Badge blog-user
Блог
Blog author
Антон Гусев

Вурдалак Владимир Путин. Опиум для народа

6 February 2016, 01:28

Вурдалак Владимир Путин. Опиум для народа

Статистика Постов 17
Перейти в профиль
Глава девятая. Опиум для народа

Когда депутат Госдумы Елена Мизулина предложила внести в Конституцию поправки, наделяющие Российскую Федерацию статусом конфессионального государства с православием в качестве основной исповедуемой религии, серьезной реакции это вызвать не могло хотя бы потому, что незадолго до этого революционного предложения эта яркая представительница ГосДуры подумывала запретить оральный секс на законодательном уровне. Понятно, что когда Жириновский предлагает сдвинуть земную ось с целью покончить с Америкой, реагировать на эту провокационную софистику не следует никак. Другое дело, что эти шуты являются выразителями мнения определенных слоев населения, и в их словах кроется доля правды. Пусть без видимой реакции, прислушиваться к этому бреду стоит. Прислушиваться и задумываться.

А задуматься есть над чем. Когда Ленин провозгласил отделение церкви от государства и школы от церкви, он придерживался обоснованного мнения о том, что церковная идеология очевидно помешает реализации его планов относительно будущего государства, будучи не в состоянии сожительствовать с социалистическими идеалами внутри ментальности русского человека. Однако, с тех пор прошло сто лет, общество и государство находятся на ином уровне диалектического развития, и потребность в подавлении конфессиональных чувств граждан отпала даже внутри самого автократического государства. Другое дело, что во многих государствах к власти пришли религиозные радикалы. Как правило, произошло это в странах, где потребность в таком одиозном лидере была вызвана совокупностью внешнеполитических и внутриполитических факторов.

К примеру Иран. Находящееся в евразийском сердце государство в конце 1980-х переживало внутренний кризис, а вернее, готовилось его пережить. Объяснялось это скачком демократических движений и бархатных революций, прокатившихся по всей Европе, а также выводом советских войск из Афганистана, что в совокупности могло спровоцировать оживление реакционных маргинальных движений. Окажи последние сколько-нибудь ощутимое давление на народные массы — и те могут выйти из-под контроля, вследствие чего могут пострадать институты государственной власти. Перед глазами был опыт соседнего Пакистана, где был убит президент Мохаммед Зия-уль-Хак и волна народного гнева с портретом бывшего президента Зульфикара али Бхутто под руководством его дочери Беназир активно сметала конституционный строй. В такой обстановке Иран от дурного глаза могла спасти только резкая реакционная политика властей — исламистов, основанная на религии. И потому высший пост в системе государственной власти занял религиозный деятель — уже упоминавшийся в книге аятолла Хомейни. Разумеется, этому предшествовал отказ от любых гражданских прав и свобод, присущих европейским демократиям — клерикальное государство не приемлет конституций, благополучно заменяя их священными книгами.

Этими же причинами объяснялось в свое время избрания на президентскую должность на Кипре архиепископа Макариоса в период греко-турецких столкновений на острове. Да чего там — для достижения все тех же целей обеспечения внутригосударственной целостности и подчинения граждан методом запугивания карой небесной отклоняющихся от религиозных заповедей послушников использовали средневековые европейские монархии святую инквизицию, заставившую в 1968 году Папу Римского Пия извиняться перед всем цивилизованным человечеством.

Не думаю, что нынешнее засилье Русской Православной Церкви в стране нужно нашему герою для достижения иных результатов. Хотя есть и еще одна цель, не свойственная коллегам ВВП из мировой истории. О ней поговорим, дав первоначальную характеристику современного российского клерикализма.

Что же представляет из себя нынешнее положение дел в обстановке всеобщей конфессионализации общества?

Включите телевизор — и увидите, что ни одно более-менее значимое событие не обходится без архиепископа. В свою очередь, ВВП и его команда принимают регулярное участие в православных мероприятиях. Отовсюду так и веет православием. Неизвестно, что больше ценит действующая власть — принятые ею законы или религиозные заповеди. Судя по тому, как они плюют на первые, наверное, все-таки ветхозаветные истины больше занимают сильных мира сего. И это в общем-то неплохо, но...

Уважение не просто имеющих к церкви отношение, но и просто здравомыслящих людей к русскому православию упало ниже плинтуса после назначения на должность Патриарха Московского и Всея Руси митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла. Морально-этическая нечистоплотность и правовой нигилизм этого человека порождают легенды. Хуже всего, что нигилизм в отношении общественных ценностей постепенно перерастает у него в попрание и ценностей православных.

