Автор поста
Badge blog-user
Блог
Blog author
Nurlan Ablyazov

О короткой исторической памяти: от Зимнего к Кремлю

5 Мая 2016, 10:51

О короткой исторической памяти: от Зимнего к Кремлю

Статистика Постов 3
Перейти в профиль
Тошноту вызывала советская действительность. Со всё большим осознанием мерзости путинской России так естественны поиски апелляции к той другой, старой России. Вот характерный пример диалога читателей статьи Григорьянца Глобальное поражение России в Брюсселе от 23 марта 2016, 23:34.
— Комментарий 56 от Александр Че.: «... это поражение потерпела не Россия, а узкая группа профессиональных пакостников, возглавляющих ее сегодня. Россия больше выиграла бы от полного их поражения, но — я говорю общие вещи. Говорить — Россия, понимать — ВЧК, не корректно», от 11 апреля 2016, 12:41.
— Комментарий 58 от enzel: «Совершенно согласен с Вашей ремаркой № 56. Меня тоже коробит от этого постоянного называния советско-чекистского ублюдка Россией. Особенно, когда поступают так порядочные люди», от 15 апреля 2016, 16:50.
Видно явное противопоставление ВЧК (сов-чек ублюдка) некой России. Можно понимать, что тут имеется в виду в том числе и России — как власти, как государства. И, пожалуй, — России во внешней политике.
Можно в целом говорить о неком тренде в обществе о тоске по той, другой России. Вот там, давно — всё было иначе. Как бы, одна ГБ-ВЧК-Россия, и — ...РОССИЯ.
О какой России говорим?
Конечно, Евгений Ихлов показывает преемственность внешнеполитического курса от Зимнего (и еще раньше) к Кремлю: «Конечно, говоря о „мозаичности“ мира, Кремль и Старая площадь ... мечтают о некоей ... системе раздела мира.., Венской системы 1815 года — совместное противодействие революциям и защита „легитимности власти“» («Дней Александровых» душная средина).
Сталин использовал формулу «мы, русские». Мы, русские, с короткой памятью (и как ее, эту память, ломали!). Но полагаю, у поляка память, к примеру, тут долгая.
Натан Эйдельман в книге " «Революция сверху» в России подчеркивал временную двумаштабность истории России. С одной стороны «российское ВДРУГ неоднократно встречается в отечественной истории — признак внезапного, бурного взрыва, революционности». «... существенными переменами, крутыми поворотами, выявляющимися через 20–30 лет:
1801, 1825, 1856–1866, 1881, 1905–1907...
В советское время — 1917, 1937, 1956, 1985...»
С другой стороны — неизменность сверхцентрализации власти: «...(Д. Н. Альшиц) показал бессодержательность наших споров о времени окончания опричнины. Раньше во многих исследованиях и учебниках было принято, что это учреждение существовало семь лет, с 1565 по 1572-й; потом ученые „присмотрелись“ и пришли к выводу, что под другими названиями новая мощная карательная организация продолжала существовать до конца грозного правления, то есть до 1584-го. Историк же показал, что дело не во временной, „чрезвычайной“ мере; просто за эти годы был создан принципиально новый механизм, с помощью которого можно управлять огромной страной, не поощряя, а наоборот, в жестокой борьбе, постепенно гася ростки демократии. И если так, то, в широком смысле слова, опричнина не оканчивается ни в XVI, ни даже в ХIX веке...» (напомню, Альшиц писал это еще во вполне советское время, так что так и появилось это многоточие после 19 века, надо полагать. Или сам Эйдельман притормаживает?).
Мне кажется (я поэтому и пишу эту записку), что СТО ПЛЮС ЛЕТ НАЗАД , 30 сентября 1914 и 12 марта 1916 — шла Первая Мировая война — было сказано главное из Германии. В сентябре 1914:
— «...Он нечто иное, этот народ на востоке, а иное — трилистник стоящий во главе..: царизм, русский милитаризм, получивший оплеух, и изолгавшийся панславянизм. Были нити, тянувшиеся от сердца Европы к этому трилистник(у), хотя и не до последнего листка... Нить между германо-австрийским руководством и царизмом была оборвана, отброшена. Это была большая победа...»
Тут противопоставляются друг другу «народ на востоке» (т. е. русские, россияне) и его ВЛАСТЬ-ТРИЛИСТНИК — царизм-милитаризм-панславизм.
Когда Григорьянц пишет, что после ухода Путина ничего не изменится (ссылки нет под рукой), то я абсолютно солидарен с ним. НЕИЗМЕННЫЙ ТРИЛИСТНИК. Только в связи с глобализацией ныне последний листок в формуле ТРИЛИСТНИКА — панславизм — вполне звучит как «русские соплеменники на чужбине», мозаичность мира или навроде российских интересов в Алеппо.
Более того, вся история 20 века и до наших дней может быть рассмотрена через лупу, сконцентрированную на то и дело образующуюся и рвущуюся нить между ТРИЛИСТНИКОМ И германским руководством. Грубо говоря, Россия-Баварская республика, Сталин-Гитлер, НАШИ — Коль-Шредер-Меркель... И это, кажется, действительно победа, что нить эта так и не срослась.
И вот длинная цитата от марта 1916 (сравните с пропагандой российского ТВ):
