Badge blog-user
Блог
Blog author
Валерия Демидова

Все круче и круче

22 Июля 2016, 06:46

Все круче и круче

Статистика Постов 140
Перейти в профиль
( Из воспоминаний участника демократического движения эпохи перестройки Андрея Демидова)
<h2>
</h2>

Апофеозом деятельности объединения «Гласность» стало большое собрание в зале Пушкинского народного дома на тему «КГБ за перестройку или против?» С этой организацией у нас уже сложились специфические отношения. На всех собраниях Ненашев делал фотографии присутствующих, а потом внимательно изучал их, обводя в кружочек незнакомые новые лица. Не сексоты ли это? Нужно проверять и проверять, выявлять и выявлять. Все фотографии, а также документы о деятельности «Гласности » он складывал в отдельную папку с надписью «Неформалитет». Владимир Петрович, когда уходил из квартиры, протягивал в коридоре тоненькие ниточки, а потом выяснял — порваны они или нет, лазили чужие или нет? Такие предосторожности не были излишни. В это время и мне, и Ненашеву кто-то вечером регулярно звонил по телефону и зловеще заявлял:" Мы будем убивать тебя«. Мне в больнице отказались лечить зуб, мол пусть с тобой возятся твои друзья ЦРУушники...

a5e1f82182dd.jpg

На фото: слева направо Михаил Страхов, Юрий Бехчанов, Ирина Воеводина-Демидова,
Татьяна Поправко, Дима Шляков, Андрей Демидов и собака Рекс, кавказская овчарка, участник всех самарских митингов. Фото Георгия Евдокимова, фотокорреспондента самиздатовского журнала «Самара»

Целых полгода секретный агент вербовал одного из членов нашей группы, который взял у меня миниатюрный кассетный магнитофон Панасоник с высокочувствительным микрофоном и записал одну из таких интимных встреч. Вечером мы собрались во дворе за политехом на Галактионовской и слушали потрясающую запись. Собеседник заговорщическим голосом объяснял, что перестройка организована ЦРУ и Моссад. Самарский сионистский цент возглавляют три лидера. Далее перечислялись известные к тому времени на весь город фамилии. Мы знали этих людей. Ничего враждебного от них никогда не слышали. Один занимался изучением социал-демократии, другой боролся за экологию, а третий выступал с публичными лекциями в институтах по проблемам Второй мировой войны, в частности говорил о пакте Молотова и Риббентропа и об исторических путях социалистической идеи. Далее представитель спецслужбы рассказывал о четвертом страшном диссиденте Анатолие Черкасове, который проживал со мной в одном доме. Вербуемый товарищ закричал, так он же не еврей! Ответ был суров, мол он хуже, чем еврей, страшнее, чем сионист. Анатолий оказывается несколько лет назад якобы на надувной лодке пытался бежать в Турцию и вез с собой государственные секреты среднего машиностроения. Сотрудник призывал приятеля грудью встать на защиту социалистического отчества. Парадируя чекистов, которые во всех грехах обвиняли сионских мудрецов, я написал такую песню:

<h2>«Коты»</h2>

Глупая природа

Творила, что угодно,

Но только не додумалась родить меня котом.

По городу б шатался,

Царапался, кусался,

На чердаке б имел публичный дом.



А у котов нет черного берета,

Ботинок, галстука и фирменных часов.

В густой шерсти не сыщешь партбилета,

Зато евреев нет среди котов.



Какой уж там еврей, когда несешь с помойки

Себе и завтрак, ужин и обед.

Еврей, так тот гуляет в костюме тройке

И длинным носом меряет проспект.



Коты плодятся и зимой, и летом.

Каких пород не знает только свет,

Но ты поставь всю на уши планету:

Сиамских сыщешь, а сионских нет.

Этот текст вызвала возмущение в еврейских кругах Куйбышева и меня стали считать антисемитом. Вот в такой сюрреалистической атмосфере объединение «Гласность» решило провести острую дискуссию с конторой глубокого бурения.

К назначенному часу приехало телевидение, радио. Собрались журналисты всех местных и ряда центральных газет. В зале, как обычно, негде было яблоку упасть. На сцене нам противостояло руководство областной госбезопасности. С яркой речью выступил Володя Воронов, который все время спрашивал: готовы ли нынешние чекисты смыть с себя грехи Дзержинского, главного организатора красного террора в 1918г.? Представители органов слабо сопротивлялись жесткому натиску историков, пытаясь обвинить демократов в пособничестве Западу, который хочет погубить Советский Союз. Никаких конкретных фактов они привести не могли. Там я тоже пел свою известную песню :

<h2> «Сказки»</h2> Издали сказки детям,

А в них Кащей бессмертен,

Такое написать мог только диссидент.

Бессмертны не злодеи,

Народ, страна, идеи

И каждый наш партийный документ.



Кто предал идеалы,

Подались в неформалы.

Их с панталыку сбил антисемитским сионизм,

в коррупции и пьянке

Виновны только янки-

Американский неоглобализм.



Коварный враг из Вашингтона ихнего

По голосам нелепицу твердит,

А наша цель над площадью Устинова

Красным огнем горела и горит.



С того конца планеты

На видеокассетах

К нам проникает ихний буржуазный секс.

Авралы, хозрасчеты,

И черные субботы

Спасут от этих пагубных утех.



Коварный враг из Вашингтона ихнего..



Испанцы с Христофором,

Католиком и вором,

Америку открыли не для телемоста,

А парень из Тамбова

Ее закроет снова,

Нажав на кнопку черного пульта.



Товарищи, спокойно,

Работайте достойно,

На благо перестройке политику творим.

