Автор поста
Badge blog-user
Блог
Blog author
азимбай гали

Азимбай ГАЛИ Сказание Азимбая-2. Псевдоказах, антиказах и проказах: неэтнографический этюд 26 декабpя 2003 zonakz.net

20 December 2015, 18:31

Азимбай ГАЛИ Сказание Азимбая-2. Псевдоказах, антиказах и проказах: неэтнографический этюд 26 декабpя 2003 zonakz.net

Статистика Постов 109
Перейти в профиль
Азимбай ГАЛИ Сказание Азимбая-2. Псевдоказах, антиказах и проказах: неэтнографический этюд 26 декабpя 2003 zonakz.net
Псевдоказах и антиказах — главные герои казахстанской политической сцены. Не подумайте, что вытащил очередное сказание из подсознания. Швейцарский ученый Андреас Каппелер (в книге «Россия — многонациональная империя. Возникновение, история, распад.» Прогресс-традиция«.М. 1997) описал антиэтно- и псевдоэтнотипы как продукт и производное колониальной политики. Не буду останавливаться на технологии изготовления колониального продукта, он достаточно описан. Хрестоматийный подобный тип — Левка Задов, сотрудничавший с Н.Махно по устраиванию еврейских погромов в Украине. Несомненно, Левка Задов — антиэтнотип. Псевдоэтнотип — также довольно распространенное явление колониальной даже постколониальной поры. Псевдоэтнотип — это окончательно ассимилированный тип аборигена, адаптированного к пропагандистским стереотипам метрополии. Если антиэтнотип борется с архетипом, то псевдоэтнотип — только пользуется своей формальной принадлежностью к архетипу. Псевдоэтнотип — конспективный этнотип с известными изъятиями. Изъятыми могут оказаться актуальные составные этнотипа — традиционная религия и язык. Казахстан, пожалуй, единственная постсоветская республика, где в силу слабости национального движения и национальных импульсов, а также благодаря контролю власти со стороны русскоязычной партии (мы назвали это либерийским феноменом), не были решены в полном объеме задачи деколонизации по внедрению государственного языка. Так называемые «асфальтные казахи» — те же политические русские, как миллионы представителей разных этносов, потерявших исконную идентификацию, но сохранившие вместо этнотипа паллиативный лингвотип — русскоязычность. От своих этнобратьев они отличаются не столько незнанием казахского языка, сколько лингвоантагонизмом и политической русскостью. Политические русские Казахстана и их часть в виде этнических маргиналов — «асфальтных казахов», не приемлют казахский как государственный, но вместе с тем, в преобладающем большинстве, они сторонники государственного суверенитета. Тогда как большая часть политических русских из славян все-таки за Российский протекторат, а себя рассматривают, в нейтральном политическом смысле слова, как агентов русского влияния. Антиэтнотип — это не манкурт, хорошо описанный А.Кекилбаевым и Ш.Айтматовым. Казахский псевдоэтнотип помнит свое не этногенетическое, а лигвополитические русское начало. Поэтому «асфальтные казахи» имеют свои интересы, свои субъекты, ресурсы, и они контролируют власть в Казахстане. Политические русские из казахов тормозят внедрение казахского языка как государственного, но их политическое влияние сокращается, и они переходят, в силу их эластичности, на государственный язык, но они стонут, остерегаясь люстрации как радикального решения.
Сокращение русского лингвистического поля в Казахстане — закономерность. Было время, когда городской тип казаха отличался от аульного типа, так сказать, более высоким культурно-техническим уровнем. Сельские казахи безоглядно поддерживали городских, видя в них родственников и заступников. Городские казахи в колониально-советскую эпоху представляли в основной массе высшие слои казахского населения. Эта казахская часть номенклатуры — высшие управленцы, писатели, преподаватели вузов и небольшая часть рабочих. Сейчас городские казахи составляют свыше 50% населения города, половина самих казахов живет в городах. В городе сложилось полистратификационное население: от министра, начальника управления до учителя средней школы, впервые образовалась этнокультурная инфраструктура, которая приобретает общенациональный масштаб. Казахских групп в вузах и казахских классов становится больше, чем русских. В городе больше становится не только казахоязычных структур, но и эпигонов казахоязычности. Если вы обратите внимание на происхождение сегодняшних гонителей казахского