но руки из карманов не вынимаю — сдерживаю себя.

«Дети Путина» пешком под стол ходили, а стабильность уже была. Стабильность на завтрак, обед и ужин...

— Мам, а сегодня на обет что?

— Стабильность, сынок.

— Как! опять?..

Стабильность эту будет скоро девать некуда, а какие-то чудо-политологи хотят, чтобы ее еще и выбирали!

Стоит лишь Матроскину корову завести, так молоко будет и в раковине, и в умывальне...

То, что уже есть (а «дети Путина» только стабильность и видали на своем веку), как можно еще и выбирать?

Выбирать можно лишь то, чего нет, или то, что должно быть.

"Воля к существованию — говорил Заратустра, — такой воли не существует! Ибо то, чего нет, не может хотеть; а что существует, как могло бы оно еще хотеть существования! Только там, где есть жизнь, есть и воля; но это не воля к жизни, но — так учу я тебя — воля к власти!«[1].

Нет, это не Путина племя. «Дети Ельцина» — вот нерв путинизма, всей обывательско-мещанской культуры, которая ныне царствует.


<hr/>[1] Так говорил Заратустра // Рождение трагедии, или Эллинство и пессимизм и другие. — М.: НФ «Пушкинская библиотека», ООО «Изд. АСТ», 2004. С. 244

***

Уже сейчас в молодых людях отмечается какая-то непонятная старикам восторженность, даже можно сказать, отрешённость от всего материального. Юноше нашего времени плевать — «айфон» у него в кармане или не «айфон». Он стремится к «смыслам», которые суть за вещами. Сами вещи его интересуют мало. И этим он отличается от своего старшего брата, который относится к категории «детей Ельцина».

Дитё Путина приходит домой с «улицы» с продранными на коленках, а то и на заднице штанами, тогда как у старшего брата в его возрасте было всего две пары штанов. Старший брат ему — по ушам. А он всё равно «не замечает» вещей, смотрит на мир сквозь вещи.

Он даже НЕ ЗНАЕТ, сколько всего у него пар штанов. Если надо, он просто откроет шифоньер и надевает новые...

Как может «режим» положиться на такого?

А между тем «режим» был замешан и поднялся, как тесто на дрожжах, и до сих пор держится как раз на потребительской психологии, на вещизме. Основание этого «режима» — в прошлом. Детям Путина он глубоко чужд, ибо он не дает им «смыслов».

«Патриотизм» воняет. И воняет колбасой, с душком колбасы.

Психологически «режим» — это тирания сытиков, вчерашних голодных, ставших благодаря, как они думают, власти, сытыми и крепко, мертвой хваткой ухватившихся за свой кусок — «уровень жизни».

Власть-кормилица, которая отпоила сироту простоквашей, откормила окороками, дала на задницу дюжину порток, обставила его жизнь разными безделушками, эта власть не находит опоры в новом поколении, которому ничего этого не надо (не надо именно потому, что все это у него ужѐ есть, от рождения), которое ищет за вещами смыслов ...

***

Сытики испытание «войной» явно не выдержали.

От искры — пламя, от невинной шалости в Крыму — пожар на украине Европы, но ведь может перекинутся и на деревянную Москву.

Если вовремя не загнать обратно в бутылку с зажигательной смесью русской крови вырвавшегося на волю русского джина.

Погуляли — хватит.

Сытики проглотили Крым, но получили расстройство желудка, не справившись с Донбассом. Для такой войны нужна коренная ломка (перенастройка!) «режима», мещанско-потребительского патриотизма. Нужен культ жертвования, а не приобретательства.

Недаром «патриот», как бы он ни ставил «национальный суверенитет» выше европейской колбасы, не отходит далеко от холодильника. Санкции нам не страшны...

Сытики наложили вето. Путин «лавочку» закрыл.

Есть две категории воюющих. Первая — те, кто на войну «ходит», как на работу: специалисты. Вторая — те, кто пришел на войну по «зову сердца»: энтузиасты, идеалисты. Конечно, человек — существо «объясняющее», склонное всё «объяснять». Если спросят его: «Какими судьбами ты здесь, на войне?», он за словом в кармане не полезет, живо «объяснит»: «Мирные жители в опасности, вот я и здесь».

Но если бы 10 лет назад мирные жители были в опасности, то «тут как тут» оказались бы специалисты: энтузиасты тогда ходили в старших классах или заканчивали школу и только-только вступали в «сознательную» жизнь. Значит, в эти 10 лет что-то пошло не так на «гражданке», отчего юноши и бегут из мира в войну.

Хочется чего-то такого, чего — неизвестно. Эй кто-нибудь, взлезь-ка на фонарь, будь человеком! Прокричи-кось — чего я хочу, отвали камень с души!

Где Тот, кто бы, взяв волю в кулак, с высоты фонарного столба саданул, как молот в болванку: «Мальчики мои! Сорок веков! Сорок веков взирают на вас с высоты этих пирамид! Донбасс должен покорится ВАМ»?

Глазенки сверкают, шеи вытягиваются, рдеют щёки, тянутся ручонки, замирая в римском приветствии...

Но или нет никого, или лезет Проханов...

В том, что эти юноши убежали из мира, презрев стабильность, чтобы найти себя в войне, — верный признак того, что кончается на Руси царство сытости, надоевшая (приевшаяся) всем стабильность.

Уже сейчас, если рано-рано на рассвете припадешь ухом к земле, можешь расслышать возвещающую о ГРЯДУЩЕМ властную поступь солдатского сапога.

Россия беременна ПОХОДОМ.

Поднявшись поутру, как всегда в 11, удушил канарейку... Нож — тот, что режут гусей, — из дедовского комода вынут. Апчхи! Проклятый стоит, напоминая о стабильности, в углу диван, облеванный не раз. Отрыжка капитализма. Ик... Ножом его — чик! И еще раз — чик! Крест на крест.

Фикус выброшен с балкона.

Кончено. Новая жизнь.

Поход.

Убер аллес.

Идеализмус...

***

А что же «дети Путина», какова их судьба?

А они уже действуют. Это они долбают на Донбассе... Америку. Да, может, они и не правы, может, Америка в другой стороне света.

Но кто научил их и по каким учебникам географии?

Они сами постигают географию на свой страх и риск. Главное — они не сидят сложа руки, и этим опасны «режиму».

У них или, правильнее, в них — кощеева смерть «режима». Это они выйдут на площадь.

Путин — это Ельцин сегодня.

Кончается царство зверя сего.



util