Я догадываюсь, что после таких слов в адрес атамана мою книгу его верные адепты признают оскорбляющей чувства верующих. И мнение это разделят все те, в чьих головах патриаршья патетика вытесняет здравый смысл. Для остальных же поясняю — прошу не путать мое мнение о служителях церкви с моим мнением о самой церкви, к которой я как всякий полноценный человек отношусь уважительно.

Так вот, вступив на означенную должность сей субъект в первую очередь осрамился на весь белый свет скандалом вокруг группы «Pussy Riot». Решительно непонятно, чем настолько оскорбила первосвященника панк-группа, что он даже не соизволил в судебном заседании по их делу простить их, наигранно глупо оставив вопрос об их наказании на усмотрение суда. По всей видимости, не доплатили патриарху.

А денежки он любит — чего стоит одна только история с партриаршьей квартирой. Для тех, кто не в курсе, сообщу, что в 2010 году сестра патриарха инициировала судебный иск к соседу- легендарному хирургу, экс-министру здравоохранения России Юрию Шевченко. Якоб пыль, летевшая из квартиры последнего во время ремонта в ее квартиру, в которой, к слову сказать, зарегистрирован и проживает патриарх, повредила редкие фолианты, там хранившиеся. Общая сумма ущерба... превысила миллион долларов! А поскольку у доктора вряд ли наличествовала подобная сумма, арест в обеспечение ее (читай — его) требований был наложен на саму квартиру хирурга. Мол, денег нет — вон из дома. И — вы будете смеяться — при всей кажущейся абсурдности исковых требований святого отца они были удовлетворены. Так что пришлось господину Шевченко раскошеливаться на круглую сумму.

По всей видимости, на заповеди о непротивлении злу и всепрощении, а также о ненакопительстве и бессеребренности Его Святейшеству плевать! Иначе никак нельзя объяснить его «беззаветную любовь к денежным знакам».

Не только это крылатое выражение объединяет его с Остапом Бендером. Премию «Серебряная калоша» за 2012 года Патриарх получил в номинации «Чуровщина года» за замазанный снимок. После публикации фотопортрета Владимира Гундяева (так в миру зовут первосвященника) с наручными часами стоимостью около 600 тысяч долларов (при прожиточном минимуме страны в 8 тысяч рублей в месяц) многие официальные СМИ тут же повторно опубликовали тот же снимок, но уже отредактированный — часы на руке олиго-патриарха как корова, а точнее Adobe Photoshop языком слизал, дабы не возбуждать народный гнев. С одной стороны, нехорошо божьему человеку такое сребролюбие в себе взращивать. А с другой — хорошо еще, что хоть совесть у этого субчика временами просыпается, раз еще общественное мнение его заботит.

Еще один презанятный, но и очень печальный в то же время случай иллюстрирует другую неприглядную грань Гундяева как личности.

Наибольший в жизни стыд автор этих строк испытывает за факт своего 9-летнего членства в ЛДПР. Более политически несостоятельной общественной организации я, по всей видимости, отыскать не мог. Так вот усилился этот стыд в 2012 году, когда фракция ЛДПР в Госдуме внесла на рассмотрение проект так называемого «Закона Димы Яковлева». Напоминаю — судьи, следователи, прокуроры, депутаты, госчиновники, так или иначе причастные к гибели в столичном СИЗО юриста Сергея Магнитского в ноябре 2009 года, были подвергнуты санкциям со стороны США в виде отказа во въезде и заморозке принадлежащих им активов. В отместку господин Жириновский предложил отказать американским родителям в праве усыновлять российских детей-сирот, в том числе безнадежно больных. Мол, раз не пускают за рубеж наших лихоимцев, то пускай теперь там у себя за океаном сидят и плачут, что не удается им наших онкобольных детей излечить. А действительно, пусть им будет хуже (причем, кому им — сиротам или американцам — решительно непонятно). В кулуарах Думы закон получил прозвище «Закона Димы Яковлева» в память о нашем мальчике, погибшем в США по причине ненадлежащего родительского надзора.

Бесспорно, плохих родителей — хоть у нас, хоть за океаном — надо судить. Власти США поступили со своими гражданами — приемными родителями мальчика — самым строгим образом. Однако несистемность этого нарушения не свидетельствует о том, что наши не излечиваемые нашей уродской медициной сироты должны лишаться последней возможности на лечение за рубежом. Это точка зрения автора. У патриарха же была иная точка зрения по данному вопросу. И поэтому вместо ветирования законопроекта патриарх обратился к мэру Москвы с предложением... нет, не о лечении больных детей, а о выделении на столичных кладбищах специальных участков для христианского их захоронения. Вот это милосердие! Комментариев нет.