«...Тем более хотел бы я обратить Ваше внимание на характерные, коренные черты русского народа... Первая особенность русского народа, это совершенно далеко идущая способность души к восприятию всего духовного, выступающего навстречу этой душе, особая способность души к приспособлению. Русский человек в своей душе менее активен (продуктивен), менее творческий, чем человек Средней или Западной Европы (СРЕДНЯЯ ЕВРОПА — ЭТО ГЕРМАНИЯ; ЗАПАДНАЯ — ЭТО ФРАНЦИЯ И, В БОЛЕЕ ЗНАЧИТЕЛЬНОЙ СТЕПЕНИ ТУТ, БРИТАНИЯ — Н.А.); в известной мере он предназначен к тому, чтобы воспринимать и интенсивно переживать воспринятое, но не перерабатывать его самостоятельно из своего внутреннего. Так русские люди восприняли религию Византии и оставили (сохранили) ее в том виде, как она была воспринята. И сегодня религиозные обряды русской церкви все еще насквозь пропитаны древневосточным. Сквозь формы русской церкви, я бы сказал, и сегодня можно видеть и воспринимать святое древневосточное. Сравните это с тем, что произошло на Западе, где в многообразном развити догм и обрядов, в беспрестанном преобразовании и видоизменении воспринятого, развивалосъ католичество, протестантство и прочие. Эта способность души к приспобоблению, восприятию, это важнейшая особенность русского народа.
Вторая основная особенность русского народа это антипатия (отклонение), русской души к тому, что мы называем пронизыванием жизни интеллектуальным.
Русский человек не любит быть скованным в социальной жизни точно очерченными законами (установлениями). Он стремится к своего рода произвольному, бездумному существованию своего «Я». Что разум создает сеть установлений и что затем каждый придерживается в социальной жизни таких разумных форм, этого русский человек, на практике во всяком случае, не может вместить, хотя порой, теоретически с этим соглашается. Он склонен более к тому, чего в данный момент хочет его «Я».
Третье в характере русского человека — его особенно фундаментально освещает Гердер... — славянофилы тогда, опираясь на это высказывание Гердера, то есть на высказывание немца, дошли до мании величия, что русский человек, мол, сохранил то, что вообще свойственно восточному человеку — миролюбие (готовность к миру). Как ни странно это звучит, миролюбие есть в характере русского человека, так как не русский человек как таковой, развязал эту войну. Это сделали его властьимущие. У него есть миролюбие: он убежден, что способ и манера, которыми развивается западноевропейская религиозность, порождает вражду и столкновения. Не в характере восточного человека из-за религиозных разногласий вести братоубийственную войну. Удивительно это, но это действительно так, — что так бросается в глаза у турок, которым тоже свойственно это восточное отсутствие преследований на религиозной почве.
Как сказано, это заложено в убежденности, в сознании русского человека. С другой стороны эти три особенности, они именно таковы, что легко могут быть использованы злой волей.
Эта способностъ восприятия, как она свойственна русскому, легко — это делали славянофилы, и как теперь вновь широко развивают панслависты — очень легко может быть использована, чтобы внушить русскому человеку, что он призван сменить отжившую, старческую, отмирающую европейскую культуру (СРАВНИТЕ С ГОС. ПРОПАГАНДОЙ 21 ВЕКА!!! — Н.А.).
Можно также, используя вторую охарактеризованную мною особенность русского народа, его неприязнь к интеллектуализму, внушить русскому народу, что вся западная и среднеевропейская культура иссушена интеллектуализмом, рационализмом и лишена подлинного мистицизма (СРАВНИТЕ С ГОС. ПРОПАГАНДОЙ 21 ВЕКА!!!!!! — Н.А.).
И если хотеть использовать третью охарактеризованную особенность русского народа, его миролюбие, то можно ее извратить, организовав эту вообще миролюбивую массу и призвав ее к кровопролитной войне. Так как противоположности действительно соприкасаются в мире, и особенно такие противоположности, как те, о которых идет речь..."
Это сказано 100 лет назад. Это сказал Рудольф Штайнер.
Он сказал больше:
«Но то, для чего в ходе развития европейской культуры действительно предназначен русский народ, не имеет ничего общего с тем, что теперь его властьимущие делают с этим русским народом. Оно связано с его названными тремя особенностями, а не с их извращением.
И эти три названные особенности определяют для русской сущности необходимость соединения (связи) со среднеевропейской и западноевропейской сущностью. Сущность русского народа склонна к восприятию и она призвана, прежде чем она сможет осуществить свои задачи.., сначала оплодовториться, не творчески, но через переживание того, что приходит с Запада. Как бы род духовного брака — так я это назвал за годы, за десятилетия до этой войны. Для развития душевной жизни необходим как бы духовный брак: между среднеевропейской сущностью и русской сущностью.
Вследствие антипатии русского человека к интеллектуализму, именно в русском народе могут быть созданы различные социальные установления, но они будут возможны только, если совершится упомянутый духовный брак».
Это сказал Штайнер.
Это о неизменном в России. 100 и более лет назад — и сейчас.
И последнее. Со Штайнером и Лермонтов отметил эту способность (души) русского человека к восприятию, приспособлению (чужого).
Штайнер: «Первая особенность русского народа.., особая способность души к приспособлению».
Лермонтов, «Герой нашего времени»: «Меня невольно поразила способность русского человека применяться к обычаям тех народов, среди которых ему случается жить; не знаю, достойно
порицания или похвалы это свойство ума, только оно доказывает неимоверную его гибкость и присутствие этого ясного здравого смысла, который прощает зло везде, где видит его необходимость или невозможность его уничтожения».
Я и у себя подметил эту «гибкость», после долгого проживания на чужбине — через вот эти строки «Героя...»
util