Мы сами гласность хочим,

Потом ее прикончим,

А болтуны, пусть сушат сухари.



Коварный враг из Вашингтона ихнего..



У нас в отделе пятом

Один товарищ спятил:

Он рапорт написал, мол коммунизм всех победит:

В культуре сплошь евреи,

В торговле — прохиндеи,

Из импортных товаров только СПИД.



Коварный враг с Монтаны иль Небраски,

Он правду матку режет — молодец.

А наша цель над площадью Самарской

Синим огнем сгорела наконец.

Хочу напомнить, что на Самарской площади, которая тогда называлась площадью Устинова, стояло огромное сталинское здание гидропроекта , где огромными красными светящимися буквами было написано:"Наша цель — коммунизм«.

Помню Володя Воронов на этом собрании жестко подъедал чекистов, мол, если курс партии изменится и вам прикажут душить перестройщиков, будете ли вы это делать? Володя Ненашев в своем амплуа спрашивал у офицеров — сколько они заслали своих агентов в демократическое движение? Кроме того, наш лидер утверждал, что его телефон прослушивается, почта люстрируется, конверты вскрыватся... Вероятно, это была правда. Как-то за несколько дней до диспута я позвонил члену Народного фронта Никишину и сказал, что в 6 часов вечера на Ленинградской угол Молодогвардейской будет серьезная акция. В назначенный час это место кишело милицией и строгими ребятами в костюмах. Шуток они не понимали.

Мы же шутки любили и устраивали их по любому поводу. Так историки объединения «Гласность» иногда собирались по вечерам, чтобы просто поболтать и оторваться. Особым шиком считалось чекнуться с телевизором, по которому выступал Михал Сергеич или кто-то из его ближайших сподвижников типа Рыжкова или Шеварднадзе. Помню наши веселые встречи у Николая с Чапаевской, который сочувствовал либеральному движению и говорил, что Америку мы будем делать на Волге, здесь. Он шутливо составлял секретные списки тайного правительства, которое в перспективе возьмет власть в городе. Николай одевался франтом и в белых брюках посещал демократические собрания на стадионе «Динамо». У него на квартире мы ставили спектакли о Вертинском, Бертольда Брехта, по произведению Евтушенко «Фуку» и другие. Там играл на гитаре, создавая особую творческую атмосферу, талантливый джазовый музыкант Борис Гордеев. Выступления проходили при свечах, а потом все пили престижный чай из ЮАР. В мае 1989г. мы изредка ездили ко мне на дачу, что находилась в районе 8-ой просеки. Там веселые ребята устраивали настоящий спектакль. На втором этаже дома находился небольшой балкон, с которого каждый произносил заветную речь будто перед многотысячной толпой. Ненашев изображал Сталина, угрожавшего ласковым голосом покрыть всю страну домнами и ГУЛАГом, Воронов — пламенного Фиделя Кастро, обещавшего утопить Америку в наркотиках, а Еремин — Керенского, пугавшего большевиков адским будущим. У ораторов харизмы было не занимать. Зрители катались со смеху.

Набравшись сил на дачном массиве, мы еще с большим рвением брались за дело растрясания города. Диспуты шли один за другим. Ненашев как факир умудрялся получать самые престижные залы для дискуссий. Помню интересное собрание на тему"Польза или вред шахтерских забастовок в процессе реформирования страны«. Там я выступил с такой песней:

<h2> «Дуст»</h2> Пора кончать кивать на то, что путь был труден,

Что как на зло шестая часть суши не родит:

Партаппарат заботится о людях,

Как клоп матрасный о тех, кто крепко спит.



Кто то небо изрезал серпом,

У заката соленый вкус,

А Россия не чулан для клопов,

Сыпь на них забастовок дуст.



Души клопа рукой, он сразу красным станет,

А к этому то цвету любой из нас привык,

А там за поворотом давно уже заждались:

И чей- то новый вождь, и новый броневик.



Но ни мыла, ни сахара нет,

Чем отмоем истории гнусь,

Так кончайте свой эксперимент,

Сыпь на них забастовок дуст.

Кстати этот шлягер я написал по просьбе Григория Исаева, лидера пролетарской партии. Он просил что-нибудь остренькое для рабочих. Песня ему не понравилась, мол слишком заумна и народных доступных слов нет. Гриша был известный диссидент, отсидевший несколько лет в тюрьме за связь с антисоветским лидером Алексеем Борисовичем Разладским. Пролетаристы не понимали, что их время ушло безвозвратно и Марксов манифест с призраком коммунизма давно сдан в исторический архив.

О судьбе советских рабочих я написал отдельную песню:

<h2>«Кочегары»</h2> Словно души матросов , кружат белые чайки,

И на палубе тихо играет оркестр.

В наши трюмы заносит звуки джаза случайно

Океаном рожденный зюйд-вест.



А мы с тобою негры, негры-кочегары,

Под стать углю и кожи черный цвет,

А наверху танцуют блистательные пары,

Но нам закрыты все пути наверх.



Пассажирам во фраках разливает китаец

Коктейли с улыбкою напополам,

А мы в трюмах сжигаем нашу боль и отчаянье:

Осаждается копоть в коктейль господам.



А мы с тобою негры, негры-кочегары...



Больше нет пароходов и трудней догадаться:

Кто теперь господин, а кто белый , но негр?

Но кому-то как раньше в трюмах знать оставаться,

И оттуда нет хода наверх.



А мы с тобою негры, негры-кочегары,

Под стать углю и кожи черный цвет,

А наверху танцуют блистательные пары,

Хоть с черным дымом, прорвемся мы наверх.



util