Вы только вдумайтесь — человек, имеющий колоссальное влияние на ВВП, может уговорить его воздержаться от визирования закона, чтобы, по христианским понятиям, даровать спасительный шанс и надежду на него маленьким больным детям, но не делает этого, а заботится об их христианском захоронении! Печется, чтобы не как собак в ямы закапывали, а хоронили по христианским обычаям. От варварства, ханжества и лицедейства дух захватывает...

По меткому выражению Льва Толстого, бумага все стерпит, только автор этих строк — человек, и от описания биографии патриарха тошнота к горлу подкатывает. Умыться хочется с антибактериальным мылом, дабы не подхватить от этого субъекта какую-нибудь из его многочисленных зараз.

Очевидно, что подобные приключения бравого солдата Швейка не являются откровением только для автора. Это видит все население России. Равно, как видит оно правовой нигилизм власть предержащих. Согласитесь, когда за кражу курицы в колхозе дают 5 лет, а за хищение миллиардов из бюджета — дай Бог, если условный срок, вера граждан в государство и его институты падает. А когда людям больше не во что верить — они обращаются к религии.

Тем более, что государство создает для этого все условия. Православное засилье повсеместно. Священники освящают дома и бизнес-сооружения, стоят на официальных мероприятиях рядом с высшими госчиновниками, носят одежду, украшения и имеют автомобили класса «люкс». Уровень жизни священников значительно превышает уровень жизни среднестатистического россиянина. Не устроился в институт, на работу — милости просим в семинарию, а там — на должность и вверх по синодальной иерархической лестнице. Ну, как раньше в армии.

Подобно самым развращенным и асоциальным в мире сектам, Русская Православная церковь сосредотачивает внутри себя огромные имущественные активы, добровольно пожертвованные гражданами нечистым на руку сановникам и духовникам в обмен на «царствие небесное». Знаете, многократно виденные автором среди прихожан криминальные элементы наводят на мысль о возвращении индульгенций — средневекового религиозного явления, при котором мздоимцы в рясах отпускали своей пастве грехи в обмен на материальные ценности, в том числе и деньги.

Иной случай только и заставляет, что руками развести. Многим, наверное, знакомо понятие УДО — условно-досрочного освобождения осужденных от отбывания наказания. Отбывает осужденный к лишению свободы свой срок, и, если по отбытии определенной законом части он не будет иметь дисциплинарных взысканий и трудом докажет свое исправление, то может рассчитывать на открытие тюремных дверей, что называется, до звонка. Ради этого долгожданного освобождения люди подчас берутся в условиях пенитенциарной системы за самую тяжелую и малопочетную работу. Взять того же экс-хозяина «ЮКОСа» Ходорковского, который, ожидая УДО (в котором, к слову сказать, ему было отказано), шил тапочки.

Вместе с тем, никакой гарантии освобождения работа, как и хорошие отношения с администрацией исправительного учреждения, не дают. Не сочтет суд, поглядев в твои глаза, доказанным твое исправление — и следующие полгода будешь гарантированно дальше условно бесплатно трудиться на благо государства, доказывая положительное влияние на тебя сурового — но не всегда справедливого — уголовного наказания.

Однако, сейчас при каждой колонии имеется собственная церковь, или, по крайней мере, часовня. Так вот каждый заключенный может изъявить желание работать... в должности священника. Звучит как бред. И не только потому, что администрация исправительного учреждения вне связи с синодальными органами священников назначает, по неведомым никому правилам аттестуя их на знание Нового Завета без специального образования, а главным образом потому, что служба в церкви приравнивается к обслуживанию государственного учреждения — исправительной колонии. И — представьте — на этом бреде по совсем не бредовым основаниям руководство колоний, лично отбирающее достойных этой должности, получает очень хорошие «откаты».

Что же касается УДО — такому работнику оно обеспечено. Ну как вы представляете себе судью, отказавшему в освобождении священнослужителю? Думаю, анафемы никто из них не жаждет.

Налицо противоречие между Конституцией, провозгласившей Россию в качестве светского государства, и фактическим положением дел, при котором наша (а не путинская) страна превратилась, надо сказать, стараниями последнего в государство клерикальное. Дополнительно в пользу этого свидетельствует, среди прочего, пресловутый закон о защите чувств верующих.

Применение этого чудовищного закона трактует любую тень, брошенную — волей или неволей — на Библию, попов и все, что с ними связано, как государственную измену. Все, что может прямо или косвенно затронуть христианские ценности, трактуется как оскорбление чувств идолопоклонников. Значит, защищает государство церковь.

Но почему? Зачем государству это нужно и почему именно православная церковь избрана действующей властью в качестве самой дорогой и любимой?

