Badge blog-user
Блог
Blog author
Александр Кирлан

Разоблаченный Карл Маркс

9 January 2016, 09:24

Разоблаченный Карл Маркс

Статистика Постов 18
Перейти в профиль
53a7f14ad997.jpg

Теория Карла Маркса о происхождении богатства от присвоения прибавочной стоимости несостоятельна.


Его трудовая теория стоимости возникла в эпоху, когда цены не менялась столетиями. Сегодня цены непредсказуемы как погода, и владелец фабрики, честно расплатившись с рабочими, часто рискует разориться. Куда же испаряется в такой ситуации присвоенная прибавочная стоимость?

Можно потратить полжизни на сочинение книги, которую после никто не купит. Труд был — стоимости нет, поскольку не возникло потребности. И наоборот — можно выгодно продать старую вещь, оказавшуюся антиквариатом. Труда не было — стоимость есть, поскольку возникла потребность.

Теория Карла Маркса не объясняет происхождение богатства у знаменитых художников, писателей и киноактеров. Музыканты и певцы собирают толпы поклонников, зарабатывая состояние за один концерт. Знаменитые писатели бывают богаче предпринимателей. Артисты никого не эксплуатируют, а доход у них миллионный. Как же им удается разбогатеть? Во времена Карла Маркса таких примеров было немного, поэтому ими пренебрегали. Считалось, что труд артистов не создает прибыли, а позволяет участвовать в перераспределении сверхприбыли, отчужденной капиталистами у рабочих. В середине XIX века артисты не богатели за счет внимания простых людей.

Теория общественного договора (социального контракта), сформулированная Томасом Гоббсом и Джоном Локком еще в XVIII веке, более адекватна. Современные реалии подтвердили ее. Пора признать, что Карл Маркс ошибся.

Стоимость товара не зависит от объема труда, затраченного на производство товара. Стоимость эквивалентна только потребности покупателя в товаре.

Я не забыл, что трудовая теория стоимости, защищая себя, предложила множество видов стоимости. Рассуждения марксистов похожи на проповеди жрецов о том, будто всё не так, как на самом деле. Ведь для расчета экономической выгоды производства вполне хватает дебета с кредитом. А продавца тем более не волнует экономическая религия. Продавца интересуют конкретные деньги, который можно получить от покупателя.

Смысл экономической религии марксизма заключается лишь в разжигании ненависти рабочих к предпринимателю.

Карл Маркс опроверг идею того, что стоимость возникает в сфере обращения, поскольку наиболее важные для нас товары создаются в труде. Но разве человек не работает когда чинит собственный дом или сочиняет музыку для себя? Имеет ли цену такой труд? Не имеет, пока не найдется покупатель. Следовательно, стоимость всякой вещи, товара или труда одинаково возникают в сфере обращения.

Деньги можно получать, только удовлетворяя чужие потребности, причем ни один человек не заплатит нам деньги за исполнение наших желаний — только за удовлетворение его потребностей.

Поэтому капитализм, в отличие от феодализма, снисходительнее к чужим слабостям и даже извращениям, ведь на них тоже можно заработать.

Любой процесс купли-продажи подобен социальному контракту, в котором одна сторона предлагает услугу, другая — расплачивается. Меняется потребность — меняется цена. В производстве соблюдается тот же принцип. Предприниматель предлагает рабочие места, которые либо востребованы, либо нет. Факт ограбления рабочих, которое можно предотвратить только уничтожив предпринимателя, как настаивали большевики, отсутствует. И чтобы избежать социального конфликта, достаточно изменить условия трудового договора или вынудить предпринимателя платить рабочим больше, изменив налоговую политику.

Когда чья-то услуга дорожает, человек богатеет. Это справедливо. Несправедливость возникает лишь, когда социальный контракт не соблюдается — деньги берутся, а услуга взамен не предоставляется, или фальсифицируется, или реальная цена за услугу незаметно меняется. Еще хуже, когда создается экономическая система, при которой избранная социальная группа получает привилегию навязывать всем договора на выгодных для себя условиях, не допуская альтернативы.

Возникновение социальной дисгармонии, когда разница в доходах разных групп населения возрастает до угрозы конфликта, объясняется только несовершенными договорными отношениями. Они либо не соблюдаются, либо перестают соответствовать реальному состоянию общества.

Специалисты по маркетингу уже давно мыслят здраво и занимаются возбуждением чужих желаний, чтобы разбогатеть, удовлетворяя их. Кутюрье создают бренды, благодаря которым авторское сочетание ярких тканей продается по высоким ценам. Модные журналы поддерживают субкультуру гламура, завышая цены на бессмысленные аксессуары. Искусствоведы мастерски раздувают ажиотаж вокруг произведений искусства, напоминающих карикатуры. Аналогичные технологии используют продавцы автомобилей, бытовой техники и компьютерных гаджетов.

Однако, не стоит осуждать хитрости маркетологов. Ведь они нацелены в основном на богатых людей. Если запретить культ потребления, множество людей останется без работы. На самом деле, культ потребления это не проблема, а способ решения другой, более сложной проблемы.

Главной проблемой современного общества является высокая производительность труда.

Причем, она продолжает повышаться. Образно выражаясь, двадцать человек уже способны обеспечить всем необходимым для жизнедеятельности сто человек, поэтому для восьмидесяти работа создается искусственно. Не удивительно, что в Швеции начали снижать продолжительность рабочего дня, чтобы работы хватало на всех, заодно стимулируя развитие услуг в сфере досуга.

Но вернемся к теории трудовой стоимости. Ошибка Карла Маркса до сих пор мешает нам осознать, что даже у холдингов, банков и государственных фондов не бывает бизнес-планов без перспективы удовлетворения чьих-то личных желаний. Значит, важнее экономических законов понимание — чего на самом деле хотят люди, которые ради исполнения своих желаний зарабатывают деньги, берут деньги в долг или одалживают их под проценты.

Подлинный смысл экономики в том, какие желания она предназначена удовлетворять.

Ведь прибыль можно потратить — на еду, на зрелища, на роскошь, на пьянство, на секс, на войну, на религию, на образование и так далее.

Недавний кризис в Греции возник потому, что прошлое греческое правительство решало социальные проблемы на кредиты зарубежных фондов, не задумываясь как по ним рассчитаться, а кредиторы хотели получить прибыль, не беспокоясь о том, способно ли греческое правительство ее обеспечить. В итоге Греция обанкротилась. Но виновником банкротства сочли почему-то греческий народ, вынудив греков пойти на жесткие меры социальной экономии.

Предположим, что европейские банкиры сумеют вернуть свою прибыль, доведя греков до нищеты. На что они потратят ее? Разумно ли покупать новые дома, автомобили и яхты, или даже поддерживать социальные программы в своих государствах, если в Евросоюзе возникнет страна с обозленным населением, готовым к бунту, терроризму и грабежу? Именно это пытались объяснить европейским чиновникам лидеры Сиризы, но безуспешно. Вера в марксизм помешала греческим левым четко сформулировать их предложения. Но трудовая теория стоимости мешает и нам всем задать себе важные, давно назревшие вопросы.

Если наши желания важнее экономической прибыли, тогда по каким механизмам возникают желания, которые сложнее физиологических, и насколько они объективны? Как организовать наш труд, чтобы скорее получать то, чего мы на самом деле хотим, не отвлекаясь на то, что всего лишь привыкли делать? Как проще перейти к обществу будущего, когда физиологические стимулы для работы исчезнут, и останутся только духовные? Что ждет человека в мире, где работать не обязательно — деградация или свобода?

Вот почему в XXI веке психология оказалась важнее экономики.

util