языка из числа антиэтнотипа, то заметите, что они происходят из гуманитарной казахской интеллигенции: дети казахских писателей, поэтов, литературных сотрудников газет и журналов. Это их конъюнктурно-дальновидные родители на тучной казахской хлебной и мясной ниве советской поры, праотцы и родители антиэтнотипов, обессмертившие себя в классиках казахской советской литературы, приговорили на смерть казахский, сперва у себя дома, полагая, что так произойдет везде, ибо они не готовили другой судьбы ни для своих детей, ни для своего народа. Национал-нигилизм в детях произошел от родителей, родители были национал-конформистами, дети стали эпигонами политического русофильства. Русское делопроизводство стало тормозом социальной мобильности казахоязычных, которых большинство. До тех пор, пока будет сохраняться ориентация на русский язык, науку, политику, экономику и технологию, Казахстан будет интеллектуально-художественной провинцией, рынком сбыта морально устаревших некачественных российских товаров. Сокращение русского лингвистического поля — закономерность. Будут уменьшаться носители этого языка, меньше будет эпигонов и в качестве международного: казахи предпочтут английский, в качестве родного — казахский. И тогда произойдет новый виток политического сознания, в числе самых горячих радетелей казахского мы увидим детей и внуков псевдоказахов и антиказахов, и мы простим им, во имя национального мира и казахской комплиментарности. Да будет так, потому не будет иначе.
Россия — оплот мировой реакции. Не буду углубляться в историю. Еще в 19 веке Россия противостояла революционной Франции, создав коалицию феодальных государств. В 1815 году Россия восстанавливает монархические режимы и становится жандармом Европы. Либеральная Европа страдала от евразийского гиганта с безмерными военными, человеческими и природными ресурсами. Россия проиграла первую мировую, но вместо старой России вырос новый колосс, еще более мощный, еще более реакционный. Вторая мировая война сделала Россию, называемой СССР мощной сверхдержавой, включившейся в борьбу за мировую гегемонию во имя новой империи. Новая империя возродилась после разгрома фашистской Германии и милитаристской Японии жандармом Европы и Азии. Были сделаны значительные территориальные приобретения, которые были узаконены международным правом. Распад СССР в начале 1990-х годов привел к временному ослаблению России, уступлена гегемония в Европе, прежние союзники по Варшавскому договору с удовольствием дрейфовали в сторону НАТО, союзные республики стали суверенными республиками и построили национальные государства. Новая Россия, называя себя либеральной империей, хочет вернуть свое военное и экономическое присутствие, ей уже многое удалось. Чтобы оформить политическое присутствие России, она опирается на реакционные и консервативные силы внутри каждой страны, пытается заручиться поддержкой политических русофилов, дождаться благоприятной международной обстановки — молчаливого согласия США и Старой Европы на аннексию. Наша внешняя политика становится все более неравновекторной, склоняясь в сторону прежней метрополии. Оно-то понятно, было бы странно, чтобы оставили в покое такую богатую сырьевую республику. Россия будет действовать либеральными и жестко-имперскими средствами, от действий интеллигентных агентов влияния до импульсивно-агрессивных казаков, от рутинной дипломатической политики уговоров и перекупки высшего и среднего элит и истеблишмента. Все будет работать на одну идею, которую будут вдалбливать на всех уровнях, и, может быть ... казахи дрогнут.
Элита и контрэлита. Несомненно, высшее политическое руководство Казахстана (беру только Президента и его окружение) оказалось более продвинутым, чем Парламент и Судебная власть. Экономическая и социальная реформы состоялись, и тому свидетельство — «казахское экономическое чудо», и секрет успеха состоит не только из фактора нефти, газа, металла, зерна, новой столицы. Президент продавливал реализацию реформ, его политическая воля была фактором успеха. Конечно, многое сделано не так успешно, но выработана модель реформ, выстроен праволиберальный путь. Теперь замышлена политическая и правовая реформы. Сделан первый существенный задел. Начата демилитаризация силовых структур. Будут пересмотрены законы о