Начнем отвечать по порядку. В государстве, которое не смогло обеспечить доверие к себе и своему правопорядку со стороны своих же граждан нужна некая сдерживающая сила, которая всегда будет на службе у правительства. Вспомните — точно такую же роль РПЦ играла и при царе, когда вера людей во власть упала ниже плинтуса. Очень мешал исполнению этой роли Лев Толстой с его очень специфическим видением общественной и христианской жизни. Не в слепом служении церкви и ее нечистоплотным сановникам видел великий русский писатель, автор «Отца Сергия» и «Воскресения» Бога и действительное назначение жизни человеческой. А скорее — в служении людям и искреннем, а не ханжески-вывернутом исповедании библейских заповедей.

Толстой же обращал внимание и на очевидные противоречия действий РПЦ библейскому учению. В своем великом романе «Воскресение», описывая церковную службу, он пишет о том, что «никому из присутствующих... не приходило в голову, что все, что здесь совершается, есть самое богопротивное дело». В этом видит писатель и не приветствуемое Христом многословие с использованием непонятных никому идиоматических оборотов, и храмовую молитву. «Не приходило в голову, что Он запретил молиться в храмах, запретил самые храмы, сказав, что пришел разрушить их и что молиться следует не в храмах, а каждому в уединении». Видел великий писатель и истинную причину закрытия глаз священников на эти отклонения — думает священник, проводя службу, только о собственном материальном благополучии.

Именно поэтому в 1900 году РПЦ отлучила Толстого от церкви, подверну анафеме. И даже запретила, спустя 10 лет, после смерти великого писателя, хоронить его христианским обычаям на кладбище — могила писателя находится в его родовом имении в Ясной Поляне.

И хоть понимала читающая аудитория мудрость, справедливость писателя, исключительную верность каждого его высказывания, все же приближаться к нему на расстояние пушечного выстрела опасалась. Лучше лишний раз и не брать в руки его книг.

Почему? Ответ понятен — влияние церкви на дореволюционное российское общество едва ли не превосходило по силе влияние государя. В настоящее время влияние РПЦ также очень сильно, в связи с чем в ноги ей слепо кланяется подавляющее большинство населения. Ключевое слово здесь «слепо».

Православие как религия имеет огромное количество противоречий. Начать хотя бы с тех же самых храмовых молебнов. Затем крест. Как и зачем поклоняться орудию жуткой казни Христа? В идеале у православных — образ полного, абсолютного бездействия. Зачем при таком раскладе вводить заповеди? Как может преступить закон человек, который сутками лежит на диване и только и занимается, что ничегонеделанием? Исповедуется идея о несотворении себе кумира. В то же самое время священники активно претендуют на эту роль и наделяются для этого полномочиями. Как быть? Слушаться или игнорировать? Церковь приемлет и поддерживает мирской суд, в то время как Библия относит исполнение судейских полномочий людьми над людьми к смертным грехам. И та же тюрьма, сама по себе не приветствуемая Христом, назначает священников внутри себя. Абсурдно, но правда.

И таких коллизий — великое множество. Прелесть же православия в том, что оно не отвечает на вышепоставленные вопросы. Оно вообще не считает нужным вступать в диалог со своими адептами. Оно только говорит им: «Верьте! Что говорит вам священник, в то и верьте, ибо вы все- заблудшие овцы, а он — пастух ваш. Не будете верить — отлучим от церкви».

В этом сила православия и его радикальное, принципиальное отличие от других религий. В этом же — ответ на второй вопрос. Власть потому избрала РПЦ в качестве своей наставницы и спутницы, что она подавляет свободомыслие своих прихожан ортодоксально, словами: «Верь — и баста!» Логическая цепь: если поп стоит рядом с властью и облизывает ее, а все, что он говорит, принимается за истину априори, то и власть обладает определенной святостью, и надо принимать ее на веру.

Вместе с тем, исторически русской религией является языческая, ведическая. Религия, исповедующая веру в солнышко, природу, труд, человека. Религия, призывающая работать и зарабатывать, учить и учиться. Религия, отрицающая священнослужителей. Но она претит власти, ибо поработить граждан, превратить общество в отару с ее помощью (равно как и с помощью ислама) не получится.

Православие —антипод и злейший враг язычества. Оно запрещает думать, призывает к бездействию и непротивлению злу, к бедности, безделью, невежеству. По меткому выражению В.И. Ленина, православие — опиум для народа. Но, перефразируя его, можно сказать, что главный опиум — не собственно православие, а кривое его истолкование угождающими и угодными власти священниками. Призванными оболванить, обезличить и обезволить народ в интересах власти, стремящейся к его скорейшему порабощению.

И, судя по количеству храмов и часовен в стране, можно прийти к выводу о том, что у ВВП отлично получается превращать людей в скотов и скверно — пасти это стадо. Не придется ли вскоре отправиться в сорокалетнее путешествие по пустыне? Ведь именно в нее грозит превратиться страна под его чутким руководством.

util