Badge blog-user
Блог
Blog author
Антон Голованов
Blog post category
Общество

Акция «Надоел»

10 April 2017, 14:54

Акция «Надоел»

Статистика Постов 84
Перейти в профиль

У взрослых на вид людей, которые обращаются к власти, как правило, плохо с интонацией. Собчак в пиджаке и с грустным макияжем рассказывает про тетю, которую чуть не убило в Питере и просит разобраться с чиновниками-силовиками, в интонации «ребенок — взрослый». В акции «Надоел» тоже слишком много энергии Инь: надоел старый муж или надоело терпеть — на это взрослые дадут вам валерьянки и попросят вернуться в правовое поле.

Интонация власти — интонация поднявшегося пацана, бодрого коммерса или члена секты по продаже препаратов для похудения. Бармена ставят на фейсконтроль и вот он уже подсушился, купил stone island и рассказывает лохам как изменить свою жизнь. И эта интонация всегда перебивает петиции, просьбы и проклятия интеллигенции.

Навальный на митингах 29-го марта избежал детской интонации, хотя формально обращался к Путину, как к суверену, но тыкал в условия договора. Он не давил на жалость и не предлагал отношения. это была претензия контрагента на уровне «взрослый — взрослый». И власть этот удар пропустила: ответить по сути претензий им нечего. Все, что она может делать в этой ситуации — сохранять вид, что ничего особенного не произошло и попытаться вывести Навального за скобки (Медведев — «этот судимый персонаж», Иванов — «в митинге участвовал маленький процент»).

Премьер министр собирает тех, кто его будет слушать — тамбовских крестьян, и в этот момент он похож на спившегося спортсмена из фильма «Москва слезам не верит», который рассказывал бабушке о том, что его приглашают на тренерскую работу.

«Не будьте лОхами» — говорит гражданам руководитель федерального информационного агентства в вечерних новостях в ответ на обвинения власти в коррупции. Желтый галстук и зубы цвета фаянс, выдают его статус Промокашки, но целевая аудитория не замечает комичности Киселева, как и то, что Сергей Иванов крестится слева направо. Заметить это мешает внутреннее табу — слишком много энергии уйдёт на пересмотр жизни и на признание собственного идиотизма и вы вынуждены верить дальше, как всякая жертва мошенника.

За последние недели многое изменилось. Общество показало примеры самоорганизации. Настоящие митинги в поддержку Питера прошли не на Манежке, а в день теракта: когда люди помогали раненым, развозили прохожих по домам и собирали деньги в соцсетях. Общество быстрее реагирует и эффективнее распределяет ресурсы. Общество может заработать само и может обеспечить боеспособность советского ядерного арсенала без посторонней помощи, а контраст энергии спонтанных акций и сборищ подневольного народа стал как-то особенно заметен.

Кризис власти в том, что она морально устарела и ей больше нечего предложить, ведь у нас плохо даже с собственно коррупцией. Ресурсы сокращаются: между вступлением в должность нового чиновника и отправкой в его Мордовию проходит слишком мало времени.

Мы находимся в стадии, когда ситуация понятна всем и протест становится мейнстримом.

«В тот период составить заговор было на удивление легко» — вспоминал министр вооружения Германии Шпеер о последних годах войны. «Если бы вы остановили любого прохожего и рассказали ему, какова ситуация на самом деле, он ответил бы: „Чистейшее безумие“. А если бы у него хватило мужества, то он предложил бы свою помощь... Это было вовсе не так опасно, как кажется сейчас, ибо в Германии было, может, несколько дюжин безрассудных людей, остальные восемьдесят миллионов мыслили здраво и прекрасно понимали, во что их втянули».

Просьба к сегодняшней власти сейчас может быть только одна — уйти, но проблема в том, что запущенная машина будет работать до конца. Говорить «надоел» можно было в 2007-м, может, в 2011-м, но не в тот момент, когда двери этой машины заблокированы. Оркестр на Титанике играл, пока от носового дифферента инструменты не стали съезжать по палубе, а Екатерина Андреева будет сохранять спокойствие, пока не слетит мобильная связь и не прервется вещание Останкино. Come Josephine, in my flying machine... and it’s up she goes, up she goes...

util