выборах, СМИ, началась существенная подвижка в реформе местного самоуправления. Партийная структуризация выделяет праправительственные и оппозиционные партии. Все партии по вопросу о государственном языке и по отношению к северному соседу имеют аморфную или откровенно пророссийскую позицию. Дескать, нужно межнациональное согласие и примирение. Любое реальное продвижение государственного языка или сближение Казахстана с США и Китаем ревностно отслеживается, расценивается в русскоязычной СМИ как факт отрицания благотворной интеграции с Россией и воспринимается ею как фактор разрушения этого мира, а артикулирующие субъекты как казахские баркашевцы. Пророссийское лобби и прорусская партия отслеживают все мало-мальски значимые события и факты с точки зрения стратегических интересов только российской стороны. Кроме семи зарегистрированных партий, действуют движения оппозиционного направления. Все оппозиционные движения носят социал-демократический и русо-центристский характер. А между тем возрастает значимость праволиберального политического сектора.
Казахская ассимиляция неказахов. Опасности. Казахская ассимиляция неказахов — обычный рутинный процесс, который протекает во всех государствах, где имеется достаточно энергичный титульный этнос и внятная и приемлемая государственная политика. Ассимиляция неказахов происходит одновременно с взаимной аккультурацией казахов. В местах смешанного казахско-узбекского и уйгурско-казахского проживания образуются классические наречия, говоры и даже диалекты разговорного казахского на основе синкретических языковых процессов. Попросту говоря, казахи юга Казахстана сблизятся и много переймут у сплошных этнических массивов. Итак, вынужденность как необходимость вхождения в ВТО. Иначе казахи не выдержат напора многочисленных наций в Центральной Азии, в особенности Китая и России, Узбекистана и Таджикистана. Аккультуриваясь, мы не должны упускать собственные ценности: национальное государство, национальную религию — мусульманство, государственный язык. Собственно для сохранения этих ценностей мы идем на процесс ассимиляции.
Что даст казахам. Только так, и не иначе, мы сохраним себя как национальную идентичность. Резко возрастет против настоящего число носителей казахскости — языка, духа и государства за счет вновь включенных. Тем самым расширится демографическая и социальная база и этноса. Усилится национальная конкуренция внутри казахов. Энергичное участие вновь включенных казахов может вызвать социально-психологическое ревностное отношение старого казахского пласта новому.
Что даст неказахам. Возможность беспрепятственной социальной самореализации. Что позволит безболезненно влиться в состав казахского этноса или сохранять только языковую и гражданскую лояльность при сохранении на личностном уровне этнической идентификации. У неказахов всегда будет возможность возвратиться в исконную идентичность, что наиболее реально при эмиграции.
Что нужно для ассимиляции. Желание и возможность. Есть ли желание у казахов пойти на ассимиляцию или продолжать существование нации в режиме закрытого этноса. Думаю, что есть осторожное желание. Казахи, по сути, — закрытый этнос, они не вступают в межэтнические браки — 3-4% от всех браков (часть из них с тюркскими мусульманскими этносами), они особо не настаивают на изучении неказахами казахского языка, вместе с тем они вытесняют европейские этносы (они менее всего хотят ассимилироваться и принять хотя бы языковые реальности — государственный язык) на рынке труда. Итак воля и желание к ассимиляции у казахов есть. Но есть ли возможности и необходимые ресурсы. Смогут ли казахи ассимилировать хотя бы тюркоязычные этносы. Уже 80% тюркоязычных говорят на государственном. Получив гарантию недискриминации по «принципу пятой графы», при увеличении удельного веса казахов в населении страны это вполне возможно. Этническая инфраструктура казахов должна стать общенациональной, и она может стать таковой по причине собственной развитости. И так казахи смогут обеспечить интеллектуальными, технологическими и материальными возможностями процесс перехода на казахскую инфраструктуру вместо русской. Проказах — это политический казах, он станет новым сильным приобретением казахской нации. Он придаст нам силу и уверенность. Это как раз то, чего нам не хватает.

util