Badge blog-user
Блог
Blog author
Александр Овчинников

Обращение к Мединскому: «Скотный двор» как угроза национальной безопасности

19 Мая 2015, 17:24

Обращение к Мединскому: «Скотный двор» как угроза национальной безопасности

Статистика Постов 4
Перейти в профиль

Министру культуры РФ
В.Р. Мединскому



Уважаемый Владимир Ростиславович!



2015 год — год 70-летия Победы в Великой Отечественной войне! Сердце россиян наполняется гордостью за великую страну и её великую историю! Однако у всего великого есть враги, которые упорно подтачивают государственный механизм. Врагов много, но наиболее опасны те, которые хотят посеять семена сомнений в души людей. Делается это СЛОВОМ — изощренным, рациональным, не оставляющим сомнений в правоте говорящего или пишущего. Раздолье для таких «писак» большое, ибо только в одном XX веке Россия пережила столько перемен, что каждая из них может служить поводом для многотомных фальсификаций. Но в моем письме речь идет не об исторических сочинениях, извращающих наше священное 1153-летнее прошлое, а о с первого взгляда безобидной и свободно продаваемой в книжных магазинах повести английского писателя Джорджа Оруэлла «Скотный Двор». Это, если можно так выразиться, «произведение» было издано в 1945 г., когда советский народ под мудрым руководством И.В. Сталина и его соратников праздновал Победу в Великой Отечественной войне. «Скотный Двор» был тут же запрещен в Советском Союзе. И было за что запрещать, ибо в этом пасквиле содержалась пародия на трудную историю страны первой половине XX в. и имелись откровенные намеки на будущее, в том числе и на наши дни.
Россию столетней давности Д. Оруэлл представляет фермой (хутором), на которой обитало много животных, и которой руководил средней руки фермер (конечно, это Николай II). Однажды на ферме скотина подняла восстание против людей, а подговорили их на это дело свиньи — очень умные и хитрые существа. Восстание удалось, фермер был изгнан, а скоты объявили о начале строительства нового общества, в котором все животные были бы равны. Не трудно понять, что речь идет о революции 1917 г. и первых годах советского государства.
Поначалу все животные действительно были равны, но затем власть постепенно начали захватывать руководители восстания, т.е. свиньи. Они убеждали не отличающихся остротой ума лошадей, коров, уток и куриц, что построить светлое будущее можно только под их контролем, и им, свиньям, за такую трудную и ответственную работу ничего не нужно, только, разве, небольшие привилегии. Но привилегии со временем росли, среди свиней началась борьба за власть, в результате которой «всеми любимым вождем» стал самый хитрый и толстый боров Наполеон, под которым Д. Оруэлл, вне всякого сомнения, имел ввиду Иосифа Сталина.
Свиньи окружили себя собаками, которых начинали воспитывать еще с щенячьего возраста, и те были им безоговорочно преданы — что это если не аппарат НКВД?
Далее Д. Оруэлл описывает, как глупые животные работали под руководством свиней (а фактически на свиней), и как те их постоянно обманывали. На этом поприще особо преуспевал свинский идеолог — поросенок Визгун, который утверждал, что люди с соседних ферм засылают на хутор шпионов и диверсантов, цель которых уничтожить первое в мире скотское государство.
И животные искали этих вредителей. Более того, не блиставшие когнитивными способностями курицы каялись в несовершенных преступлениях, и бывали тут же разорваны собаками. Таким образом Оруэлл описывает репрессии 1930-х гг.
Далее английский «сочиняка» смеет утверждать, что свиньи постепенно начали отбирать у глупых животных всю производимую ими продукцию, и сами ее пожирать. Тружеников же заставляли работать все больше и больше, поощряя между ними соревнования. Излишки продуктов свиньи продавали за границу — людям, а животным объясняли, что все идет на организацию восстаний на других фермах. Напрасно курицы мечтали о цыплятах — все снесенные ими яйца, якобы, шли на международное скотское движение.
Свиньи, между тем, переселились в бывший фермерский дом, начали одеваться в человеческие одежды, вождь-боров стал спать на кровати фермера и есть из его посуды.










bfc601f624b4.jpg



По сравнению со временем «людского владычества», простые животные стали работать больше, а есть меньше, тогда как для свиней наступил рай — питались они много, и как результат хорошей жизни — быстро размножались. Их появилось огромное количество, но заниматься физическим трудом свиньи не хотели, а предпочитали заседать в бесчисленных конторах, писать какие-то отчеты, составлять непонятные другим животным таблицы и графики, доказывающие, что жизнь в скотском государстве очень зажиточная, особенно по сравнению с теми фермами, на которых люди продолжают угнетать животных... Тем самым Оруэлл намекал на разросшуюся при Сталине бюрократию, которая, как считают некоторые исследователи, стала в СССР правящим классом.
Подобное издевательство над историей нашей страны — это еще цветочки. Самое отвратительное, а, именно, глумление над памятью о Великой Отечественной войне, начинается потом. Свинский вождь затеял очень сложную внешнеполитическую игру с соседними фермами, результатом чего стало военное нападение на скотский хутор. Идеолог Визгун, а вместе с ним, и все свиньи стали убеждать животных отдать жизни за свое отечество, а фактически они беспокоились только о сохранении собственной шкуры и власти. Обитатели фермы воевали очень храбро, многие погибли, тогда как свиньи только из-за угла и на безопасном расстоянии ими руководили. Из рассказа можно понять, что огромные жертвы и разрушения были вызваны не столько силой врага, сколько неумелым и эгоистичным командованием свиней. Победу же они приписали себе:



«Победа осталась за животными, но они валились от усталости, из ран их текла кровь. Кое-как доковыляли они до Скотного Двора. Вид трупов дорогих сердцу товарищей, разбросанных там и сям по полю, вызвал у многих слезы на глазах.... Уже на подходе к Скотному Двору к ним, крутя хвостиком, подскочил рассиявшийся Визгун (напомню, идеолог. — А.О.), который почему-то воздержался от участия в бою. И тут же в саду грянул залп — интересно, что сегодня за торжество?

— В честь чего пальба? — спросил Боксер.
— В честь нашей победы, — выкрикнул Визгун.
— Какой победы? — спросил Боксер.
Колени у него были ободраны, в задней ноге застрял заряд дроби, он потерял подкову, повредил копыто.
— Какой победы, товарищ? Да разве мы не освободили нашу землю, священную землю Скотного Двора от захватчиков?
— Но они разрушили ветряную мельницу, а мы целых два года строили ее!
— Ну и что? Построим другую. Построим хоть десять мельниц, стоит нам только захотеть. А ты, товарищ, похоже, не понимаешь, какой подвиг мы совершили. Ведь враг захватил эту землю, ту самую землю, на которой мы с тобой стоим. А мы благодаря мудрому водительству товарища Наполеона завоевали ее пядь за пядью.
— Это что же получается — мы завоевали свою же землю? — спросил Боксер.
— В этом и есть наша победа, — сказал Визгун.
Они кое-как доковыляли до фермы. Застрявшие под шкурой дробины жгли огнем ногу Боксера. Он понимал, сколько трудов потребуется, чтобы восстановить ветряную мельницу — ведь она была разрушена до основания, — и в душе уже готовился к выполнению этой задачи. Но тут он в первый раз осознал, что ему стукнуло одиннадцать и что силы у него уже не те.
Но реющий на флагштоке зеленый флаг, залпы — в тот день дали семь залпов, — а также речь Наполеона, в которой он благодарил животных за проявленное в бою мужество, заставили их поверить, что они и впрямь одержали великую победу. Животных, павших в бою, погребли с почестями. Переделанные из телеги дроги везли Боец и Кашка, а во главе похоронной процессии шел лично сам Наполеон. Два дня никто не работал, все праздновали. Песни чередовались с речами и залпами, все получили подарки: животные по яблоку, птицы по шестьдесят граммов зерна, псы по три галеты. Было объявлено, что бой получит название Бой под ветряной мельницей и что Наполеон учредил новый знак — «Орден зеленого знамени» и наградил им себя
«












Что же это получается — жители Советского Союза — это животные, которых начальство ради сохранения собственной власти отправляло на убой? А «Орден зеленого знамени»? Это же пародия на Орден Красного Знамени!
9 мая во время парада Победы на Красной площади марширующих приветствуют нынешние российские руководители, а они — прямые наследники той бюрократии, которая появилась при Сталине... У думающей молодежи, прочитавшей опус Д. Оруэлла, появится много лишних и не нужных для нашего государства вопросов. Вообще, на мой взгляд, разбираемое произведение господина Оруэлла — это надругательство над памятью о великой войне.
Далее. После войны на полуразрушенном хуторе начался период восстановления, свиньи убеждали животных работать интенсивнее и те работали. Свиньи же еще больше размножались, своих поросят они стали отдавать не в обычные школы, а в особые — свинские. У них появились отдельные дома, свои машины, и в одно прекрасное утро животные-работяги увидели, что свиньи при помощи ходуль стали ходить на задних лапах. Издалека в человеческой одежде свинью можно было легко принять за человека (особо упитанного, конечно).
Постепенно свиньи усилили связи с людьми, хозяевами других ферм, и еще активнее стали торговать результатами труда животных. Последние по прежнему верили, что строят светлое будущее. Свиньи же наглели все больше. Старым животным после выхода на пенсию они обещали ржаное поле, но пристрастившись к пиву, забрали это поле для «самогонных» нужд, а животным-пенсионерам объявили, что рожь необходима для государства и, ради светлого будущего (теперь уже потомков), нужно потерпеть. Происходящее понимал только осел (по мысли Оруэлла — символ интеллигенции), но он молчал... А с не очень умным, но очень работящим, и беззаветно преданным идеалам скотского государства, конем Боксером поступили еще хуже — как только он начал дряхлеть, свиньи отдали его на соседнюю скотобойню, животных же убедили в том, что он умер в санатории и завещал слушаться указаний вождя. Этот сюжет только внешне напоминает положение пенсионеров в постсоветский период, но враги России могут использовать его для нездоровой пропаганды.
Повесть заканчивается попойкой людей и свиней, когда простые животные, наблюдавшие за действом, уже не могли отличить первых от вторых. В 1955 г. американцы по мотивам этого опуса сняли мультфильм, в котором животные во время свинского застолья поднимают восстание, сминают собак-охранников, а свиньи трусливо и с хрюканьем разбегаются кто куда. После событий на Болотной, других выступлений «пятой колонны», а также украинского «Майдана» подобная концовка имеет очень тревожный для российской национальной безопасности подтекст...
Уважаемый Владимир Ростиславович! Подобные пасквили на российскую историю недопустимы! Вас, как министра культуры, ответственного за правильное мировоззрение жителей нашей страны, должен озаботить беспрепятственный доступ к повести Д. Оруэлла «Скотный Двор». Думаю, что сегодня, в период возрождения России и патриотического воодушевления масс, самым лучшим будет инициирование вопроса о признании данного произведения экстремистским, извращающим историю нашей страны и сеющим недоверие к ее лучшим людям.
С уважением, и надеждой на поддержку инициативы
Александр Овчинников,
историк, Казань


<h2></h2>







util